В базовый пакет ВКС, который компания «Комстар» предлагает

своим клиентам, входят видеотелефон TView и подключение к сети

оператора по линии 128 кбит/с. Стоимость пакета — немногим

меньше 1000 долл. По оценкам фирмы, современный уровень

спроса позволяет продавать до 100 таких пакетов в месяц

Адекватное (хотя и не исчерпывающее) представление о состоянии дел с видеоконференц-связью (ВКС) в нашей стране дают сведения о доле бизнеса, связанного с поставкой решений и предоставлением услуг ВКС, в обороте отечественных компаний.

По словам Людмилы Стариковой («Комстар»), на сегодняшний день в обороте ее фирмы эта доля не превышает одного процента. Аналогичная оценка справедлива для Golden Telecom и ряда региональных операторов. Конечно, абсолютная величина дохода от предоставления оператором услуг ВКС может быть довольно внушительной, но все-таки один процент — есть один процент.

Показателен и тот факт, что проекты с активным использованием технологий ВКС пока не играют заметной роли в бизнесе интеграционных компаний. Скажем, системы ВКС не вошли в число семи(!) приоритетных направлений деятельности фирмы «АйТи» на этот год. Похожая картина наблюдается и у других крупных системных интеграторов. Некоторые фирмы, например Race Commuications, начали работать в данном направлении только минувшей весной (когда было подписано дистрибуторское соглашение между Race и VTEL), поэтому у них этот вид бизнеса еще не получил самостоятельного финансового «портрета».

Конечно, отдельные компании (DiViSy, RUSLAN Communications, «Стэл — Компьютерные системы», TZ Telecom) сознательно сделали ставку на активное продвижение технологий передачи видео по территориально-распределенным сетям. Так, в бизнесе DiViSy и TZ Telecom на поставки систем ВКС (в том числе в рамках интеграционных проектов) приходится около 70% оборота. Однако довольно красноречивым оказался тот факт, что инвестиции компании «Стэл» в технологии и системы ВКС пока еще не окупились — несмотря на тридцатипроцентную долю объема поставок этих систем в суммарном доходе фирмы.

Существует несколько факторов, препятствующих широкому внедрению технологий ВКС в нашей стране. Один из них — слабое развитие коммуникационной инфраструктуры (за исключением столиц и от силы десятка крупных городов). Как известно, для организации видеоконференции приемлемого качества по сети ISDN необходим как минимум один канал CBRI (128 кбит/с). Более предпочтительно иметь три таких канала (384 кбит/с). Подобными возможностями сегодня в России располагают, мягко говоря, далеко не все организации.

Проблема эта, естественно, имеет не технологическое, а экономическое происхождение. Понятно, что при наличии средств заказчик может получить даже оптоволоконную «последнюю милю», только такой вариант практически никогда не реализуется. К стоимости канала нужно прибавить затраты на приобретение и эксплуатацию специализированного оборудования, которые напрямую зависят от сферы применения ВКС.

Среди различных областей использования видеоконференций в настоящее время доминируют три — управление (в государственных и коммерческих структурах), дистанционное обучение и телемедицина. Причем, согласно сведениям, обнародованным на конференции представителем TZ Telecom, на долю управления приходится почти 50%, на дистанционное обучение — 30% и на телемедицину — около 20%. Другие приложения, например применение ВКС в банковских системах или системах удаленного видеонаблюдения, занимают на российском рынке считанные проценты (если не доли процента).

Что касается сферы управления, то в ней технологии ВКС начали использоваться в связи с приходом на отечественный рынок зарубежных компаний, которые стремились (и стремятся по сей день) привить своим российским партнерам культуру применения последних достижений в области ИТ. Впрочем, и здесь не обошлось без казуса.

Активное внедрение ВКС в бизнес-процессы западных фирм в первую очередь диктуется экономическими соображениями, поскольку позволяет достичь заметной экономии на командировочных расходах, а также минимизировать недополучение прибыли из-за промедления в решении «горящих» вопросов. В России дело сегодня обстоит иначе. Использование систем ВКС стало элементом «имиджа» компании, стремящейся не ударить в грязь лицом перед западным партнером. Соображения престижа начали доминировать над финансовой стороной дела. По меткому замечанию представителя DiViSy, большую часть заказчиков этой фирмы составляют организации, которым просто «деваться некуда» без систем ВКС, причем вовсе не в связи с необходимостью радикального сокращения издержек, а исключительно из-за имиджевого фактора. Деньги на внедрение ВКС в таких случаях находятся как бы «сами собой». (Правда, следует признать, что дорогие системы ВКС, вроде LC5000 компании VTEL стоимостью около 60 тыс. долл., пока практически не находят спроса на нашем рынке.)

Подобное положение дел представляется особенно парадоксальным, если учесть, что сроки окупаемости систем ВКС у нас несравненно больше, чем на Западе.

Согласно методике расчета времени окупаемости, предложенной Race Communications, для компании национального масштаба с шестью региональными офисами (сотрудники которых выезжают в командировки в среднем пять раз в неделю) расходы на приобретение и эксплуатацию шести систем типа TC2000 производства VTEL окупятся уже через 5,3 мес. Некоторые участники конференции, ссылаясь на собственный опыт, подтвердили, что такой срок вполне реален для западных компаний.

В российских же организациях существуют меньшие нормы командировочных расходов, поэтому затраты на ВКС окупаются не так быстро. Абсолютная величина недополученной прибыли здесь также заметно меньше — хотя бы потому, что годовой оборот средней отечественной фирмы явно уступает обороту средней американской, а следовательно, снижается негативный эффект задержки в принятии решения. Впрочем, по признанию ряда отечественных поставщиков решений в области ВКС, даже приблизительная, не то что скрупулезная, оценка сроков окупаемости приобретаемых систем в организациях-заказчиках практически никогда не проводится.

Со стоимостной точки зрения в совершенно особом положении оказалась такая область применения ВКС, как телемедицина. Затраты на вычислительное и видеооборудование, необходимые для оснащения одного врачебного кабинета средствами ВКС, находятся в диапазоне от 8 до 25 тыс. долл., в зависимости от параметров приобретаемой системы. Очевидно, телемедицинские консультации имеют смысл лишь при высоком качестве диагностической информации (прежде всего, графических изображений), передаваемой по глобальной сети врачу-консультанту. Это означает, что к стоимости системы ВКС следует прибавить цену современного диагностического медицинского оборудования. Обеспечение гистологических и цитологических исследований обойдется в 9—14 тыс. долл., эндоскопических — не менее чем в 30 тыс. долл. (с учетом стоимости эндоскопа), расходы на закупку специального оборудования, позволяющего проводить консультации во время операций, не превысят 10 тыс. долл.

Надо учесть также оплату услуг оператора, предоставляющего услуги ВКС. По данным Валерия Столяра, руководителя лаборатории автоматизированной истории болезни Научного центра сердечно-сосудистой хирургии им. А.Н.Бакулева, стоимость 30-минутного сеанса медицинской видеоконференции равна 80—250 долл. (в зависимости от удаленности, параметров сеанса ВКС и других факторов), при том что плата самому консультанту обычно не составляет и половины указанной суммы. Услуги оператора потребуют еще больших сумм в случае эндоскопических исследований или консультирования во время операций, поскольку необходимого качества видеоизображения удастся достичь только при наличии канала с пропускной способностью минимум 2 Мбит/с. Поскольку телемедицинские консультации не входят в программу государственного медицинского страхования, все расходы целиком ложатся на пациента, в большинстве случаев оказываясь для него непосильным бременем.

Впрочем, тарифы на ВКС падают, и заметную лепту в этот процесс внес прошлогодний кризис. Представители операторов не устают повторять, что, в отличие от ситуации трех-четырехлетней давности, сегодяшняя стоимость услуг ВКС превышает тарифы на обычную телефонную междугородную связь уже не в разы, а всего на 20—30% (хотя местная ВКС все же пользуется гораздо большей популярностью, чем междугородная). По словам сотрудников компаний «Комстар» и Golden Telecom, клиентам предоставляются дополнительные скидки при больших объемах передаваемого трафика, а потребности столь гуманной сферы, как телемедицина, находят понимание у операторов.

Следует заметить, однако, что указанное «понимание» выразится в ощутимой финансовой экономии только в том случае, если в России возникнет развитой рынок телемедицинских услуг. Согласно имеющимся оценкам, во всем мире ежегодно проводится от 60 до 100 тыс. телемедицинских консультаций с использованием ВКС, а объем таких услуг только в США в прошлом году достиг 6 млрд долл. Наша страна пока не подошла и к 1% указанной величины — пресловутому порогу, которым, по горькой иронии, обычно оценивается степень внедрения информационных технологий в России.

На этом фоне довольно неожиданно прозвучали на конференции заявления представителей ряда компаний, предлагающих решения ВКС для телемедицины. Сотрудники DiViSy, например, утверждают, что применение ВКС сдерживается неудачным стандартом H.323, который не стимулирует перспективных разработок в данной области.

Среди более «содержательных» причин назывался психологический фактор. Медицинский персонал, традиционно отличающийся излишним консерватизмом, в подавляющем большинстве просто не готов к внедрению новых технологий, и это обстоятельство, особенно в экономически развитых регионах, становится главным препятствием на пути развития рынка телемедицинских услуг. Деньги же на оснащение медицинских учреждений необходимым оборудованием часто выделяются из региональных бюджетов руководителями местных администраций.

Не отрицая роли консерватизма, заметим, что, по-видимому, именно в силу экономических причин крупным телемедицинским проектом «Москва — регионы России» пока охвачено всего два(!) районных центра — в Воронежской области и в Мордовии. Наконец, отечественная медицина не готова к внедрению ВКС и в организационном плане: налицо острая нехватка высококвалифицированных врачей, способных работать с системами ВКС.

Вопрос, вынесенный в заголовок этой статьи, так и не получил однозначного ответа — мнения участников конференции разделились. Возможно, кто-то скажет, что решать его стоит прежде всего в плоскости дефиниций, а не практического анализа. Тем не менее я рискну присоединиться к оценке Людмилы Стариковой из компании «Комстар»: рынок ВКС в России только начинает формироваться.

Что мешает внедрению ВКС в России?
  • Нехватка средств
  • Слабая инфраструктура связи
  • Отсутствие высококвалифицированных кадров
  • Консерватизм потребителей

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями