Стивен Херрод: «Уровень подготовленности специалистов и заказчиков внушает мне оптимизм» Несмотря на сложные экономические обстоятельства, в VMware стремятся не только расширять здесь свою коммерческую деятельность, но и развивать научно-техническое сотрудничество. О весовой характеристике гостя в мире виртуальных технологий можно судить по тому, что именно Херрод после ухода из VMware «главного ученого» компании, ее основателя Менделя Розенблюма стал его правопреемником. Назначение Херрода на этот пост вполне логично, он давний соратник Розенблюма, с 1989 года был его аспирантом в Стэнфордском университете, а в 2001 году, через три года после основания VМware, стал сотрудником компании, возглавив группу, разрабатывавшую гипервизор ESX.

На вопрос о целях своего визита Херрод, признав, что не может говорить обо всех задачах его пребывания в Москве, сказал о двух: «Мы видим серьезную заинтересованность в виртуализационных технологиях со стороны крупных компаний, особенно из финансового и телекоммуникационного секторов. Встречи с заказчиками — моя первая цель, вторая — развитие отношений с российскими вузами».

Произошедшую год назад резкую смену руководства компании, когда из VMware ушли Розенблюм и его жена Дайана Грин, Херрод не считает событием сенсационным или скандальным. На самом деле произошло то, что должно было произойти и что обычно происходит в большинстве стартапов, добившихся успеха. Причем произошло вовремя, до того, как восторжествовал принцип Питера, утверждающий, что в иерархической системе любой работник поднимается до уровня своей некомпетентности. По словам Херрода, дуэт Розенблюм — Грин был великолепен, сочетание его академичности с ее азартом и харизмой оказалось невероятной удачей для первых этапов развития компании, когда требовалось доказывать преимущества виртуализации. Однако сейчас, когда, пользуясь принятой у аналитиков Gartner терминологией, VMware вышла на «плато стабильности», а менеджмент стал более рутинным, оказались востребованными руководители с большим опытом операционной деятельности. Что же касается Розенблюма и Грин, то они вернулись к более близкой им преподавательской деятельности в Стэнфорде.

Херрод охарактеризовал то, с чего начался более чем двадцатилетний путь, пройденный его компанией, так: «Слово ‘виртуализация’ пришло позже, а поначалу мы ставили задачу несколько иначе, мы хотели создавать аппаратное обеспечение из программного». Тогда очень многие использовали разнообразные методы имитационного моделирования для анализа новых конструкций, и возник вопрос: а почему бы не пойти дальше и не построить такую модель будущего компьютера, на которой бы непосредственно работали прикладные программы? Это желание с интервалом в несколько лет воплотилось в двух проектах — SimOS и Disco. Сегодня мы назвали бы SimOS гипервизором Type 2, эта операционная система работала поверх Irix на многопроцессорном сервере SGI. Данная работа была описана в статье Complete computer system simualation: The SimOS approach, датированной 1995 годом. В ней SimOS названа целевым аппаратным уровнем, реализующим все основные узлы будущего компьютера. В 1997 году завершился следующий проект, Disco, это уже был монитор виртуальных машин. Здесь ставилась несколько иная задача, звучащая так: «Допустим, есть массив вычислительных компонентов, объединенных в архитектуру ccNUMA. Как распределить возможности этого массива между несколькими различными по своей природе приложениями?» Одно из возможных решений — монитор и несколько виртуальных машин, поддерживаемых им. Сейчас в рамках vSphere, по существу, развивается эта же идея, она стала особенно актуальна с появлением облачных вычислений. Но тогда, в конце 90-х, актуальнее оказалось другое, стало ясно, что архитектура x86, задуманная для ПК, может составить конкуренцию и процессорам RISC-архитектуры, и даже IA-64, но в ней есть особенности, препятствующие виртуализации. Если их преодолеть, то можно добиться коммерческого успеха. Позже и Intel, и AMD адаптировали свои продукты к виртуализации, но начало было положено именно в VMware.

Херрод не отрицает, что, предложив гипервизор для архитектуры х86, компания бросила ей спасательный круг. Действительно, с точки зрения «высокой науки» и вправду была законсервирована не лучшая процессорная архитектура, однако реальность такова, что в мире создано огромное количество приложений для нее, спрос на стандартные серверы остановить невозможно, но их коэффициент полезного действия крайне низок. Сочетание серверов стандартной архитектуры с процессорной виртуализацией позволило восполнить недостатки, и как компонент нижнего уровня подобные компьютеры сохранятся в ЦОД еще на много-много лет. В продолжение темы процессорной виртуализации Херрод отметил, что сейчас становится актуальным создание еще одного гипервизора Type 1 (на «голом железе»), но на этот раз для процессоров ARM, широко используемых в разнообразных мобильных устройствах. Недавняя выставка Computex, по его словам, с особенной остротой указала на необходимость создания VMware Mobile Virtualization Platform — платформы для виртуализации мобильных устройств. C этой целью недавно была куплена французская компания Trango Virtual Processors. Решение MVP позволит создавать многофункциональные устройства на одной аппаратной платформе, например два телефона в одном — один для личных, а другой для служебных целей.

Но по большому счету сейчас фокус внимания смещается с процессоров на виртуализацию «частных облаков». Представленный в апреле программный продукт vSphere 4 можно назвать облачной операционной системой, и в какой-то мере работа над ней и ее наследниками является возвратом к проектам SimOS и Disco. Работа в этом направлении стимулируется двумя предпосылками. С одной стороны, новой тенденцией в аппаратном обеспечении, а именно появлением унифицированных модульных вычислительных систем на лезвийных серверах, выпущенных в этом году HP, Cisco, Fujitsu, Sun Microsystems и другими компаниями. С другой — распространением специализированных виртуальных машин, так называемых software appliance, как формы распространения приложений. Такой подход подразумевает, что разработчик оформляет приложение как готовую специализированную виртуальную машину, и пользователю остается ее только загрузить и выполнить.

Впрочем, преимущества этой схемы проявятся только тогда, когда между всеми сторонами будет достигнуто соглашение о стандартах. VMware возглавляет работу по созданию Open Virtualization Format, помимо нее в деятельности по разработке стандарта участвуют Microsoft, HP, IBM, Dell, Citrix и общественная организация Distributed Management Task Force (DMTF). Еще одной инициативой в области стандартизации, стимулированной VMware, является DMTF Open Cloud Standards Incubator.

«Инкубатор — шаг к обеспечению согласованности между несколькими типами облаков, — считает Херрод. — Конечная цель состоит в открытии пользователю возможности выбора места для функционирования специализированных виртуальных машин, это может быть локальное облако или внешнее облако, поддерживаемое поставщиком услуг».

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями

Купить номер с этой статьей в PDF