Жан-Поль Бергманс подводит итоги первого полугодия на посту главы представительства Sun Microsystems и строит планы на будущее
ЖАН-ПОЛЬ БЕРГМАНС: «Ближе к лету нам предстоит стать свидетелями интересных событий»

Вот уже полгода московский офис Sun Microsystems возглавляет Жан-Поль Бергманс. Он сменил на этом посту Сергея Тарасова, человека, хорошо известного отечественной компьютерной общественности, в бытность которого позиции компании в России и странах СНГ заметно укрепились. Это дает основание предположить, что смена руководства предполагает какие-то перемены в стратегии. Бергманс прокомментировал итоги полугодия и поделился планами на будущее.

Чем будет отличаться проводимая вами стратегия Sun Microsystems от той, которая была характерна для компании прежде?

Я благодарен моему предшественнику за то, что получил из его рук хорошо налаженный бизнес. Мои намерения заключаются в том, чтобы приумножить накопленное. Эта задача была главной в первом квартале. Но мы намерены более активно двигаться вперед, а тот тип бизнеса, который велся от лица компании до сих пор, можно назвать «реактивным»: он основывался на непосредственной реакции, на удовлетворении запросов заказчиков. Реактивный бизнес дает хорошие результаты, но имеет ограничения. Когда рынок обретает состояние, близкое к стабильному, дальнейший рост становится затруднительным. Не стоит предполагать, что под «активностью» я имею в виду попытки примитивного вытеснения конкурентов с рынка за счет, скажем, ценовой войны. Война цен невыгодна ни обороняющемуся, ни нападающему. Она сводится к сокращению маржи, в итоге потери несут все. Я вижу свою задачу в укреплении взаимодействия с заказчиками и в предоставлении им услуг более высокого качества.

Что вас подвигнуло на изменение стратегии?

Прежде всего, колоссальные изменения, наблюдаемые в России. То, что происходит здесь, лучше всего иллюстрирует известное выражение, которое утверждает, что чужие дети растут удивительно быстро. Бывая в России наездами с интервалом в несколько лет, видишь перемены лучше, чем находясь здесь постоянно. В вашей стране наблюдается колоссальный рост во многих направлениях, но на этом фоне в целом ряде отраслей сложилась странная ситуация в области ИТ. К примеру, если сравнить обеспечение вычислительными средствами компаний топливно-энергетического комплекса в России и, скажем, в Саудовской Аравии, то нетрудно заметить, что во втором случае они мощнее на порядки. В частности, там используют гигантские кластерные конфигурации для обсчета нефтяных полей. Едва ли здесь найдется вычислительная установка мощнее, чем дюжина серверов. С учетом прогресса в области grid-вычислений продвижение этих технологий становится одной из самых актуальных задач. То же самое можно сказать и о создании систем, обеспечивающих цепочки поставок. Пока не существует гармонично развитой транспортной сети, ее создание сейчас возможно с применением самых современных технологий, в том числе средств радиочастотной идентификации.

Вам не кажется, что на этом пути пропаганды новых технологий у вас могут возникнуть специфические сложности? Я имею в виду, прежде всего, потерю темпа в продвижении новых технологий, наблюдаемую у многих традиционных партнеров вашей компании. Лет десять-двенадцать назад, когда они продвигали Unix-системы на рынок, заполненный Wintel, они были моложе и агрессивнее, а сейчас рынок практически поделен, и многие компании не слишком заинтересованы в разного рода технологических новациях.

Разумеется, я это вижу. Активизация бизнеса в какой-то мере и есть преодоление той пассивности, о которой вы говорите. На самом деле резервы для продвижения технологий, предлагаемых Sun в России, пока ничем не лимитированы. Только сравните, объем поставок продукции Sun в маленькую Бельгию, откуда я родом, больше, чем в Россию. К тому же, больше не приходится спорить о Unix или «не-Unix»: мы переходим на качественно новый уровень автоматизации бизнес-процессов.

Для того чтобы продвигать новые технологические решения, мы меняем внутреннюю структуру. Это мое «плановое задание» на второй квартал. Мы выделяем специализированные экспертные группы. В частности, будет создана группа, обеспечивающая все этапы создания центров обработки данных; вторая группа поддерживает Web-решения и все, что связано с обеспечением безопасности; третья будет связана с задачами в области телекоммуникаций. Я предполагаю создать и еще несколько аналогичных групп.

Итак, как я понял, первый квартал работы на новой должности был отдан развитию предшествующего опыта, второй — реструктуризации. Что дальше?

Я стараюсь торопиться не спеша. Есть определенные планы на оставшиеся два квартала текущего финансового года. Уверяю вас, ближе к лету нам предстоит стать свидетелями интересных событий.

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями