В США развитие солнечной энергетики рассматривают, в основном, в контексте пресловутой «энергетической безопасности», не забывая, впрочем, и об экологии Современная действительность, в которой Корнаи является профессором Гарвардского университета, увы, не столь щедра на наглядные демонстрации таких последствий. Дефицит уничтожает один из важнейших стимулов технического развития (необходимость бороться за покупателя), а это в свою очередь служит причиной технической стагнации — рожденным за «железным занавесом» это может показаться банальным, а наивному гарвардскому студенту остается лишь верить на слово приезжему гуру. Потому что, если попытаться сверить его слова с современной действительностью, нечаянно могут обнаружиться несколько неожиданные вещи.

Драгоценный или презренный?

Дефицит поликристаллического кремния на мировом рынке наблюдается уже более трех лет, и все это время со стороны полупроводниковой индустрии не поступает практически никакой внятной реакции по этому поводу. Дефицит признают производители поликристаллического кремния, его обсуждают журналисты, аналитики, а с недавних пор — и политики. «Чипмейкеры» же в большинстве своем делают вид, что это их совершенно не касается. Бывает, конечно, кто-то проговорится в кулуарах о том, как непросто в последнее время добывать кремниевые подложки. Или пожалуется на глобальное потепление, подхлестнувшее спрос на поликристаллический кремний вне сообщества изготовителей микросхем. Но подобные вещи в основном происходят с представителями низшего звена полупроводниковой индустрии или тех компаний рангом повыше, что переживают не лучшие времена. Сильные мира сего не могут позволить себе даже таких, в общем-то невинных слабостей.

Олимпийскому спокойствию лидеров полупроводниковой индустрии можно позавидовать. В самом деле — кремния ощутимо не хватает, а в Кремниевой долине в связи с такой ситуацией ничуть не комплексуют, а только знай мастерят себе свои чипы и в ус не дуют. Да еще и посмеиваются про себя над незадачливыми автопромышленниками, которым все никак не удается сделать такой «роллс-ройс», чтобы его дешевле было выбрасывать, чем оставлять на платной стоянке.

Цена на безальтернативное пока сырье рвется ввысь резвее цены на нефть, но их это абсолютно не беспокоит. И никаких признаков стагнации на горизонте также не наблюдается. Наоборот, производство поликристаллического кремния неуклонно растет, хотя и не поспевает за ростом спроса на этот материал. А уж в полупроводниковой индустрии даже вообразить стагнацию — и то непросто. Среди тех, кто вооружен всесильным учением Мура, само слово «стагнация» считается чуть ли не табу. О какой стагнации может идти речь, когда регулярное уменьшение топологического размера микросхем можно сравнивать с ходом метронома?

Конечно, в цене любого процессора Intel стоимость собственно кремния, пошедшего на его изготовление, составляет ничтожно малую долю. В микросхемах попроще эта доля повыше, но все равно, как показала практика, недостаточно велика, чтобы всерьез говорить о сколь-нибудь значительных последствиях трехлетнего дефицита и роста цен для полупроводниковой индустрии в целом. Это одна из причин холодного презрения многих чипмейкеров топ-уровня к дефициту поликристаллического кремния. Вторая заключается в том, что галопирующий рост цен на спотовом рынке в большей степени относится к так называемому «солнечному кремнию». К этой разновидности материала предъявляются менее строгие требования по чистоте, а используется она в солнечной энергетике.

Получается своего рода парадокс — за менее чистый материал производителям солнечных элементов приходится платить намного дороже. Но даже это не гарантирует им поставку сырья в требуемых объемах. Для ведущих производителей поликристаллического кремния типичным является заключение долгосрочных контрактов. Их заводы загружены заказами практически под завязку, и возможность предложить свою продукцию на спотовом рынке выпадает далеко не всегда.

«Превед, кремневеды!»

Со стороны выглядит так, что для этих самых производителей бурный рост солнечной энергетики в последние несколько лет, мягко говоря, оказался неожиданным — иначе они могли бы подготовиться к нему заранее. В их прозорливость, честно говоря, верится с трудом. В вопросах, связанных с прогнозом дальнейшего развития событий на рынке поликристаллического кремния, она куда-то испаряется, уступая место осторожным сетованиям на неопределенность рыночных тенденций либо пафосным сентенциям о недопустимости спекуляций и прочих безответственных поступков.

Производителей можно понять. Снабжая кремнием полупроводниковую индустрию, они сами довольно долго оставались в тени. Собственно, и чипы не привлекали к себе внимание широкой общественности — до тех пор, пока в Intel не выпустили из бутылки джинна с логотипом Intel Inside. Что уж говорить о кремнии? В течение десятилетий это был солидный устойчивый бизнес — сложившаяся инфраструктура, предсказуемый диалог с инвесторами, проверенные временем отношения между заказчиками и поставщиками. А тут в один «прекрасный» день невесть откуда берутся нахальные представители медиасообщества, внезапно возжелавшие узнать о причинах дефицита и тяжести его возможных последствий, и начинают атаковать каверзными вопросами. Для сырьевой компании с многолетней безупречной репутацией и полным отсутствием опыта работы на потребительском рынке это — как страшный сон.

Об определенности рыночных тенденций, впрочем, действительно говорить в последнее время сложно, хотя попытки периодически делаются. Еще в ноябре прошлого года эксперты китайского аналитического центра QY Research уверенно прогнозировали на 2008 год пик дефицита поликристаллического кремния на рынке с дальнейшим его плавным снижением в течение последующих пяти лет. Но по прошествии всего лишь трех месяцев, во второй половине февраля, компания Frost & Sullivan опубликовала совсем другой прогноз — дефицит прекратится уже в текущем году. Решающий вклад в борьбу с ним, по словам Алены Бахаревой, занимающей в компании должность менеджера проекта, должен внести квартет ведущих поставщиков во главе с американской корпорацией Hemlock Semiconductor. Через месяц с небольшим свой прогноз, чуть более осторожный, дали в Gartner. По мнению аналитика Gartner Такаси Огавы, у поставщиков действительно появились хорошие шансы существенно уменьшить или даже полностью преодолеть дефицит, но — после 2009 года. Сами поставщики, однако, пока не очень спешат с оптимистичными оценками.

Спотовый рынок, судя по его поведению, тоже пребывает в некотором смятении чувств. В начале апреля на фоне известий о производственных неурядицах американской компании MEMC Electronic Materials цена поликристаллического кремния впервые перешла отметку 500 долл. за 1 кг. Но затем последовало резкое падение — на 20%. И одновременно из Китая пришла новость о том, что компания Trina Solar, производящая солнечные элементы, отказалась от проекта по сооружению собственного предприятия по выпуску «солнечного кремния» в провинции Цзянсу, производительность которого, как ранее сообщалось, должна была составить «всего-то» 10 тыс. тонн в год. Ввод в эксплуатацию этого предприятия был намечен на конец 2012 года. Для сравнения: у Hemlock, компании номер один на мировом рынке поликристаллического кремния, годовой объем выпуска продукции в настоящее время составляет 11 тыс. тонн, а к 2012 году планируется его увеличение до 36 тыс. тонн.

Trina Solar — компания, находящаяся на подъеме. Ее оборот в прошлом году вырос в 2,6 раза и превысил 300 млн долл. (первая пятерка рейтинга Gartner по итогам прошлого года «закрылась» на уровне чуть ниже 400 млн долл.). Говоря о причинах отказа от строительства завода, в компании сослались на улучшение ситуации с поставками сырья, расширившиеся возможности заключения долгосрочных контрактов с поставщиками и ожидающееся дальнейшее снижение цен.

Так что же, выходит, расходясь во временных оценках, эксперты по существу правы, и дефицит поликристаллического кремния отступает? Вполне возможно. Более того, не исключено, что усилия по преодолению дефицита в итоге обернутся перепроизводством.

Где энергетика, там и политика

Бурное развитие солнечной энергетики в последние годы обеспечивалось в основном за счет двух стран — Германии и Испании, где этой отрасли оказывается широкая поддержка на государственном уровне (в первую очередь за счет обширных налоговых льгот). В 2007 году, по данным консалтинговой компании Solarbuzz, на долю этих двух стран суммарно пришлось 70% мирового рынка солнечных батарей по мощности инсталляций. Особенно, конечно, впечатляет присутствие в этом дуэте Испании с 23% рынка. Спору нет — солнечная страна. Но разве она одна такая?

Взгляните на карту. Сколько Испаний поместится, к примеру, на территории США к югу от озера Мичиган? А ведь на долю США в прошлом году пришлось всего лишь 8% мирового рынка солнечных батарей, по данным Solarbuzz. Дошло даже до того, что пиренейские энергетики уже начинают осваивать американский рынок — в феврале компания Abengoa Solar объявила, что собирается строить солнечную электростанцию в Аризоне. Острословы не преминули пошутить, что ничего подобного в американской истории не было со времен мирного договора Адамса–Ониса, подписанного в 1819 году (по этому договору «Мадридский двор» сохранял за собой несколько колоний на нынешней территории США).

В США развитие солнечной энергетики рассматривают в основном в контексте пресловутой «энергетической безопасности», не забывая, впрочем, и об экологии. Поэтому не вызывают удивления ни повышенное внимание высокопоставленных политиков к строительству новых заводов по производству поликристаллического кремния, ни внушительные ассигнования на исследовательские программы по линии министерства энергетики. Аналогичными мотивами, очевидно, руководствуются и в Старом Свете. Но в Европе, во-первых, заметнее влияние экологов, а во-вторых, острее ощущается напряженность в отношениях с Россией, одним из ключевых поставщиков ископаемых энергоресурсов. Вполне можно допустить, что этим и объясняется спешка европейцев с внедрением «солнечных» технологий.

Спешка эта, безусловно, способствовала росту рынка в последние годы, и в этом заключался ее главный плюс с точки зрения производителей солнечных элементов. Минусы — впереди, поскольку Германия и Испания, как сообщалось, намерены свернуть поддержку солнечной энергетики уже в ближайшем будущем. Производителей, естественно, это вовсе не радует. Как недавно с сожалением отметил председатель совета директоров тайваньской компании Motech Саймон Цуо, эти ожидающиеся перемены создают в отрасли атмосферу неопределенности относительно перспектив и планов на следующий год.

Параллельно Германии и Испании поддержку солнечной энергетики собираются сокращать и в Японии, которая в 2007 году с 8% рынка разделила с США третью строчку по валовому объему «солнечных инсталляций» в региональном рейтинге Solarbuzz. Конечно, можно еще надеяться на Китай с его огромным потенциалом вообще и колоссальными потребностями в энергоресурсах в частности. Но для Китая пока важнее прочно застолбить позиции в производстве солнечных элементов. Успехи в этом направлении уже имеются — компания Suntech Power занимает третье место в рейтинге Gartner по итогам двух последних лет, причем в прошлом году оборот компании почти удвоился по сравнению с 2006 годом. В последние месяцы активность Suntech Power в заключении долгосрочных контрактов с производителями поликристаллического кремния была едва ли не наивысшей среди всех компаний, выпускающих солнечные элементы (одним из партнеров Suntech является, кстати, российская компания Nitol Solar).

Китай, разумеется, не чурается собственных проектов в области солнечной энергетики. Пожалуй, самый громкий из них — олимпийская деревня в Пекине, потребности которой в электроснабжении частично обеспечиваются солнечными батареями. Но и этот, и другие проекты пока в большей степени производят впечатление промо-акций, устраиваемых с целью продемонстрировать миру возможности китайских производителей оборудования, нежели свидетельствуют о реальном тренде в энергетике Китая.

Завтра как вчера?

Неопределенность — ключевое слово, характеризующее ближайшие перспективы солнечной энергетики, а следовательно — и рынка поликристаллического кремния. Может ли эта неопределенность чем-то грозить полупроводниковой индустрии?

В Hemlock Semiconductor уверены, что в обозримом будущем две отрасли будут продолжать бороться друг с другом за кремний. И борьба эта, как сказал вице-президент по маркетингу и продажам Гари Хоман в своем интервью Computerworld Россия («Ускользающий кремний», № 16, 2008), может обостряться при возникновении кратковременного дисбаланса между спросом и предложением или наоборот — вызывать такого рода дисбаланс. Что и говорить, непростая формула причинно-следственных связей. И как тут логически выведешь, какие последствия повлечет за собой этот дисбаланс? Приходится констатировать, что Яношу Корнаи в этом плане было намного проще.

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями

Купить номер с этой статьей в PDF