В наше время нефть стала синонимом финансового благополучия страны. Республика Татарстан, обладающая крупными запасами «черного золота» и развитой обрабатывающей промышленностью, не нуждается в дотациях из центра для реализации масштабных региональных программ в экономической и социальной сферах. Вместе с тем, как гласит восточная мудрость, «поспешать нужно медленно». Поэтому республиканское руководство не торопится отчитываться о достижениях в выполнении ФЦП «Электронная Россия» и претворении в жизнь собственных инициатив, а изучает и анализирует опыт других субъектов РФ. Ведется кропотливая методичная работа над формированием безошибочной стратегии информатизации региона, которая должна принести свои плоды уже в обозримом будущем.

О ходе этой работы и о том, какие проблемы еще предстоит решить, главному редактору Сетей Игорю Елисееву рассказал Фарит Фазылзянов — заместитель министра по информатизации и инвестиционной политике Минсвязи Республики Татарстан.

Как повлияли на деятельность Минсвязи РТ последняя структурная реорганизация российского правительства и, в частности, целая череда трансформаций Минсвязи РФ — вначале в Министерство по транспорту и связи, а затем в Министерство по информационным технологиям и связи с акцентом на первую часть нового названия?

Мы очень внимательно следили за изменениями на федеральном уровне и переживали, возможно, даже больше, чем нужно, в тот момент, когда исчезло слово «информатизация» из названия вышестоящего министерства. Но сейчас наши переживания позади и надо отдать должное авторитету Леонида Реймана и его коллег за то, что они сумели отстоять свое ведомство и всю инфокоммуникационную отрасль в целом. Тот факт, что в современном названии министерства словосочетание «информационные технологии» стоит на первом месте, можно рассматривать своего рода сигналом регионам, что приоритет сегодня делается именно на применении информационных технологий в повседневной деятельности.

Для нас этот сигнал не стал неожиданностью, потому что мы задачей информатизации общества занимаемся давно. В Республике Татарстан приняты «Основы государственной политики в области информатизации и связи» — документ, подписанный президентом РТ. В этом году был принят и республиканский закон «Об информационных ресурсах и информатизации». Ведутся также крупные ИТ-проекты в государственном и промышленном секторах.

На сегодняшний день, как мне кажется, МИТС РФ необходимо срочно разработать и приступить к внедрению комплексной программы развития информатизации как на федеральном, так и на региональном уровне, что необходимо для сопряжения действий Центра и отдельных субъектов РФ. Надо выстроить общую вертикаль управления с точки зрения способности поддерживать ИТ-процессы на местах. Здесь я говорю о введении института CIO в государственном управлении, утверждении новой расходной статьи бюджета на информационные проекты, назначении ответственного за ее исполнение. Как на любом предприятии работает свой ИТ-менеджер, так и в структуре государственного управления на любом уровне должна существовать подобная штатная единица. Учитывая большую межведомственную разобщенность и ограниченность финансовых ресурсов, МИТС стоит сконцентрировать усилия на реализации тех проектов, которые направлены в первую очередь на решение социальных и экономических задач, приоритетность которых определил Президент России.

Большинству людей сегодня понятно, что ИТ — не самоцель, а инструмент достижения конкретной цели. Как мы определили на республиканском уровне роль ИТ, во-первых, это инструмент повышения эффективности государственного управления; во-вторых, это средство для повышения конкурентоспособности региональной экономики и отдельных хозяйствующих предприятий; в третьих, это реальный механизм повышения уровня жизни населения за счет внедрения востребованных высокотехнологичных услуг. Третья задача ИТ, как мы видим, несет в себе ярко выраженную социальную функцию. Все эти пункты нашли отражение в нашей региональной программе «Электронный Татарстан», которую мы разработали и готовим к утверждению парламентом и президентом республики до конца текущего года.

Как я вас понял, переименования республиканского министерства связи по аналогии с федеральным в настоящее время не планируется — в этом нет необходимости, поскольку в законодательстве РТ изначально заложен приоритет на развитие ИТ?

В Минсвязи РТ я работаю всего второй год, но еще в прошлом году мы неоднократно предлагали правительству и президенту республики принять решение по переименованию нашего ведомства. Смысл переименования состоит не в простой дани моде, а в том, что наше министерство должно быть наделено определенными функциями по координации процессов информатизации общества и государственных органов. Для понимания сути проблемы здесь нужна несколько иная философия мышления чиновников, заключающаяся в понимании того, что информационные технологии — это ключ к решению задач, поставленных президентами РФ и РТ, то есть удвоения ВВП, повышения уровня жизни населения и конкурентоспособности экономики. И наша отрасль является одним из локомотивов движения в этом направлении, создающим инновационный прорыв в других сферах экономики.

К сожалению, центробежные силы межведомственной разобщенности пока не дают принять решение о переименовании республиканского Минсвязи в Министерство информационных технологий и связи теперь уже в соответствии с федеральной формулировкой. Но рано или поздно это все равно произойдет, иначе хаос, который творится из-за того, что каждое ведомство тянет одеяло на себя, ни к чему хорошему в реализации федеральных и местных программ по информатизации не приведет.

Иными словами, вы предлагаете рассматривать связь как одну из самостоятельных отраслей экономики, наряду с машиностроением или нефтегазовой промышленностью, в то время как ИТ — это другая область, требующая собственной иерархии управления...

Связь и информатизация — это две составляющие одного целого — инфокоммуникационной отрасли. У нас пока нет четкого понимания, что существует отдельная и самостоятельная ИКТ-отрасль. Про отрасль связи известно давно, с тех пор как были проложены первые телефонные провода и появилось радио. Но сейчас в экономике страны рождается что-то принципиально новое, тем более в свете всеобщего перехода к глобальному информационному обществу. И на этом следует делать основной акцент в формировании государственной политики. ИКТ-отрасль надо целенаправленно развивать, для чего необходимо создать отдельную организационную структуру и целевой бюджет. С одной стороны, бюджет новой отрасли требуется для поддержания и развития процессов информатизации, а с другой — для достижения конечных стратегических целей и задач правительства. Среди последних есть такие общесистемные или общеведомственные задачи, как модернизация сетей связи, построение инфраструктуры информационно-вычислительных центров, внедрение электронного документооборота, создание системы информационной безопасности, развертывание сетей публичного доступа к Internet.

Справедливо, если финансирование общесистемных задач будет осуществляться на паритетных началах между центром и регионами. А что касается региональных и отраслевых программ, то, безусловно, их реализация — это задача, относящаяся к компетенции региона или конкретного ведомства.

Нормативная база общесистемных задач информатизации должна формироваться на федеральном уровне, значит, и технологическая политика при реализации ИКТ-проектов тоже должна определяться центром. В этом как раз и заключается помощь Центра регионам: каждому субъекту федерации теперь не нужно будет вариться в собственном соку, придумывая новые законы, нормативные акты и регламенты. Вот почему мы критикуем ФЦП «Электронная Россия»: в нынешних условиях разграничения ведомственных полномочий толку от нее очень мало. Ведь можно до бесконечности экспериментировать и делать пилотные проекты, но если они окажутся удачными, то должен вступить в силу механизм их безукоснительного внедрения на всей территории страны.

Довольно часто мы становимся свидетелями того, как отдельные регионы рапортуют о своих достижениях по внедрению ИТ в область государственного управления, экономическую и социальную сферу жизни общества. Особо стоит выделить Эвенкийский АО, Краснодарский край и Республику Чувашия, которые строят собственные системы управления ресурсами региона, электронных торгов под нужды госзакупок, порталы электронного правительства. Но не столкнемся ли мы впоследствии с другой проблемой — как эти построенные и уже действующие механизмы интегрировать с «вышестоящими» системами федерального уровня, призванными выполнять схожие функции?

Конечно, столкнемся, но я рассматриваю это явление как эволюционный процесс. Сначала создаются разрозненные системы (очаги развития), затем наступает фаза их объединения, стандартизации и унификации в единый комплексный механизм. Федеральные органы призваны играть решающую роль в утверждении нормативно-правовой базы, технологических стандартов и регламентов построения, эксплуатации и последующей модернизации инфокоммуникационных систем. Выбор же регионами конкретных продуктов и поставщиков, удовлетворяющих прописанным критериям, должен проходить на конкурсной основе. Только таким образом все информационные системы, действующие на местном уровне, легко увяжутся с федеральными.

Допустим, я создаю собственную систему управления субъектом федерации. При этом в нашем видении проблемы существуют некие приоритеты, но насколько они вписываются в общефедеральные рамки, я не знаю. Причина в том, что пока не существует документа, который описывает устройство подобной системы управления всей страной — ее функциональность, архитектуру, технические стандарты и соединительные интерфейсы. Правильнее всего было бы описать такое решение для самого верхнего уровня, а уж потом проецировать его на уровень регионов и муниципалитетов по принципу вложенной матрешки. В результате будет достигнуто единое и прозрачное функционирование всех компонентов.

Как могли бы вы оценить республиканскую инфраструктуру связи, включая «последнюю милю», магистральные оптические сети, подвижную сотовую связь, с точки зрения ее готовности к реализации крупномасштабных программ по информатизации? Я имею в виду достаточность пропускной способности и надежность каналов связи для электронного «общения» населения и правительства, внедрения дистанционного обучения и телемедицины, повсеместного доступа к Internet?

Успехи в телекоммуникационной области у нас достигнуты очень большие. Татарстан является одним из немногих субъектов федерации, в котором на протяжении последнего десятилетия уделялось огромное внимание развитию инфраструктуры связи. Уровень цифровизации сетей связи очень высокий. На сегодняшний день все 43 райцентра республики объединены цифровой магистральной сетью. В следующем году планируется полностью перевести на цифровые технологии все телефонные станции столицы республики к ее 1000-летнему юбилею. Вдобавок мы реализуем республиканскую программу развития связи в сельской местности, благодаря которой цифровые каналы связи будут доведены практически до каждого населенного пункта. Эта программа успешно реализуется с 2001 года. При этом в последнее время мы ориентируем ее исполнителей на то, чтобы жителям села стали доступны не только традиционные голосовые услуги, но и дополнительные информационные сервисы, включая доступ к Internet.

В общем, инфраструктурный компонент предоставления услуг у нас на высоте, зато отстает другая его составляющая — контент, или информационные приложения, ради которых столь мощные сети связи и создавались. Раньше понятие связи отождествлялось только с голосовыми соединениями. На сегодняшний день нужно учитывать, что высокая конкурентоспособность предприятий невозможна без применения в корпоративных сетях информационных приложений. В переносном смысле эти приложения и есть основные потребители магистральных емкостей.

Чтобы инвестиции в сети связи оказались рентабельными, надо формировать востребованные обществом ресурсы и повсеместно внедрять информационные системы. Экономика Татарстана в будущем должна делать ставку на наукоемкие технологии. Такова стратегия государственной политики. А сырьевые ресурсы рано или поздно истощатся, поэтому необходимо искать новую «точку роста» отечественной экономики.

Вы подписали протокол о намерениях с корпорацией Intel, который включает в себя и ускоренное развитие беспроводных сетей, основанных на стандарте WiMAX. Нет ли противоречия в том, что именно Татарстан с его развитой инфраструктурой проводной связи видит большие перспективы в применении этой технологии?

На самом деле беспроводные сети доступа — это лишь одна, коммуникационная составляющая протокола о намерениях, подписанного с компанией Intel. И никакого противоречия между нашими намерениями и реальным положением дел с региональной инфраструктурой доступа я не вижу.

Мы четко отслеживаем последние достижения в области информационных технологий, исходя как из их рыночной жизнеспособности, так и из возможностей улучшить с их помощью жизнь населения. Многие проблемы развития связи на селе у нас остаются актуальными. Например, существуют труднодоступные районы, куда прокладывать телефонные линии нерентабельно, поэтому большинство операторов не хотят туда идти. Для выхода из такой ситуации надо рассматривать альтернативные технологии радиодоступа, которые призваны решать эти задачи в короткие сроки и с наименьшими затратами. По сути, наша работа с Intel — это попытка присмотреться к перспективной технологии, тем более что WiMAX имеет заведомо привлекательные черты с учетом масштабов территории страны.

Второй перспективный вариант применения технологии радиодоступа заключается в ее внедрении крупными территориально распределенными корпорациями, которые действуют в республике. Сюда относятся «Татнефть», имеющая многочисленные месторождения по всему региону, или «Татэнерго», отвечающая за подачу электроэнергии во все населенные пункты. Таким компаниям требуется связать разбросанные по региону установки для бурения скважин или трансформаторные подстанции с центральными комплексами управления для поддержки единой АСУТП.

Средства WiMAX здесь могут встраиваться в комплексы АСУТП, позволяя эффективно управлять многими производственными процессами. Раньше управление производственными объектами поддерживалось традиционным способом — при помощи операторов, сидевших на телефонах. Теперь все это хозяйство поэтапно автоматизируется, что должно привести к уменьшению себестоимости выпускаемой ими продукции.

А кто, как ожидается, будет строить такие сети в Татарстане — сами корпорации или независимые операторы?

Здесь применимы оба варианта. На сегодняшний день наша страна пребывает в стадии становления беспроводного рынка услуг, а значит, жесткой структуры этого рынка нет: где-то превалируют предприятия, а где-то операторы. Но я думаю, что диверсификация продуктов и услуг рано или поздно должна состояться, потому что каждый хозяйствующий субъект должен заниматься собственным делом. Ведь не задача бизнеса — строить корпоративные сети, это свидетельствует лишь о том, что операторы связи пока не справляются со своими функциональными обязанностями.

Во всем мире мы наблюдаем обратную тенденцию — развивается аутсорсинг информационных и телекоммуникационных услуг. Если наши крупные компании выведут из своей структуры вспомогательные подразделения и придадут им статус независимых предприятий, то могут появиться очень интересные региональные hi-tech-компании. Сегодня примерно 60-70% квалифицированного интеллектуального ресурса сосредоточено именно в этих корпорациях, а остальная часть — в тех фирмах, которые поставляют высокотехнологичные продукты и услуги по роду своей деятельности (системные интеграторы и сервис-провайдеры).

Вторым необходимым шагом является укрупнение новорожденных ИТ-компаний с целью их более успешного противостояния натиску столичных и зарубежных поставщиков услуг. Должен, к сожалению, заметить, что в регионах сегодня доминируют крупные столичные ИТ-холдинги, сумевшие объединить свои ресурсы для выполнения масштабных проектных работ и поддержки крупных заказчиков. А местные компании действуют очень разрозненно и в результате довольствуются узкими сегментами ИТ-рынка — сервисным обслуживанием установленных информационных систем и продажей оборудования массового спроса. Местные игроки рынка практически незаметны в таких сегментах, как разработка ПО, проектная интеграция и поставка высокотехнологичного оборудования, которые считаются самыми доходными.

Поскольку в регионах отсутствует стратегия поддержки местного ИТ-рынка, пошел значительный отток человеческого капитала в Центр. Лучшие инженерные кадры уезжают из регионов в Москву и за рубеж, с тем чтобы через некоторое время вернуться и начать внедрять у себя на родине передовые технологии. Видимо, по законам эволюции, этот процесс неизбежен. И сейчас, после первоначального накопления интеллектуального капитала, столичные ИТ-холдинги вновь обращают свои взоры в провинцию. Они открывают в регионах свои филиалы, чтобы стать ближе к заказчику.

Коль скоро мы заговорили о взаимодействии столичного и региональных рынков, можно перейти к следующему вопросу, который в большей степени касается инфраструктурной составляющей отрасли. Изучая структуру собственности телекоммуникационного рынка Татарстана, я обнаружил, что ОАО «Связьинвест» практически не представлено ни в проводном, ни в беспроводном сегменте, за исключением доли в компании «Татинком». Кроме того, основной оператор связи республики, ОАО «Таттелеком», также не занимается развитием сотового бизнеса. Почти весь сотовый бизнес представлен внешними федеральными и региональными компаниями. В этой связи хотел бы узнать, как вы оцениваете перспективы местных предприятий связной отрасли в конкурентной борьбе с пришлыми «завоевателями»?

Массовая экспансия телекоммуникационного бизнеса из центра в регионы говорит об одном — у федеральных компаний очень велики возможности административного и финансового ресурса. То, что в ведении местной отрасли связи не осталось сотового бизнеса, нужно рассматривать как исторически сложившийся факт. Бывшие владельцы продали свои акции «федералам», и это их личное право. Однако в качестве оправдания могу сказать, что относительная независимость нашего министерства и республиканских предприятий связи от федерального управления позволила нам реализовать ту программу развития связи, какой не может похвастаться ни один другой регион. Наши достижения могут служить для остальных телекоммуникационных компаний примером умения управлять своими активами. Мы построили эффективную и высокодоходную отрасль и главное — обеспечили население услугами.

Сейчас наступают другие времена: пора обособленности закончилась, наступает период глобализации бизнеса. Не за горами объединение, а в последующем и покупка «Таттелекома» и «Казанской ГТС» крупными инвесторами. Учитывая эти факторы, нами была разработана стратегия объединения двух республиканских операторов, направленная на аккумулирование активов и управленческих кадров. Думаю, что эта стратегия поможет нам найти крупного инвестора для продолжения намеченного пути развития.

Потенциальных инвесторов в нашей стране немного, и вы прекрасно знаете их имена. Среди них есть и холдинг «Связьинвест», который в последние годы также озаботился консолидацией своей бизнес-структуры. Его оппонентами могут выступить «Альфа Групп» или АФК «Система Телеком». В совокупности перечисленные группы владеют 80-90% всех активов телекоммуникационной отрасли России.

Успех же сотовых операторов во многом объясняется тем, что сфера их деятельности оказалась меньше зарегулирована, чем у предприятий «Электросвязи». С другой стороны, я вижу определенные плюсы в развитии сотовых сетей на территории РТ. Дело в том, что теперь нашим проводным операторам пора задуматься над тем, что эра монополизма на рынке телефонных услуг для них закончилась, так как количество мобильных абонентов уже превысило количество фиксированных. Отныне их доходы и успехи в конкурентной борьбе с сотовыми компаниями будут зависеть не только от обладания телефонными номерами, но и от спектра предлагаемых услуг, их качества и стоимости.

Республиканская программа «Электронный Татарстан» пока не утверждена, но можно ли сегодня сделать какие-то выводы по поводу того, как выполняется в республике ФЦП «Электронная Россия»?

Федеральные программы выполняются, но в силу тех причин, о которых говорилось раньше, продвигаются с большим трудом и не в желаемых объемах.

На сегодняшний день реализуется два крупных проекта: по подключению 1306 школ Татарстана к сети Internet в рамках ФЦП «Развитие единой образовательной информационной среды» (объем финансирования — 37 млн рублей) и по созданию компонента «Информационная система управления жилищно-коммунальным хозяйством Республики Татарстан» в рамках ФЦП «Электронная Россия» (объем финансирования — 20 млн. рублей).

Вообще говоря, картина, наблюдаемая сегодня в регионах, является отражением той борьбы вокруг реализации ФЦП «Электронная Россия», которая происходит в Москве. Учитывая, что в республике пока нет единого централизованного бюджета на развитие информатизации с соответствующим наполнением, мы выбрали другую тактику для реализации мероприятий, заложенных в ФЦП. На основании подписанных соглашений о сотрудничестве по реализации мероприятий ФЦП «Электронная Россия» между Татарстаном и Минэкономразвития РФ и Минсвязи РФ мы можем принимать участие в федеральных конкурсах. В случае победы в них субъекту федерации выделяются денежные средства при условии паритетного финансирования проекта со стороны местного бюджета. Кроме того, мы стараемся опираться на заинтересованные ведомства, увидевшие собственные преимущества в развитии информатизации.

Беда в том, что многие чиновники до сих пор воспринимают «Электронную Россию» как дополнительный источник денег и возможность усиления личного авторитета на модной теме. Поэтому я еще раз хочу подчеркнуть, что наиболее актуальная на сегодняшний день задача Министерства по информационным технологиям и связи РФ — стать главной ИТ-службой страны и навести порядок в бюджете, организационной структуре исполнителей и заказчиков федеральных проектов по информатизации.

Как вы относитесь к идее превращения государственных органов власти в некий аналог сервисных организаций, предоставляющих услуги населению и бизнесу и получающих доходы от этой деятельности?

Подобная модель имеет право на существование, но нужно понимать, что она представляет собой перерождение известной модели аутсорсинга. Если говорить только о сфере ИТ, то функции, которые требуются для поддержки процессов госуправления, можно смело отдавать на аутсорсинг коммерческим структурам. Конечно же, при условии соблюдения информационной безопасности. И государство готово платить деньги конкретным поставщикам услуг. А почему бы и нет, ведь операторы связи обслуживают все государственные структуры, от федеральных до муниципальных, и делают это совсем не безвозмездно.

Формируя программу «Электронный Татарстан», мы предполагали, что часть заложенных в ее рамках мероприятий имеют государственный характер, а часть — сугубо коммерческий, так как они направлены на содействие развитию экономики. Поэтому лично я отношусь положительно к идее коммерциализации региональных проектов по информатизации и особенно поддерживаю идею передачи вспомогательных ИТ-функций на аутсорсинг. В противном случае получается то, что имеем сегодня: состоящие из трех — пяти человек ИТ-отделы министерств и ведомств и собственные задачи по информатизации не в силах решить, и других на свою территорию не пускают. Чтобы исправить ситуацию, требуется самая малость — изменить мышление ответственных чиновников, чтобы добиться от них режима наибольшего благоприятствования работе квалифицированных ИТ-специалистов.


Кто есть кто?

Фарит Мансурович Фазылзянов имеет большой опыт работы в качестве CIO крупных промышленних предприятий. В 1992 году он закончил Казанский авиационный институт им. Туполева по специальности инженер-конструктор электронно-вычислительных систем. Затем работал на литейном заводе АО «КАМАЗ» инженером-программистом, ушел оттуда уже будучи начальником службы ИТ.

С 1996-го по 2000 год Фазылзянов занимал пост директора департамента информатизации и связи в ГУП РТ ПО «ЕЛАЗ». Следующие три года его трудовой карьеры прошли в ОАО «Татэнерго», где он был назначен начальником управления автоматизации и информационных технологий. С 2003 года Фазылзянов состоит на государственной службе, являясь заместителем министра связи Республики Татарстан по информатизации и инвестиционной политике.

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями