Сергей Белоусов: "По мере того, как сокращается доля пиратского софта и растет зарплата ИТ-специалистов, SaaS становится все востребованнее»

Однако аутсорсинг ИТ-сервисов в России развивается не теми темпами, которые хотели бы видеть участники этого рынка. О том, что меняется в этой области с наступлением эры облачных вычислений, мы беседуем с Сергеем Белоусовым, генеральным директором компании Parallels, одного из крупнейших разработчиков средств автоматизации облачных сервисов.

- Прежде чем прийти к облакам, ИТ-индустрия долго искала подходы к развитию бизнес-модели аутсорсинга. И всякий раз клиентов убеждали, что новый подход обеспечит им минимизацию капитальных затрат и возможность сосредоточиться на профильной деятельности. Почему сегодня клиенты должны поверить, что облачные вычисления — именно то, что им нужно?

Вообще, ИТ существуют в трех ипостасях: в виде инфраструктуры, на которую можно установить нужные приложения, в виде приложений и в виде сервисов.Термин «облачные вычисления» позволяет объединить три этих понятия, и не более того. Никакой иной смысл, включая ожидания, что наконец-то появится бизнес-модель, которая всех удовлетворит, вкладывать в него не надо. Облачные вычисления — некая универсальная формула, описывающая возможность потребления ИТ-услуг из удаленного консолидированного центра обработки данных.

- Но России присуща особая осторожность в отношении любых аутсорсинговых процессов...

Осторожность здесь тоже ни при чем. Чтобы подобные архитектурные и бизнес-модели развились, нужны определенные условия. Прежде всего, необходима развитая инфраструктура центров обработки данных и доступный широкополосный Интернет. В этом отношении Россия пока отстает. Доступность ЦОД не очень высока, стартапам трудно продвигать свои проекты. Доступность ШПД тоже не везде достаточная, либо он дорог. У пользователей Salesforce (крупнейший американский поставщик CRM-решений на базе облачной модели. — И. Е.) в США вообще не бывает сомнений в том, что где-то у них не будет доступа в Интернет — в офисе, дома, в аэропорту или по пути на работу. Нужно учитывать и «поправочные коэффициенты». Одна из причин, почему за рубежом покупают софт как сервис, в том, что там вообще принято софт покупать. В России же остается высоким уровень пиратства, в том числе в малом и среднем бизнесе, а ведь именно SMB во всем мире — основной потребитель услуг SaaS.

Следующий «поправочный коэффициент»: стоимость труда ИТ-специалистов. В 2000 году квалифицированного системного администратора в Москве можно было нанять за 10 тыс. руб. в месяц; сейчас человек той же квалификации получает 100 тыс. Когда на рынке полно дешевых специалистов, которые могут организовать предоставление ИТ-сервисов, покупать их у внешнего провайдера не имеет смысла. Но в США, когда рынок ИТ-аутсорсинга только зарождался, ИТ-администратор уже стоил гораздо больше наших 100 тыс. руб. По мере того, как сокращается доля пиратского софта и растет зарплата ИТ-специалистов, SaaS становится все востребованнее.

- А существуют ли какие-то отраслевые различия с точки зрения степени проникновения облачной модели?

SaaS хорошо подходит для специфических приложений, решающих узкие производственные задачи. Скажем, CRM или какие-то вертикальные отраслевые решения. В рамках данной модели эффективно решается проблема настройки и поддержки — в силу наличия у поставщиков глубокой отраслевой экспертизы. Если идти традиционным путем, то нужно найти не просто системного администратора, а администратора, который разбирается в тонкостях управления специализированными приложениями, что на порядок труднее. Но какие именно вертикальные рынки лучше подготовлены к переходу на SaaS, я не готов ответить.

Можно выделить четыре типа приложений, которые активно продаются как сервис. Это все, что касается веб-контента; электронная почта, включая защиту от вирусов и спама; размещаемые инфраструктуры облачных вычислений (виртуальные машины и серверы, на которые можно размещать приложения), а также прочие приложения (вертикальные сервисы, поддержка процессов продаж, CRM, HR и т. п.). В России под SaaS чаще всего понимают именно последнюю категорию, что сильно ограничивает оцениваемый размер рынка. Исследователи из J’son & Partners как раз ее и считали. Поэтому у них получилось 3 млн долл. Если брать все четыре названных типа приложений, получится не менее 100 млн.

- Какова доля SaaS в общем объеме рынка ПО?

Напрямую сравнивать объемы рынка ПО и SaaS некорректно — все равно что сравнивать рынок двигателей и рынок автомобилей. Проблема в том, что SaaS — это сервис. Чтобы его предоставить, требуется как софт, так и человеческие ресурсы, железо... А софт — это только софт. Тем, кто его покупает по лицензии, потребуются серверы, ИТ-администраторы и т. д. В конечном итоге при сборке этих компонентов снова получится такая же ИТ-услуга, вопрос лишь в том, кто будет заниматься сборкой. Во всем мире от 5 до 10% программного обеспечения продается в виде сервисов. Однако в России общая картина может быть сильно искажена пиратством.

- Часто приходится слышать от заказчиков, что финансовые выгоды применения SaaS, IaaS и прочих аутсорсинговых моделей далеко не очевидны. Нуждается ли формирующийся рынок облачных сервисов в каком-либо ценовом стимулировании, возможно даже в разумном демпинге?

Допускаю, если провести тщательный анализ себестоимости потребления софта по традиционной модели и в рамках SaaS, выяснится, что в большинстве своем софт дешевле покупать как сервис. Все зависит от того, что покупать и какой уровень обслуживания необходим каждому конкретному клиенту. Но важнее, на мой взгляд, другое. Представители малого бизнеса, по крайней мере в США, покупают софт как сервис не потому, что так дешевле, а потому, что иным способом они не смогут обеспечить себе сопоставимый уровень ИТ-обслуживания.

- Кого вы видите в качестве потребителей своих решений по автоматизации облачных вычислений?

Сегодня нашими партнерами по предоставлению облачных сервисов являются более 100 телекоммуникационных компаний, а пять лет назад не было ни одного. Размер телекоммуникационных компаний для нас значения не имеет. Нашими клиентами являются BT и Deutsche Telekom с оборотом в несколько десятков миллиардов долларов, а есть сравнительно небольшие Swisscom, TelecomAustria, и все они используют решения семейства Parallels Automation для автоматизации предоставления облачных сервисов. Мы быстро увеличиваем количество телекоммуникационных партнеров и надеемся до конца текущего года подписать соглашения еще с полусотней операторов. В России мы также ведем переговоры со всеми крупными операторами. Интерес есть, есть и конкретные соглашения. В России – это «РТКомм", в СНГ – «Казахтелеком».

- А что касается бесконечного множества небольших провайдеров, сфокусированных на обслуживании малого бизнеса?

Если посмотреть на рынок облачных сервисов в целом, то его емкость составляет 25-30 млрд долл., из которых 10-15 млрд приходится на услуги для малого бизнеса. Примерно 85% этого сегмента формируют классические хостинг-провайдеры, еще 10% — компании, предоставляющие приложения в виде сервисов и 5% — операторы связи. Но если говорить о динамике, то доходы от облачных сервисов для SMB быстрее всего растут у крупных операторов: у них есть база лояльных клиентов, которые провайдеру доверяют и готовы эти сервисы у него покупать. В России ситуация еще более характерная: на долю хостинг-провайдеров приходится 90% облачных сервисов, а оставшиеся 10% делят операторы связи и дистрибьюторы ПО. Тот факт, что облачные сервисы заинтересовали телекоммуникационных операторов, говорит о том, что этот рынок становится заметным. Ведь их бизнес-модели не позволяют им эффективно работать на маленьких нишевых рынках.

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями