В нашей стране этот юбилей отмечался в Москве в середине марта, и в нем принял участие руководитель проекта Definity Александр Файнер, занимавший во время разработки станции в 1979—1984 гг. пост исполнительного директора Bell Labs. В беседе с корреспондентами журнала «Сети» и еженедельника «Computerworld Россия» он рассказал о своей работе в Bell Labs и об истории создания нового поколения автоматических телефонных станций, которые теперь принято называть учрежденческими (УАТС). Заместитель генерального директора российского отделения Lucent Technologies Дмитрий Каменский, также принимавший участие в беседе, дополнил его рассказ подробностями российской судьбы Definity.

Начало пути

Александр Файнер пришел в Bell Labs в 1953 г. В то время в лаборатории проводились самые первые эксперименты с электронной коммутацией, которая должна была заменить электромеханическую. Сначала коммутационную матрицу пытались сделать на электронных лампах. Но такие устройства функционировали очень нестабильно и представляли собой чисто теоретическую разработку. Затем настал черед магнитных соединителей. Проблема заключалась в том, что пластинки было очень легко намагнитить и очень трудно размагнитить. Это приводило к «залипанию» контактов и другим неприятностям. Однажды по дороге на работу Александра осенило: а что, если взять две одинаковые пластинки? Ведь тогда можно заставить их действовать друг против друга и их гистерезисные петли будут скомпенсированы. Это было одно из первых его изобретений, которое легло в основу ферритового соединителя. Появилась возможность сделать коммутирующие элементы очень маленькими и дешевыми, наладить их промышленное производство. Потом на базе этого ферритового соединителя было построено целое поколение коммутационной техники — квазиэлектронные АТС, обеспечивающие во много раз лучшее качество коммутации, чем механические АТС. Другой существенной новацией, появившейся в результате этой разработки, стала электронная общая шина — сегодня это непременный элемент компьютеров. Шина необходима для передачи информации в многозвенных коммутационных полях. В 1963 г. была создана первая городская квазиэлектронная станция 1ESS (сейчас поставляется модель 5ESS).

После этого достижения Файнера повысили в должности и назначили руководителем подразделения, которое занималось разработкой всех составных частей АТС, за исключением центральных процессоров.

В 1969 г. он стал директором Bell Labs, ответственным за телефонные системы для различных потребителей. Александр занимался вопросами оптимизации сетей связи и построения сетей заданной плотности и топологии. Лаборатория увеличивалась, возникла необходимость децентрализации. Были созданы две группы: одна предназначалась для удовлетворения текущих нужд клиентов, другая разрабатывала принципиально новые решения.

В первую очередь для разработки требовались программисты, которых тогда было очень мало. Лаборатория выполнила около 40 различных проектов, в том числе разработала телефонные станции Dimension и Horizon.

Разработка Definity

В 1979 г. подразделение Файнера предложило руководству AT&T сделать то, что сейчас называется Definity. Это была новая идея — создавать специальные станции для средних и крупных организаций. УАТС, обладая функциями, схожими с функциями городских АТС, в то же время подразумевали много специфических особенностей. В то время станции с необходимыми для бизнеса функциональными возможностями не выпускались, поэтому не было и уверенности в том, что открывается емкий рынок. А затраты на разработку оценивались в миллиарды долларов. Но сотрудники Файнера уже приобрели хорошую репутацию в АТ&T, делая удобные и надежные небольшие станции, и благодаря этому удалось убедить руководство профинансировать начало работ.

По прошествии года стало ясно, что проект обещает хорошие результаты, и плоды последующих четырех лет работы намного превысили первоначальные ожидания. Все шло в четком соответствии с планом. Трудились настоящие энтузиасты, не расходились по домам до полуночи. Тысячи идей возникли и были реализованы, чтобы сделать не просто станцию, которая будет продаваться и приносить деньги, а универсальную платформу, максимально приспособленную для потребностей бизнеса. Для организации процесса разработки был создан прототип электронной почты — Bulletinboards; с его помощью все сотрудники оповещались о том, как идет дело.

Другая новация относилась к формализации функциональных возможностей: спецификации формулировались на специально разработанном языке, благодаря чему легко превращались в программные модули.

Компьютерная тестовая система обеспечила проверку новых функций в течение нескольких минут. Созданная коммутационная станция, которую в то время называли Gazellе, оказалась необыкновенно гибкой и расширяемой системой, до сих пор не потерявшей своей привлекательности.

Коммутационная система походила скорее на локальную компьютерную сеть, чем на традиционную связную. Но надежность ей требовалась гораздо более высокая, чем компьютерной сети. Телефонные станции не должны «виснуть», какую бы распределенную систему они собой ни представляли. Даже у наиболее сложного элемента компьютерной сети — маршрутизатора — диагностикой и самодиагностикой занимается примерно 5% программного обеспечения. У телефонной же станции диагностикой занимается 60% ПО, поэтому надежность ее работы на несколько порядков выше.

С 1980 по 1984 г. была разработана идеология, а процесс доработки и совершенствования архитектуры продолжается до сих пор. Многие составные части системы заменялись неоднократно. Сегодня пока не видно альтернативы концепции УАТС. Разработка новой архитектуры стоит очень дорого, и никто из производителей пока к этому не стремится. Они просто берут за основу архитектуру Definity, а ее открытость позволяет им производить необходимые усовершенствования.

Definity в России

Первыми отечественными пользователями Definity стали в 1990 г. компании «Совтрансавто» и «Аэроком». А первая крупная станция (5500 номеров) была установлена на Магнитогорском металлургическом комбинате. В техническом задании заказчик не указал четких требований на соединительные линии, установленные более 40 лет тому назад. В проектных институтах не смогли ничем помочь — разработчиков этих линий уже не было в живых, а документация утеряна. Первый крупный проект, от которого во многом зависела дальнейшая судьба Definity в России, оказался под угрозой срыва. Тогда сотрудники НИИ «Черметавтоматика», где в то время работал Дмитрий Каменский, измерили необходимые характеристики и отправили их в США. Свободных сотрудников, чтобы заняться этой проблемой, в Bell Labs не было. Александр Файнер нашел четырех человек, которые когда-то вместе с ним начинали разработки Definity, но недавно вышли на пенсию. Он убедил руководство в необходимости решить внезапно возникшую задачу, и за четыре месяца эта группа разработала новую интерфейсную плату. Такое стало возможно благодаря открытой архитектуре станции и, конечно, личному участию и энтузиазму Александра Файнера.

За Магнитогорским проектом последовал аналогичный контракт с Новолипецким металлургическим комбинатом. В дальнейшем станцию купили компания «Нефтеоргсинтез», Элекс-Банк, Промстройбанк, а также российские представительства транснациональных корпораций PriceWaterHouse, PepsiСо, Ernst & Young, Caterpiller. В 1996 г. различными станциями Definity пользовались в России уже более 150 компаний и организаций.

На данный момент во всем мире установлено свыше 40 тыс. станций Definity, в том числе более 2,5 тыс. — в России.

Г-н Файнер вот уже семь лет, после ухода в отставку, находится на заслуженном отдыхе. Тем не менее он очень хорошо помнит все этапы пройденного пути и даже выступил перед собравшимися на торжественный вечер журналистами и связистами на русском языке. Наш язык ему пришлось освоить, когда на несколько послевоенных лет он вместе с родителями попал из Польши на север России. Правда, после этого он практически не разговаривал по-русски лет пятьдесят.

Редакция нашего журнала желает станции-юбиляру новых достижений, а ее создателю — крепкого здоровья и долгих лет жизни!

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями