Ну и ладно, скажет читатель, любой министр за год подписывает уйму официальных бумаг. Так-то оно так, но этот документ оказался довольно своеобразным. И дело здесь не в том, что Приказ за номером 130 от 25 июля определяет порядок внедрения систем оперативно-розыскных мероприятий (СОРМ) в телефонных сетях.

Протесты против использования СОРМ периодически раздаются со страниц наших газет и журналов. Но если обратиться к опыту европейских государств и США, можно увидеть: везде практикуются скрытое прослушивание телефонных разговоров и перехват данных уполномоченными на то службами. Такие процедуры обеспечены отточенными юридическими нормами и строго регламентированы. Тогда почему вокруг российской модели СОРМ поднялся шум?

Попытки внедрения СОРМ в сетях связи предпринимались неоднократно, но инициатива исходила от спецслужб, и операторы связи всеми правдами и неправдами отбивались от этих дорогостоящих затей. Теперь, после выхода упомянутого Приказа и его регистрации в Министерстве юстиции, избежать установки систем оперативно-розыскных мероприятий им уже, видимо, не удастся, однако основная проблема заключается в ином: оплачивать необходимое оборудование и все работы, связанные с его монтажом и эксплуатацией, должны именно операторы связи. Забавно, не правда ли? В конечном счете, любой владелец сети связи включит эти расходы в абонентскую плату, и возникнет весьма пикантная ситуация — компенсировать расходы на слежку придется самому подозреваемому. Впрочем, для России такое положение дел «не оригинально»: скажем, в средние века людей, содержащихся в тюрьмах, вынуждены были кормить их родственники.

Стоимость внедрения СОРМ в сети оператора связи составляет весьма значительную сумму.

Во-первых, происходит удорожание самого телекоммуникационного оборудования, вызванное его доработкой. Не секрет, что большинство систем связи построено с использованием зарубежной техники. И вполне вероятно, что компетентные органы захотят узнать гораздо больше о работе телефонных станций, чем это необходимо для подключения СОРМ. Не исключены и аналогичные действия по отношению к упомянутым органам со стороны производителей такого оборудования. Между прочим, согласно п. 2.3 рассматриваемого Приказа, работы по установке СОРМ считаются конфиденциальными и проводить их должен ограниченный круг лиц, утвержденный местным органом ФСБ. Однако многие операторы связи прибегают к услугам представителей инофирм в целях обслуживания своего оборудования.

Во-вторых, необходимо не только обеспечить технические требования к СОРМ для коммутационного оборудования, но и установить каналообразующую аппаратуру, а также проложить специальный канал связи. Куда? Догадайтесь с одной попытки. И хотя, в соответствии с п. 2.8 Приказа, работы по организации этой линии связи осуществляются органами ФСБ, незначительная приписка «с участием оператора связи по согласованным планам» вынудит последнего большую часть таких расходов взять на себя. В противном случае он рискует столкнуться с излишней «принципиальностью» чиновников в других вопросах. Не ровен час, можно и лицензии лишиться.

В-третьих, ответственность за эксплуатацию практически всего парка оборудования, поддерживающего оперативно-розыскные мероприятия, согласно п. 2.9, возлагается на оператора связи. Кроме того, если он, ссылаясь на различные объективные причины, станет затягивать внедрение СОРМ, то, не исключено, получит в своем техническом офисе постоянно действующий филиал ФСБ. Действительно, п. 2.2 Приказа гласит, что коли оператор не обеспечивает такое внедрение, он обязан предоставить «специальное технологическое помещение с необходимыми коммуникациями, гарантированным энергоснабжением, линиями, каналами связи и линейно-кабельными сооружениями».

Согласно ст. 8 закона «Об оперативно-розыскной деятельности», прослушивание возможно только по судебному решению, причем сотрудники спецслужб обязаны предоставить такое решение оператору связи. В том случае, когда какое-то дело проходит под грифом «секретно», требуется сообщить его номер и другие необходимые атрибуты. В Приказе министра связи присутствует тезис о невозможности передачи оператору информации о лицах, в отношении которых идет «работа». Но «уточнение» закона, вошедшее в ведомственный приказ, открывает дорогу для злоупотреблений.

Итак, решайте сами, насколько «обычен» новый документ.

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями