О предпосылках и ходе революции рассказал Александр Прохоров, старший аналитик IDC Россия/СНГ. Стремление в облака со стороны бизнеса и ИТ-отрасли ему видится взаимным. Предприятиям необходимо снизить расходы на информационные технологии, особенно капитальные, связанные с «перевооружением», внедрением новейших ИТ. Свою лепту вносит мода на мобилизацию предприятий и проникновение в корпоративный быт пользовательских устройств — смартфонов и планшетов. Многих вдохновляет успех первопроходцев. С другой стороны, ИТ-компании видят в облаках шанс для своего развития, поскольку на традиционных рынках наблюдается или застой, или весьма медленный рост.

С оценкой любого быстроразвивающего рынка возникают трудности, а результаты, полученные исследователями, различаются в разы. Это происходит, по мнению Прохорова из-за того, что зачастую сопоставляются несопоставимые величины. Рынок облачных сервисов можно считать «в целом», а можно — только собственно ИТ-услуги. Из последних часто вычленяют услуги проектные, которые не имеют облачной специфики. А из остатка — облаков в целом — можно вычесть долю частных облаков. Таким образом, есть как минимум четыре величины, которые можно назвать «объемом рынка облаков».

Степень реальной готовности к внедрению облаков в IDC пытаются оценить посредством опросов ИТ-директоров и «профильных» вице-президентов. Преимущественно североамериканских, что неудивительно: в 2009 году на США приходилось 69% мирового рынка публичных облачных сервисов (на Россию — 0,03%).

Сравнение результатов опросов Cloud Professional Services Survey 2009 и 2012 годов показывает, что основной причиной перехода на облачные технологии была и остается «более низкая цена». Отдельно в 2009 году надеялись на экономию операционных затрат (второй по частоте ответ), в 2012 году второй по частоте ответ — «более быстрый доступ к данным». В целом картины распределения ответов по обоим годам схожи, разве что в 2009 году на четверть больше отвечавших надеялись на «меньшую зависимость от ИТ-персонала». Зато в 2012 году почти 20% респондентов привлекли «улучшенные возможности тестирования приложений».

Самые популярные облака — частные, и в 2009 и 2012 годах за них «проголосовали» 45% респондентов. Выросла доля тех, кто собирается воспользоваться гибридными облаками (приблизительно с 34% до 43%). А вот доля приверженцев публичных облаков резко упала — с тех же 34% (можно было давать более одного ответа) до 12-13%.

Результаты другого прошлогоднего исследования CloudTrack Survey показали, что в ближайшие пару лет доля ИТ-бюджетов, отдаваемых облакам, вырастет, хотя и не радикально. В момент исследования 40% средств уходило собственным ИТ-службам, 16% — аутсорсинговым структурам. Через два года, как полагают респонденты, эти величины составят 33 и 15%. Облакам достанется 52%, из них 21% — частным (сейчас — 16%), 15% — виртуальным частным (14%) и 17% — публичным (14%). Компании, которым более пяти лет, намного консервативнее «молодых» — сейчас они отдают традиционным ИТ 39% бюджета, через два года будут отдавать 32%. Для молодых цифры — 33 и 28%. В публичные облака «старожилы» передают 15% средств сейчас, 16% отдадут через два года, тогда как у «молодых» эти показатели — 17 и 21%.

Есть различие и в зависимости от масштабов компаний, хотя и не очень существенное. Крупные (более тысячи сотрудников) в 42% случаев считают публичные облака основой стратегии, еще в 36% ответов перед облаками ставятся «тактические цели». У малых (менее тысячи сотрудников) предприятий на эти ответы приходится 39 и 33% соответственно.

Наиболее квалифицированными партнерами по внедрению облачных сервисов стали лидеры ИТ-рынка — Microsoft, IBM, Cisco. Интернет-гигант Amazon — на четвертом месте, Google — на седьмом.

Разные типы приложений переходят в облака с разной скоростью. Треть американского облачного рынка занимают системы CRM, 27% — финансовые, 24% — приложения совместной работы. В России, для сравнения, лидируют приложения совместной работы (48%) и CRM (37%). Доля остальных категорий ПО не более 5-6%.

Компания Salesforce, разработчик облачной системы CRM, в 2011 году получила от предоставления своего ПО как сервиса доход в 1,8 млрд долл., у ближайшего конкурента, Intuit, создателя финансовых продуктов, доход вдвое меньше. Далее следуют Cisco, Microsoft, Symantec и Google. При этом если у Salesforce и Google эти сервисы дают приблизительно 90 и 75% дохода, то у остальных — гораздо меньше.

США — безусловный лидер в области использования публичных облаков; правда, как полагают в IDC, к 2016 году доля этой страны упадет с упоминавшихся 69% до 43%, российская — вырастет с 0,03 до 0,13%. В 2011 году, по оценке аналитиков, на проектные услуги в публичных облаках было потрачено 8,95 млн долл. (годовой рост — 37,5%), на операционные — 27,35 млн (38,1%). Соответствующие цифры для частных облаков — 54,06 млн (37%) и 32,03 млн (59,1%). Это в среднем.

Программный BYOD

Рассказ о конкретном опыте использования дает гораздо лучшее представление о реалиях, нежели презентация своих возможностей вендором или интегратором. Таким опытом на конференции поделился Кирилл Меньшов, директор департамента развития и программного управления компании Yota.

В его компании, как и во многих других, используют публичные и частные облака, типовые облачные продукты, такие как Office 365. Изюминка политики состоит в том, что незначительному числу сотрудников (около 5%) разрешено использовать выбранные ими самими облачные инструменты для управления задачами и проектами, создания баз знаний и среды совместной работы. Это, разумеется, инициативные сотрудники, способные к самоорганизации и самостоятельному выбору средств для достижения цели. Сотрудники могут, протестировав сервис, попросить компанию подписать их на него. Так в Yota «прописались» средства управления проектами Smatsheet и Wrike, средство совместной работы Teambox, файловое хранилище Dropbox, корпоративная социальная сеть Yammer.

Получается, с определенной долей условности, программный аналог BYOD: сотрудники могут использовать «за казенный счет» не свои компьютеры, а выбранные ими программы. Что интересно — «классический» BYOD компания не поощряет, однако, по словам Меньшова, набор устройств поддерживается и так достаточно разнообразный.

Плюсы предоставления сотрудникам права выбора очевидны. Самостоятельные сотрудники смогут найти для себя максимально удобные приложения и сервисы, не загружая просьбами ИТ-службу.

Но и минусов Меньшов назвал тоже немало. В их числе — сложность заказа и оплаты зарубежных облачных сервисов для российских юрлиц (большинство предлагает заплатить с кредитной карты, что не порождает документов, необходимых для отечественного учета), обеспечение совместимости сервисов между собой, выгрузка из них результатов деятельности и их архивация. И наконец, оценка эффективности используемых сервисов, а главное, своевременный отказ от оплаты неиспользуемого сервиса. Последнюю проблему Меньшов назвал главной: «Сотрудник заказал себе сервис, мы оплатили, но далеко не всегда мы узнаем, что потребность в нем уже отпала и продлевать оплату не нужно». Если эта проблема встает при 5% пользующихся свободой выбора сотрудников, то понятно, что при увеличении числа самостоятельных пользователей она будет становиться все значительнее.

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями