В рамках круглого стола, проведенного Институтом менеджмента инноваций Высшей школы экономики, компания General Electric представила результаты исследования Global Innovation Barometer 2012, выполненного консалтинговой компанией StrategyOne. Опрос проводился в 22 странах и учитывал мнения 2,8 тыс. руководителей высшего звена. Россия впервые была включена в список стран-участниц, и ее инновационный портрет был сформирован на основе мнений 200 топ-менеджеров. 87% из них считают, что за последние пять лет качество отечественной инновационной среды улучшилось. 67% полагают, что у России хорошая «инновационная репутация», а 7% уверены, что мы входим в тройку мировых лидеров в сфере инноваций.

Стремясь снизить уровень риска, фокус инновационной деятельности предприниматели предпочитают перемещать с «продуктовых инноваций» (создание совершенно новых продуктов и услуг) на «процессные инновации» (тюнинг существующих продуктов и услуг за счет улучшения бизнес-моделей либо организационных структур).

Поскольку Россия приняла участие в исследовании впервые, то хотелось бы разобраться, что у нас понимают под инновациями. Респондентам было предложено несколько вариантов ответов, в результате 57% считают, что инновации — это внедрение новых процедур или продуктов в организационные или маркетинговые изменения; 25% полагают, что это культурная среда, нацеленная на постоянные, позитивные изменения; 41% под инновациями понимают исследование и изобретение новой интеллектуальной собственности. Лидерство на рынке и получение конкурентных преимуществ в инновациях видят только 17%. Но 28% (!) ответили, что ни один из указанных аспектов не входит в их личное понимание инноваций. Что же тогда они понимают под инновациями?

Игорь Гурков, профессор ВШЭ, представил свое исследование инновационного климата в России. По его мнению, акционеров и владельцев бизнеса не интересует просто рентабельность предприятия. Как правило, они хотят иметь рентабельность выше отраслевых стандартов. Для того чтобы рентабельность соответствовала заданной планке, как раз и необходима инновационная среда. Но, согласно данным представленного Гуровым исследования, в 60% опрошенных предприятий утверждают, что качество их продукции выше, чем у ближайших конкурентов. А если это так, то зачем его улучшать? Поэтому основной стимул к инновациям пропадает.

Подобное состояние дел Гуров назвал синдромом Ильи Муромца — «мы могучи, но предпочитаем сидеть на печи». Кроме того, у предприятия, занятого инновационной деятельностью, убыточность выше средней по отрасли. Это объясняется высоким уровнем рисков при внедрении инновационных инициатив, которые приходится принимать. В дальнейшем предприятие, адаптированное к инновациям, имеет шанс опередить своих конкурентов и выйти в лидеры, но в действительности не так много собственников, готовых идти на такие риски.

Получается, что основная часть инноваций реактивна, то есть является следствием каких-либо перемен. Именно руководителя компании (а не собственника, который, как правило, ничего не предлагает, а рассчитывает на инициативы наемного менеджмента) к инновациям двигает ощущение, что меняются рынки и технологии и что за изменениями надо успеть. Там, где это ощущение есть, там есть и движение инноваций. Однако это только одно из необходимых условий для благоприятного инновационного климата, но не достаточное. Должна созреть критическая масса топ-менеджеров, которые почувствуют изменения на рынке и будут готовы дать инновациям зеленый свет. Плюс необходимы те, кто будет непосредственно заниматься внедрением инноваций, чтобы успеть за тенденциями.

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями

Купить номер с этой статьей в PDF