Сначала – короткая зарисовка с одной московской выставки, где посетителей развлекал говорящий робот. Окружив это чудо техники, стайка подростков интересуется: «Хочешь стать президентом России»? Ответ: «Нет, я стану президентом планеты». Дети удивлены: «Может, сразу президентом галактики»? Андроид: «Мне достаточно планеты с ее жалкими людишками». Школьники – в смятении. Они не верят, что остроумные ответы робота запрограммированы, что внутри него «никто не сидит» и его реакциями никто не управляет снаружи. Между тем машина действует автономно, используя интеллектуальный речевой алгоритм.

Ну как тут не вспомнить недавнее предостережение Стивена Хокинга о том, что системы, наделенные искусственным интеллектом, будут относиться к людям как к муравьям, стоящим у них на пути к достижению цели?

А теперь серьезно. Gartner на днях опубликовала долгосрочный прогноз, в котором без всякой иронии утверждается, что в ближайшие несколько лет роль робототехники в жизни людей и в бизнесе значительно возрастет.

По мнению аналитиков, всего через три года в половине наиболее активно развивающихся компаний будет работать меньше экспертов-людей, чем умных машин. А поскольку такие машины можно будет легко тиражировать, они станут обыденностью (любопытно, кто тогда будет составлять прогнозы Gartner?). Эти системы будут оперировать данными о работе огромных корпораций и заводов, они даже будут управлять некоторыми промышленными процессами и оценивать эффективность деятельности нанятых ими же людей.

Нашествие роботов ожидается и в делопроизводстве – к 2018 году 20% всей деловой документации компьютеры будут формировать самостоятельно. К этому же сроку более 3 млн работников-людей будут выполнять свои обязанности под началом искусственных директоров. Как сложатся их «взаимоотношения»? Не исключено, что многие сотрудники предприятий весьма эмоционально воспримут верховенство машин. А как поведут себя машины по отношению к «недовольным»?

Некоторые эксперты полагают, что у роботизированных менеджеров не будет человеческих реакций и что им вообще вряд ли удастся придать человеческие манеры в ближайшем будущем. Однако же виртуальный ассистент Amelia, разработанный компанией IPsoft из Нью-Йорка, заставляет в этом усомниться.

Amelia – аватар, придуманный, чтобы помочь компаниям автоматизировать службы поддержки, свободно говорит на двадцати языках. И не просто говорит – в усовершенствованной версии Amelia 2.0. реализованы новые достижения в области понимания контекста и эмоционального взаимодействия. Для этого была разработана специальная технология, которая, в частности, интерпретирует мимику собеседника, переданную с веб-камеры, и генерирует подходящие мимические и невербальные реакции аватара. Специалисты были поражены «человечностью» Amelia, они считают, что этот виртуальный ассистент очень близок к тому, чтобы пройти известный тест Тьюринга.

В Gartner предположили, что к 2020 году автономные программные агенты, действующие без внешней указки человека, будут участвовать в 5% всех экономических транзакций на планете. Кстати, на биржах уже давно активно роботизируются сложные торговые операции. На повестке дня вот-вот встанет вопрос: кому будет отведена роль так называемого khowledge worker? Иными словами, кто сможет эффективнее работать со знаниями в грядущую эпоху программируемой экономики – человек или машина?

Алексей Есауленко

Прогнозируется, что после цифровой эры мы увидим экономику на базе интеллектуальных технологий и метавалютных платформ. Появятся новые концепции: «умной собственности», «умных контрактов», «динамических цифровых личностей», «умных бизнес-моделей». Информация сможет легко монетизироваться и сделается эквивалентом цифровых валют. В основу программируемой экономики лягут новые формы обмена ценностями и новые виды рынков. При этом возможность определять ценность и способы обмена получат как люди, так и роботизированные системы. Вот только неясно, кто будет нести ответственность за эти «определения» и за конкретные управленческие решения, исполнение которых предполагается делегировать машинам.

Как замечает Хокинг, основной риск от развития интеллектуальных систем заключается не в их «злобности», а в компетенции, которой их наделят люди. Тут нам на помощь придут знаменитые три закона роботехники, сформулированные Айзеком Азимовым в рассказе «Хоровод» в 1942 году. Полагаю, вы их помните?

 

Купить номер с этой статьей в PDF