Если ты основной игрок, единственный способ добиться серьезного роста — развивать сам рынок
Джон Дэйвис: «России нужны высокотехнологичные продукты, нужны решения для задач, где требуются интенсивные вычисления»

Воодушевленный успехами Intel в России, Москву посетил Джон Дэйвис — вице-президент корпорации по продажам и маркетингу, глава Intel Solutions Market Development Group. За время своего короткого визита Дэйвис успел открыть центр компетенции Intel и встретиться с журналистами, в том числе дать интервью редактору еженедельника Computerworld Россия Игорю Левшину.

Как можно заметить, центры компетенции Intel совсем разные по масштабу и направленности. У вас нет своего рода стандартов для таких центров? Обязаны ли они, скажем, иметь достаточно широкий спектр продуктов Intel?

Все зависит от конкретных рынков. Центры действительно все совершенно разные. Есть глобальные, есть локальные, есть маленькие — размером с комнату, есть отраслевые. В конечном счете, все зависит от поставленных целей: где-то наиболее важен телекоммуникационный сектор, где-то — нефтегазовый, где-то производство, а где-то розничная торговля. Пожалуй, аппаратное обеспечение — наименее важная часть такого центра. На некоторых рынках системы на базе Itanium практически не нужны, поэтому нет смысла вкладывать в это деньги и время. Главное — решения. И в этом мы обычно опираемся на интеграторов; именно им судить, что важнее в данный момент. Скажем, они считают, что актуально продвижение программного обеспечения SAP или Microsoft, а наши платформы просто поддерживают нужды этих решений. Если решение требует платформы Xeon, то этого достаточно и для центра компетенции, если могут потребоваться решения на Itanium — пусть там будет Itanium. Это совершенно иная модель бизнеса по сравнению с той, что была раньше, когда все строилось вокруг продукта. Теперь же во главу угла ставятся решения для конкретных задач рынка, опирающиеся на наши продукты.

Продвижение новых архитектур, похоже, занимает в вашей стратегии большое место. Когда вы ожидаете настоящий рост продаж Itanium или McKinley?

Сейчас для ряда применений стали удобны системы на базе Xeon. И многие переходят на них с RISC-платформ. И большие базы данных, и банки, и высокопроизводительные технические вычисления можно поддерживать на Xeon, но еще лучше это будет работать, когда распространится Itanium. От появления процессора новой архитектуры до распространения систем на его базе должно пройти время, может быть, два-три года. Главное, чтобы процессор поддержали производители систем, ведь и наш успех начался с того, что новый процессор Intel в начале 80-х поддержала IBM.

Пока они еще тестируют, осваивают новую архитектуру в новых системах, но стратегические решения уже приняты. HP постепенно отказывается от платформы PA RISC в пользу IA-64, полный переход займет года три-четыре. Compaq в будущем тоже перейдет на Itanium, а сами разработчики процессора Alpha работают в Intel над новыми моделями процессоров, которые должны вобрать в себя все лучшее от двух архитектур. IBM — компания многоплатформенная, но и они уже выпускают набор микросхем Summit под Itanium. Продукция Intel поднимается до систем высшего уровня у всех основных производителей. Так что движение в сторону IA-64 неизбежно, хотя не все производители систем так нетерпеливы, как Stratus. Впрочем, дело не в нетерпении, а в том, что надо «обкатать» операционные системы, должна накопиться критическая масса приложений, использующих возможности новой архитектуры. Когда рынок переходил на процессор i386, архитектура которого существенно отличалась от его предшественников, это заняло четыре-пять лет.

Многие говорили, что для больших машин они подождут McKinley.

McKinley уже доступен производителям систем, OEM-партнерам и разработчикам программного обеспечения. Первые системы на нем уже продемонстрированы. Ориентация Hewlett-Packard на McKinley логична: они не могут перейти на IA-64 с платформы RISC немедленно. То же относится и к Compaq. И потом, McKinley будет вдвое быстрее, чем Itanium.

В 1996 году в мире было произведено около миллиона RISC-процессоров. Сейчас, шесть лет спустя, их производится около полумиллиона. Рынок RISC сужается, зато объем ежегодных продаж процессора Xeon составляет 2,9 млн. Конечно, для тех, кто пишет программы и предлагает решения, разница существенная, и постепенно они тоже будут сдвигаться в сторону архитектуры Intel.

Не возникнет ли конкуренции между процессорами линий IA-32 и IA-64? Вы говорите, что можно выбрать более дешевые и эффективные решения Intel вместо RISC. Может быть, кто-то, рассуждая таким же образом, выберет IA-32 вместо IA-64?

Давайте посмотрим, что дает использование Itanium или McKinley. Они особенно хороши в вычислениях с плавающей запятой. На них хорошо рассчитывать пласты залегания газа и нефти. Там, где нужны терафлопы, IA-64 подойдет лучше всего. Если у вас очень большие базы данных и нужно адресовать память более 2 Гбайт, то на процессоре Itanium это сделать намного проще, нежели на кластерах Xeon. Мы уже раздали 40 тыс. процессоров Itanium разработчикам программного обеспечения. Вы думаете, они трудятся зря? Если появятся приложения, появятся мощные СУБД для этой платформы, то и заказчики будут покупать решения на Itanium.

В отрасли связи сильны позиции Sun Microsystems — и в собственно телекоммуникационных серверах, и в биллинговых системах. И эта компания никак не идет на компромиссы и не планирует, кажется, применять продукты с Intel-платформой. Какова стратегия Intel в этом секторе?

Я бы не сказал, что здесь так уж сильны позиции Sun. Скорее, в этом секторе очень сильна Hewlett-Packard, особенно много пока систем, работающих под HP-UX, большие успехи у IBM, которая только что анонсировала программу по продвижению Linux-решений для телекоммуникационного сектора. Речь идет, естественно, об их системах на платформе Intel. Они хотят приучить рынок к мысли, что Linux годится для более серьезных, масштабных решений, поэтому даже открыли большой тестовый центр в Орегоне, где потенциальные заказчики могут посмотреть или протестировать решения для сетей нового поколения. Sun в большой степени ориентирована на аппаратуру, а современным пользователям уже нужны решения, в меньшей степени зависящие от хорошей, но дорогой, специфической аппаратуры, — они хотят интегрировать решения на разных платформах. На мой взгляд, Sun идет не по оптимальному пути.

На другом конце спектра — быстро растущий рынок встроенных устройств, где у Intel тоже есть линии процессоров. Нужны ли для продвижения потребительских устройств на их базе свои центры компетенции с высококвалифицированными специалистами или только магазины, салоны и реклама в СМИ?

Множество решений нуждается в работе на разных платформах. Скажем, для удаленной работы с банком можно использовать домашний компьютер, ноутбук, карманный компьютер — самые разнообразные типы устройств. Тот же подход: нужны решения, а для их построения требуются разработчики приложений, системные программисты и т.д.

Если интегратор хочет предлагать подобные решения, ему нужны соответствующие специалисты и центры компетенции.

В последнее время Intel продвигается в новые для себя ниши, особенно в сетевых технологиях. Это поворот в стратегии? Это важнее, чем стремиться отнять долю в разных секторах?

Наша философия состоит в том, чтобы развиваться не за счет отнятия чужих долей рынка. Мы бы не смогли так сильно вырасти, отбирая у кого-то его долю рынка — это попросту невозможно. Можно каждый год добиваться 100-процентного роста, увеличивая долю на рынке, если у тебя она составляла, скажем, 3%. Если же ты основной игрок на рынке, единственный способ добиться серьезного роста — это развивать сам рынок. Именно это мы и делаем в России, открывая, в частности, центры компетенции. Тем самым мы развиваем местный рынок.

С массовым переходом на IA-64 конкурентов поубавится. Не скучно ли будет? Кстати, процессор Transmeta архитектурно в наибольшей степени похож на Itanium. Каковы его перспективы, на ваш взгляд?

Конечно, в случае Transmeta ни о каких мощных серверах речь не идет, хотя в нише низкоэнергоемких процессоров для мобильных систем он имеет шанс выжить. Конкуренция — вещь полезная, и она будет всегда; надо уметь бороться за место на рынке. Производить лучший продукт за оптимальную цену, — не вообще, а для конкретных секторов. Быть же лучшим «вообще» нельзя.

А как ситуация с электронным бизнесом, за который вы отвечаете в Intel?

Он растет и будет расти. Кризис «доткомов» не может остановить его рост, это естественное движение рынка. В Европе развивается электронный бизнес в производственном секторе, складываются электронные цепочки поставок.

А что особенно нужно России? Каков ее профиль?

России нужны высокотехнологичные продукты, нужны решения для задач, где требуются интенсивные вычисления. Сегмент, где наши решения весьма актуальны, — нефтегазовый. Нет смысла использовать для таких задач мэйнфреймы, это слишком дорого, лучше построить вычислительные кластеры на платформе Intel. Для разведки недр нужны высокопроизводительные вычислительные системы, надо обрабатывать сотни терабайт данных. Нужны кластеры. Для визуализации нужны мощные рабочие станции. Неудачно пробурить скважину — слишком большая роскошь, куда разумнее потратить часть этих денег на высокопроизводительные вычислительные комплексы. Для этого сектора линия Itanium будет очень полезна, как и для научных расчетов, связанных с этим сектором или не связанных. Нужны машины для производственного сектора, растет отрасль связи.

Вы физик и работали в IBM. Чем вы там занимались? Вы получали какое-то образование по экономике или менеджменту?

Мне было всего 24 года, когда я пришел в IBM. Я работал над магнитными свойствами схем памяти. Имею ученую степень по физике твердого тела с 1974 года.

Я и в Intel, где проработал уже 23 года, начинал как инженер. Физик в руководстве Intel — не редкость. Нынешний глава корпорации Крейг Баррет был ученым, он специалист по твердому телу. Для нашей компании это вполне естественно.

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями