Индустриализация киберпреступности влечет за собой рост оборотов подпольной цифровой экономики. Американский Центр обработки заявлений об интернет-преступлениях, учрежденный ФБР и Национальным центром по «беловоротничковой преступности», получил в 2009 году 336,7 тыс. обращений: совокупные потери во всех этих зарегистрированных случаях онлайнового мошенничества только в США составили около 560 млн долл., это примерно вдвое больше по сравнению с 2008 годом. Масштабы нелегального кибербизнеса трудно оценить, поскольку, как отметил Ник Росситер, глава российского представительства Symantec, киберпреступники не отчитываются о своих доходах, но ясно, что они не меньше объемов убытков; при этом далеко не обо всех преступлениях становится известно.

По информации, приведенной Ильей Сачковым, генеральным директором компании Group-IB, в 2009 году доход создателя среднего качества бот-сети составлял более 1,7 млн долл. в год. По данным Symantec, стоимость реквизитов одной кредитной карты на черном рынке достигает 30 долл. Соответственно, объемы бизнеса на краже личных данных могут достигать сотен миллионов долларов, например, в 2009 году из процессингового центра Heartland Payment Systems в Нью-Джерси и ряда торговых компаний было украдены данные на 130 млн карт.  (В данном преступлении, помимо Альберта Гонсалеса, приговоренного по этому делу к 20 годам тюрьмы, согласно обвинительному заключению, участвовало, возможно, двое россиян.) Неудивительно, что компании, которые борются с киберпреступностью, сталкиваются с вполне реальными угрозами.

«У нас по определенным причинам нет аналитиков в Москве, — сообщил технический директор Trend Micro Раймунд Генес. — Ради уменьшения рисков наши ребята, русские или русскоговорящие, находятся в европейских офисах, в США, в Азии и других регионах». В США несколько сотрудников Trend Micro вынуждены были воспользоваться программой защиты свидетелей, после того как дали показания в суде против киберпреступников. Им пришлось изменить имя и место жительства.

«Люди, которые сейчас занимаются противоправными делами в сети, — это настоящие бандиты, — заявил Сачков. — Если вы рушите им бизнес, который приносит миллионы доларов, то, естественно, они готовы вам отомстить». Компании Group-IB выбивали стекла в офисе, ее сотрудникам разбивали окна в машинах и угрожали по телефону.

В нашей стране борьбу с киберпреступностью в цифровом поле, помимо слабого технического оснащения российских правоохранительных органов, по словам Сачкова, затрудняет практическое отсутствие центров реагирования на случаи нарушения информационной безопасности. В России существует единственный подобный центр — RU-CERT, который, по информации Group-IB, работает неэффективно.

Для сравнения, в США насчитывается более 50 такого рода центров. При обращении в любой из них даже из-за рубежа информация проверяется и меры (например, по блокировке вредоносного ресурса) принимаются при наличии возможности в течение нескольких минут. Эти центры работают круглосуточно. Единственный отечественный CERT открыт для обращений с 10 до 18 часов по рабочим дням, однако, по словам Сачкова, инциденты, о которых туда сообщала Group-IB, не были обработаны в принципе. На неэффективную работу RU-CERT пожаловался и аналитик Trend Micro Максим Гончаров.

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями

Купить номер с этой статьей в PDF