Желание до конца прояснить позиции ведущих предприятий в области спутниковой связи по вопросу о востребованности транспондеров российскими потребителями заставило редакцию еще раз вернуться к этой проблеме (см. «Сети», 2000, № 5, с. 96 и № 6, с. 92). Мы попросили сформулировать свое мнение Бориса Антонюка, начальника Государственного предприятия «Космическая связь» (ГПКС ). Как известно, ГПКС является не только монопольным владельцем практически всех геостационарных спутников российской орбитальной группировки (ОГ) и большинства принадлежащих нашей стране орбитальных позиций, но и одним из самых крупных поставщиков разнообразных услуг спутниковой связи на территории РФ (от телефонии, теле- и радиовещания до построения сетей спутниковой связи и предоставления доступа в Internet по спутниковым каналам). Надеемся, что ответы г-на Антонюка на вопросы обозревателя «Сетей» Галины Большовой, касающиеся как востребованности каналов спутниковой связи, так и ближайших перспектив развития данной отрасли в России, позволят нашим читателям сделать для себя некоторые выводы о том, что смогут предложить российскому потребителю российские же спутники.

Борис Антонюк спокоен: запуск ГПКС в этом году трех спутников позволит сохранить ресурсы, выделенные МСЭ для Администрации связи России

«Cети»: Известно, что судьба многих зарегистрированных в МСЭ точек стояния и частот для будущих российских КА висит на волоске. Очевидно также плачевное состояние российской ОГ. Какие меры предпринимаются или планируются для восстановления ОГ и сохранения точек и частот?

Борис Антонюк: Сегодня Администрацией связи России за ГПКС закреплено 11 орбитальных позиций на геостационарной орбите — с 14? з.д. по 145? в.д. Все эти точки полностью скоординированы и выделены Международным союзом электросвязи (МСЭ) для использования российской Администрации связи. До недавнего времени у нас применялось понятие «национальный орбитальный ресурс» и, в полном соответствии с его внутренним смыслом, существовало мнение, что это национальное достояние, которое следует «защищать и охранять». На самом деле, ресурс на геостационарной орбите не является национальным достоянием ни одной страны мира. Он находится в ведении МСЭ, который занимается распределением точек стояния между государствами и выделением частот, необходимых для работы с находящимися на определенных позициях спутниками. Безусловно, распределение зависит не только от числа поступивших заявок (т.е. потребности), но и от наличия свободных позиций и частот, а потому не все заявки удовлетворяются.

Действительно, есть потенциальная опасность лишиться определенных ресурсов, заявленных в МСЭ. В ноябре этого года заканчивается «приоритет на построение» некоторых спутниковых сетей на базе КА, находящихся в распоряжении России. Хотя все соответствующие точки заявлены и полностью скоординированы, некоторые из них не задействованы, т.е. не во всех точках имеются спутники, функционирующие в полном соответствии с требованиями, которые указывались в заявках. (В числе таких требований — координация частот излучения. Так, каждой точке российской группировки выделены определенные полосы частот: в С-диапазоне — 800 МГц, в Ku — 500 МГц.)

Например, в точке 80? в.д. до недавнего времени находился спутник «Экспресс-12», имеющий емкости С- и Ku-диапазонов. После выхода из строя ретранслятора Ku-диапазона данный КА примерно три года не работал с сетями связи на этих частотах. А по новым правилам МСЭ частотный ресурс, не задействованный в любой орбитальной позиции в течение двух лет, может быть передан другой стране.

Администрации густонаселенных стран мира сегодня проявляют наибольший интерес к Ku-диапазону, как к наиболее используемому, поскольку именно в нем можно обеспечить высокую мощность излучения сигнала в ограниченной зоне обслуживания. В России указанный диапазон только начинают осваивать, но терять ресурс не хотелось бы. Поэтому первоочередная задача, стоящая перед ГПКС, — восполнение группировки спутниками, которые будут работать как в С-, так и в Ku-диапазонах, что обеспечит сохранение всех частотных присвоений и позиций, выделенных МСЭ для нашей страны на настоящий момент.

К счастью, в нынешнем году мы уже вывели в позицию 80? в.д. новый «Экспресс-А2», обеспечивающий работу в обоих диапазонах. В июне мы планируем осуществить запуск еще двух спутников — «Горизонт-45» (запуск состоялся 6 июня 2000 г. — Прим. ред.) и «Экспресс-А3» (11? з.д., спутник запущен 24 июня 2000 г. — Прим. ред.). Все эти КА (после перемещения их в нужные точки орбиты) позволят удовлетворить требования МСЭ, относящиеся к 10 из 11 орбитальных позиций, за которые «отвечает» ГПКС. Таким образом, будет практически снята угроза потери Россией «записанных» за ней орбитальных позиций.

C.: Ваш тезис об ограниченной востребованности транспондеров российскими пользователями вызывает некоторое сомнение. Ведь не секрет, что немало спутниковых каналов арендуется у зарубежных провайдеров (Intersat, Eutelsat и даже Loral). По нашим оценкам, арендованные емкости составляют не менее 40% от всех используемых в настоящее время. Хотелось бы уточнить позицию ГПКС по данному вопросу. Кроме того, не могли бы Вы сообщить, на чем основан тезис об «ограниченной востребованности», если запуски двух «Экспрессов» не перекрывают существующих (по количеству арендуемых каналов) потребностей?

Б.А.: На сегодняшний день все российские потребители (на всей территории нашей страны) спутниковой связи используют 106—108 транспондеров как на зарубежных, так и на отечественных КА, причем у ГПКС арендуется примерно 57—58% от общей емкости. Реализация Федеральной космической программы (ФКП) производства и запуска еще семи новых спутников (до 2004 г.), а также выведение на орбиту трех указанных КА в 2000 г. позволят довести общий ресурс России до 230—250 стволов. Таким образом, РФ будет иметь в 2005 г. не менее 300 транспондеров, из которых около 250 — по ФКП и не менее 50 стволов на зарубежных КА или спутниках других российских операторов (Газпрома, «Медиа-Моста» и др.).

В аналитических отчетах потребность в спутниковых емкостях оценивается по-разному и, конечно, фигурируют различные цифры. Есть и такие, в соответствии с которыми общая потребность составит 240 транспондеров, но по оценкам ГПКС она не превысит 180 стволов. Соответственно, «избыток» — около 120 транспондеров. Эту величину я и имел в виду, когда говорил о невостребованности спутниковых емкостей.

С.: Не могли бы Вы уточнить, какие услуги спутниковой связи учитывались ГПКС при оценке необходимого в 2005 г. числа транспондеров?

Б.А.: Были учтены услуги по распространению федеральных программ радио- и телевещания (трех программ в пяти часовых зонах), услуги корпоративных сетей на базе VSAT, телефонии, а также высокоскоростной передачи информации из Internet и мультимедийных данных, которые пока занимают малую долю сервисов спутниковой связи.

С.: Но для предоставления последнего вида услуг оптимален даже не Ku-, a Ka-диапазон, ретрансляторы которого, как известно, на наших перспективных спутниках не предусмотрены.

Б.А.: Я не знаю, кто в мире построил спутник с Ka-диапазоном. Да и нужен он только для тех стран, где население размещено столь же плотно, как спички в спичечном коробке. В России этой потребности нет. Для нашей страны сети, построенные на базе данного спутника, мягко говоря, не актуальны — даже в Черноземной зоне. Кроме того, покупательная способность населения России такова, что не позволяет добиться экономической эффективности сети, передающей информацию в Ka-диапазоне частот. Под экономической эффективностью я подразумеваю, в том числе, и возврат средств, затраченных на запуск мощного КА с ретрансляторами Ka-диапазона, и создание наземной инфраструктуры. Именно поэтому ГПКС в своей программе, рассчитанной на ближайшие пять лет, не планирует строить спутники, имеющие транспондеры Ka-диапазона.

Да, к сожалению (или к счастью — точно утверждать не берусь), наша страна почти всегда демонстрирует «особый» путь развития. Но если какая-нибудь из зарубежных компаний закажет нам такой спутник, ГПКС готов его изготовить.

Позволим себе небольшой комментарий. Хотя «живого» КА с ретрансляторами Ka-диапазона действительно пока не существует, многие крупнейшие зарубежные спутниковые операторы давно обнародовали сроки запуска таких КА. Причем если HotBird 6 (Eutelsat), намеченный к запуску в 2001 г., и правда рассчитан на обслуживание густонаселенной Европы, то Telstar 8 (Loral) будет выведен на орбиту в 2002 г. для нужд Северной Америки, чья средняя плотность населения сопоставима с российской, особенно в северной части нашей страны.

С.: Не могли бы Вы уточнить, какая сумма потребуется, например, для запуска «Экспресс-2»?

Б.А.: При запуске аналогичных спутников это обойдется российской коммерческой организации примерно на 15—20% дешевле, чем западной компании. Если же мы говорим о выводе на орбиту КА по ФКП, то финансирование проекта (выплаты за ракетоноситель, топливо и по ряду других статей расхода) фактически производится из бюджета по «внутренним» ценам (например, в рамках оборонного заказа). Тогда цена, простите за каламбур, «разнится в разы». И это уже весьма существенно, это та самая суть ФКП — государственная поддержка отечественной космической отрасли путем обеспечения дешевого запуска.

С.: Но такие «привилегии» касаются только запуска. А стоимость спутника остается той же?

Б.А.: Да, снижается цена запуска, но не спутника, тем более что основная стоимостная составляющая — полезная нагрузка — сегодня заказывается за рубежом. Конечно, производство российского КА тоже обходится (за счет тех же бюджетных средств) дешевле, чем на Западе, но незначительно, примерно на те же 15—20%.

Цель ФКП — государственное субсидирование запусков новых КА для восполнения и сохранения российских ОГ. Федеральным пользователям услуги связи предоставляются по регламентированным государством ценам, а они в два-три раза ниже коммерческих. Баланс таков: финансируя запуски (на этапе производства), государство экономит средства, затрачиваемые федеральными структурами на связь (на этапе эксплуатации спутниковых сетей).

C.: Как известно, аренда спутниковых емкостей у западных компаний — это прямой уход денег из страны. Как ГПКС оценивает такую ситуацию?

Б.А.: На мой взгляд, эта ситуация вынужденная, поскольку состояние российской ОГ не очень хорошее. Для работы с нашими КА, которые достаточно нестабильны, нужны антенны с системами сопровождения, что намного удорожает и саму земную станцию и ее обслуживание. А по причине высокой стоимости земных станций развитие корпоративных систем связи на базе российских спутников пока нереально. Именно поэтому многие потребители используют зарубежные КА таких операторов, как Intelsat и Eutelsat. Однако после реализации космической программы у нас появятся устойчивые спутники (по крайней мере, так обещают разработчики), а при более низких ценах, чем на Западе, многие клиенты Intelsat или Eutelsat предпочтут воспользоваться услугами ГПКС.

С.: Но ведь дело не только в точности положения и стабильности КА. Часто потребителю очень важна гарантия резервирования ресурсов, причем без перенастройки антенных систем спутниковой сети, как, например, в сети «Банкир».

Б.А.: Я знаю о проблемах «Банкира» и неоднократно обсуждал их с г-ном Сенаторовым. Однако мне не известна ни одна спутниковая группировка, имеющая два КА в одной точке.

С.: Пока не известна, но ведь, например, многие зарубежные операторы намереваются размещать в одной точке два КА.

Б.А.: Мировые тенденции развития этой отрасли не направлены на наращивание емкости в одной точке, за исключением систем телевизионного вещания. Другое дело — в рядом стоящих точках. В нашей концепции, скажем, есть четыре приоритетные позиции (11? з.д., 40, 96 и 140? в.д.), которые должны обеспечивать обслуживание федеральных пользователей. Существуют и так называемые приоритетные точки второго уровня. Вообще-то они предназначены для коммерческого использования, но в этих позициях кроме рабочих емкостей мы планируем организовать для нужд государства резервные, которые будут выделяться федеральным структурам в экстренных ситуациях или при отказах штатного КА. Для точки 11? з.д. «резервная» позиция — 14? з.д., для 40? в.д. — 53? в.д., для 96? в.д. — 103? в.д., а для 140? в.д. — 145? в.д. «Разнос» в три градуса для сети на базе малых VSAT-станций все-таки обеспечит связь во время перестройки антенных систем. И здесь ГПКС идет по тому же пути, что и весь мир. Да, Intelsat гарантирует резервирование либо на конкретном КА, либо в соседней позиции. Такие же гарантии дает и ГПКС.

Еще один комментарий. В настоящее время ОГ Eutelsat практически в точке 36? в.д. имеет два КА: SEASAT и W4. Именно практически, так как разнос между ними составляет примерно половину градуса.

C.: Технические параметры «Экспресс-А2», который займет точку 80?в.д., известны. Будут ли отличаться от них характеристики третьего КА (точность удержания, оснащенность транспондерами и т.п.)?

Б.А.: «Экспресс-А3» уже находится в позиции 80? в.д., и с 20 мая началась его коммерческая эксплуатация. Полученные при тестировании характеристики вполне удовлетворительны: ЭИИМ для С-диапазона на 2—2,5 дБВт выше, чем у его предшественников, а для Ku-диапазона — на 3—4 дБВт больше расчетных значений (46—47 дБВт). «Экспресс-А3», который намечено вывести в позицию 11? з.д., будет иметь такие же параметры. Что же касается стабильности, отклонение не превысит 0,1? на конец гарантийного срока (для данного КА он составляет 7 лет), а это для наших спутников очень неплохо.

C.: Как сообщил на заседании коллегии Минсвязи г-н Тимофеев, для сохранения орбитальных позиций планируется занимать их малыми КА. Будет ли ГПКС участвовать в данном проекте, и если да, то каковы характеристики таких КА?

Б.А.: Насколько мне известно, это одна из программ, направленных на сохранение ОГ, и г-н Зубарев доложил на коллегии Минсвязи о возможностях ее реализации в июне. Я не могу комментировать техническое решение, не изучив экономических показателей, относящихся к производству и запуску малых спутников. А пока неизвестных слишком много: ресурс, емкость, срок существования, число КА, одновременно выводимых на орбиту, и т.д. Но сама по себе идея очень хороша. Этот «горох» можно выводить на орбиту, а затем «растаскивать» по точкам для пополнения в них емкостей по мере надобности. Главный вопрос: сколько такая «горошина» будет весить и стоить?

C.: Какие работы по строительству новых современных КА (характеристики, сроки вывода на орбиту) планирует ГПКС?

Б.А.: Сейчас ведутся переговоры о подписании государственных контрактов на производство трех аппаратов типа «Экспресс-АМ», каждый из которых будет оснащен 12 транспондерами С-диапазона и 16 Ku-диапазона. Перенацеливаемая антенна подобного КА позволяет перераспределять емкости, а кроме того, в его составе предусмотрено оборудование для переключения излучения с одного диапазона на другой. Срок активного существования «Экспресс-АМ» — 12 лет. Изготовитель — НПО «Прикладная механика» (Красноярск).

Другая часть контрактов касается аппарата «Экспресс-АЯ». Четыре таких КА (их основой станет платформа «Ямал») ГПКС намеревается заказать у РКК «Энергия». Каждый из них будет иметь либо 12 плюс 5 транспондеров (соответственно, в С- и Ku-диапазонах), либо 10 плюс 6 (в тех же диапазонах). Хотя согласование проектных параметров еще не завершено, «Экспресс-АЯ», в принципе, относится к малым спутникам. Планируемый срок его активного существования — 12 лет.

Период создания каждого спутника составляет 23—24 месяца. Контракты на их изготовление ГПКС планирует подписать в июне-июле 2000 г. Вероятно, вывод КА на орбиту будет осуществлен в начале 2003 г. И их «разместят» в тех же 11 точках, которые есть у России сегодня, для замены отслуживших свой срок аппаратов.

ГПКС предоставляет много разных услуг, в том числе по сбору телеметрии, управлению и сопровождению КА других спутниковых операторов. Это важная статья в списке деятельности ГПКС, но она скорее направлена на достижение политических целей, на завование престижа, нежели на получение дохода. Основная же задача нашего предприятия — обеспечение спутниковыми емкостями операторов связи, теле- и радиокомпании, а также другие федеральные структуры.

С.: Благодарим Вас за беседу. Теперь наши читатели смогут более ясно представить, каковы позиции ГПКС «в деле развития спутниковой связи в России».

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями