Глаза с поршневым двигателемИнформационная безопасность – один из краеугольных камней, лежащих в основании государства Израиль. Причем относиться к ней очень серьезно начали еще до возникновения термина ИБ в традиционном для XXI века понимании. При длине страны в 470 км и ширине 135 км (в самом, что ни на есть, широком месте!), а также с учетом не самых дружелюбных соседей, сокрытие данных о своих возможностях и максимальное понимание происходящего в радиусе сотен километров от границ стало постоянной заботой с момента появления Израиля на карте.

Я уже не раз писал об израильских подходах к информационной безопасности с использованием цифровых технологий, но в этом материале мы можем посмотреть на нее под совсем иным углом.

Тема беспилотных летательных аппаратов стала мелькать в СМИ буквально в последнее десятилетие. Однако на вооружении ряда армий беспилотники появились гораздо раньше. В Израиле они встали на дежурство еще в 1969 году, и с тех пор постоянно находятся в воздухе, подвергаясь на земле непрерывным улучшениям. Больше того, производство БПЛА стало одной из важных статей израильского экспорта. Летающие разведчики поставляются во многие страны мира, в том числе и в Россию. С учетом цены одного беспилотника в районе 5-10 млн. долларов, в зависимости от модели, суммы контрактов бывают весьма внушительными.

Здесь стоит оговориться, что беспилотники делятся на две группы, созерцателей и воителей. Израиль с удовольствием делится деталями только о первой из них, тогда как вторая защищена государственной тайной. На базе ВВС Пальмахим, расположенной недалеко от города Ришон-ле-Цион, оператор БПЛА рассказал о моделях, обученных лишь собирать информацию. Впрочем, и эти рассказы довольно познавательны.

 

Маленький помощник армии

О необходимости применения беспилотных аппаратов в Израиле начали задумываться в конце шестидесятых годов, и уже в 1969-м в армии появился соответствующий дивизион. Первые беспилотники фактически представляли собой модели с радиоуправлением, снабженные обычной фотокамерой. Самолетик взлетал, пересекал границу, камера делала снимки по таймеру, потом самолет возвращался на базу, и техники шли проявлять пленку. В моменты обострения ситуации на границе такая работа велась круглосуточно, а в редкие дни относительного спокойствия беспилотники могли взлететь только несколько раз в день. Летали самолетики низко, сбивались на раз, но их запас постоянно пополнялся. Фактически, такой метод разведки ничем не отличался от традиционной аэрофотосъемки, но с одной важной оговоркой: гибель аппарата сопровождалась только финансовыми потерями. Люди, самый ценный ресурс маленького государства, не страдали.

Глаза с поршневым двигателем

Модели первых американских БПЛА

Соседи, впрочем, тоже не дремали. Зная, что Израиль очень доверяет данным своих беспилотников, египтяне в начале семидесятых (и не без поддержки советских специалистов) ввели постоянную ротацию расположения приграничных воинских соединений и ракетных установок. В результате, пока дрон возвращался на базу и проявлялись пленки, информация успевала безнадежно устареть. Это стало очень неприятным «сюрпризом» во время войны Судного дня в 1973 году, после которой было принято решение о необходимости организации прямых видеотрансляций с беспилотников.

Сейчас эта задача кажется простейшей, но в начале семидесятых, когда телевизионное и передающее оборудование занимало целые контейнеры, инженерам пришлось всерьез задуматься. Некоторое время Израиль закупал американские машины, однако в США – по понятным причинам – никогда не было проблемы отслеживания перемещений вражеских войск вблизи своей границы. Поэтому разработанные в Штатах беспилотники в первую очередь предназначались для провоцирования ответной реакции ракетных систем потенциального противника для выявления и подавления последних. Плюс американские дроны не умели возвращаться на базу. После запуска с самолета или корабля они могли лишь упасть где-то в укромном месте и подождать, пока за ними придут. Особым достижением одного из закупавшихся аппаратов, Teledyne Ryan Firebee, считалась способность немного поплавать в море перед тем, как затонуть. Очевидно, что массовое использование такого рода БПЛА было не очень оправданным в конкретных условиях и крайне затратным.

Глаза с поршневым двигателем

Мой собеседник с беспилотником IAI Scout. К сожалению, по правилам армии участникам военных операций запрещено показывать лицо

В 1979 году на вооружение поступил беспилотник собственной разработки – IAI Scout. Модель оказалась настолько удачной, что она пробыла на вооружении Армии обороны Израиля до 2005 года, а в некоторых армиях мира Scout используется по сей день. Если смотреть на «Скаут», как на обычный самолет, он даже на момент появления вызывал лишь снисходительную усмешку. Вес без топлива 96 кг, поршневой двигатель, крейсерская скорость 102 км/ч. Но зато БПЛА мог находиться в воздухе непрерывно до 7 часов, и, что самое главное, нес на борту телевизионную камеру Tamam с телефото-объективом, изображение с которой передавалось на землю в режиме реального времени. Миниатюрные размеры и способность летать на высоте более 4 км делали IAI Scout практически неуязвимым с земли, да и истребителям противников было попасть в него совсем непросто.

Сначала передаваемая на землю картинка была черно-белой, но со временем камера была заменена на цветную, а также ее научили работать даже в полной темноте. До поры таких улучшений было достаточно. Но после 1973 года желающих вести против Израиля крупномасштабную войну резко поубавилось. На смену этой угрозе пришел терроризм – непрерывная череда мелких ударов со всех сторон. И перед беспилотными аппаратами встала задача отслеживать передвижения не армий, а отдельных транспортных средств и людей. Также стало маловато одной лишь передачи видеосигнала: потребовалась дополнительная информация, вроде координат GPS отслеживаемого объекта. В этот момент обнаружилось еще одно преимущество беспилотных аппаратов: управляющая ими команда может сменяться чаще, чем БПЛА возвращается на землю для дозаправки. Если человек смотрит в одну точку непрерывно даже 5 часов подряд, его бдительность неизбежно снижается. В случае с беспилотником за один рейс его может контролировать несколько разных команд, каждая из которых свежа и находится в полной безопасности.

 

Небесный следопыт

Очевидно, что модернизировать до бесконечности престарелый IAI Scout нельзя, и на смену ему в 1992 году пришел IAI Searcher. А еще через 6 лет появился Searcher 2, отличающийся бОльшим размахом крыльев (8.55 м против 7.22), увеличенным временем непрерывного полета (15-17 часов вместо 12-14) и существенно подросшим потолком (7 километров вместо 4.5 км). Но самым главным отличием стала модульная конструкция беспилотника, позволяющая переоборудовать его, исходя из актуальных задач. Кроме собственно видеосъемки эта модель может координировать действия наземных частей, а также вести глубокую разведку при помощи усиленного радарного модуля.

Глаза с поршневым двигателем

IAI Searcher первого поколения

Если вы знакомы с вооружением ВВС России, то, возможно, слышали об отечественных беспилотных аппаратах «Форпост». Это лицензионная копия модернизированного IAI Searcher 2. Можно, конечно, поморщиться, что лицензия приобретена не на самую новую модель, однако в авиации век техники несколько длиннее, чем в IT, и потому аппарат 1998 года вполне актуален. Особенно с учетом его модульной конструкции. По данным из открытых источников, сумма контракта с Израилем, подписанного в 2010-м году, составила 300 миллионов долларов США.

Глаза с поршневым двигателем

IAI Searcher 2 в израильской армии

Глаза с поршневым двигателем

Он же на службе российской армии под названием «Форпост»

Парк израильских беспилотных аппаратов постоянно модернизируется и расширяется. Так, еще до выхода Searcher 2 начали разрабатывать огромный IAI Heron с размахом крыльев 16.6 метров. Он совершил первый полет в 1994 году, но на вооружение был принят в 2005-м. Полностью заправленных баков с топливом хватает на 46 часов полета. Практический потолок 9 км. Уже в 2012-м году Heron стал самым экспортируемым БПЛА израильского производства, причем цена одного экземпляра составляет в среднем 10 миллионов долларов США. Его наследник Heron TP (также известный, как Eitan) имеет размах крыльев 26 метров, что уже сравнимо с гражданским «Боинг-737». Время автономного полета от одной заправки составляет 36 часов.

Глаза с поршневым двигателем

IAI Heron

Немаловажно, что все компоненты летательных аппаратов изготовлены в Израиле. Это полезно не только в плане создания рабочих мест в стране. Зависимость от поставок иностранных комплектующих, даже если поставщик обещает быть верным другом – штука опасная. История знает примеры, когда применение тех или иных вооружений оказывалось не по нраву стране-производителю, и она прекращала обеспечение как готовыми продуктами, так и элементной базой для них. Израильские беспилотники делаются только своими силами. И, по некоторым данным, внутри страны налажено производство многих деталей для американских самолетов, состоящих на вооружении ВВС Израиля. Просто на всякий случай. От греха.

Разработка программного обеспечения также ведется своими силами. По большей части непосредственным производителем беспилотника, но многое потом «допиливается» уже в армии, силами солдат-срочников и контрактников.

Разумеется, сам по себе самолет – это только вершина айсберга. У современных дронов есть наземные станции управления, и они тоже продаются за немалые деньги (в России такая станция развернута на Камчатке). Полученные данные надо хранить и анализировать, и для этого разрабатываются соответствующие решения (забавный факт: данные с большинства беспилотных аппаратов записываются на… DVD, как на одном из самых дешевых и надежных носителей).

 

Война и мир

Беспилотные аппараты были полезны в классических войнах, с большими воинскими соединениями и выраженной линией фронта. Но в современных условиях, когда конфликты все чаще разворачиваются в густонаселенной местности, переполненной (относительно) мирными жителями, БПЛА становится настоящим инструментом информационной безопасности. Ведь он не только следит за враждебной стороной, но и помогает армии наносить точные удары, не причиняя вреда женщинам, старикам и детям. Именно промахи, приводящие к большим жертвам среди мирного населения, становятся поводом для международного давления. И многие, с позволения сказать, боевики искусственно создают ситуации, когда такие жертвы почти неизбежны. Беспилотник в данном случае не панацея, но эффективный инструмент для предотвращения бессмысленных смертей. И руководство страны может продолжать решать военные задачи, исходя из интересов своих граждан.

А еще наступает день, когда бывшие солдаты выходят на гражданку, и создают свои компании, используя армейский опыт. С учетом моды на разного рода игрушечные и не очень дроны, нетрудно представить – какие возможности открываются для израильтян. Ведь кроме развлекательных целей всерьез рассматривается, к примеру, замена беспилотными аппаратами современных подъемных кранов на стройках. Из дронов уже начали получаться неплохие курьеры, и этому очень порадуются все, кто сегодня вынужден мириться с особенностями поведения посыльных из плоти и крови. Как говорил герой романа «Дверь в лето» Роберта Хайнлайна, «За что я люблю военные разработки – они не патентуются». Здорово, что технологии, придуманные не от хорошей жизни, потихоньку делают ее лучше.

 

Купить номер с этой статьей в PDF