Ларри Эллисон: «Мы делаем продукты Microsoft надежными»

Шоу под названием Oracle OpenWorld Europe прошло одновременно в четырех столицах — Париже, Мадриде, Милане и Берлине. Основные события развернулись с 18 по 21 июня в Берлине. Через спутник происходящее в Центре конгрессов транслировалось по всему миру.

Два дня конференции были отведены общим вопросам, а один специально посвящен разработкам.

Западные СМИ событие вниманием не обделили, выпуски новостей ведущих каналов утром 18 июня, в день объявления годовых финансовых результатов и официального открытия, начинались сообщениями о том, как Oracle закончила год. В первую очередь отмечалось, что на фоне общего спада в ИТ состояние корпорации представляется достаточно благополучным, чистая прибыль Oracle возросла на 25% и достигла 2,6 млрд., а доход увеличился на 7% и составляет теперь 11 млрд. долл.

На конференции не было показано ничего сенсационного. Практически все так или иначе уже анонсировано или ранее демонстрировалось. Но именно она стала местом подведения итогов затянувшейся почти на год череды неслучайных и случайных утечек информации о продуктах под общим названием Oracle 9i. Параллельно проходила еще и выставка, где были представлены либо платформы, на которых работают продукты Oracle, либо приложения, построенные на их базе. Помимо самой виновницы торжества присутствовали практически все крупные производители аппаратных и программных средств для корпоративных приложений, за понятным исключением Microsoft и IBM. Наряду с грандами можно было встретить и начинающие компании, правда, практически не было «доткомов» и их продуктов.

Простота — лучше

Первый день конференции прошел под лозунгом War on Complexity («Сложности — бой»). Этой теме были посвящены выступления исполнительного вице-президента по региону EMEA Серджио Джиагалетто, двух вице-президентов Сахиба Абасси и Рене Бонвани, а также руководителя службы маркетинга Марка Джарвиса.

Война со сложностью, и это признается всеми, начатая в апреле, стимулирована прежде всего макроэкономическими явлениями последних лет, крахом иллюзий, связанных с возможностью заработка легких денег в Сети. Она вызвана поиском ответа на простой, но все еще висящий в воздухе вопрос: на что мы тратим деньги, вкладывая их в ИТ, и что получаем взамен? Так что придется снова возвратиться к оценке эффективности инвестиций в ИТ, к той самой старой доброй оценке возврата инвестиций (ROI — return of investment), которую со странной стыдливостью капитаны индустрии старались не замечать многие годы.

Экономический кризис ИТ мог стать сюрпризом только для тех, кто не замечал сигналы тревоги, подаваемые из лагеря экономистов вот уже много лет. Непонятно почему, но без внимания остались скептические работы, например, Пола Страссмана. И ученые, и практики еще лет пятнадцать назад заговорили о парадоксе продуктивности, но «лица, принимающие решения» не видели его в упор, а теперь разочарованно рисуют графики, где на фоне продолжающегося экспоненциального роста Internet, начиная с 1999 года, круто падает вниз кривая акций «доткомов».

И ни один из руководителей, с кем довелось беседовать на конференции, как ни странно, не продемонстрировал знакомства с академическими работами по экономике ИТ, поэтому трактовка событий и подходов отличается, мягко скажем, прагматизмом.

Их вывод прост и прям: в нынешних условиях деньги надо экономить. Расточительным, по их мнению, является современный подход к интеграции, когда для выполнения отдельных функций корпоративной системы используются продукты от разных производителей, их число может варьироваться от нескольких единиц до нескольких десятков. Это не только дорого (на конференции неоднократно демонстрировалось, что сумма отдельно взятых продуктов дороже интегрированного решения), но и очень сложно. Второй повод к расточительности — высокая стоимость начальных работ по интеграции, в дальнейшем требующая больших затрат на консалтинг. Чтобы избавиться от лишних трат, в Oracle рекомендуют перейти от частных, индивидуальных, адаптированных к требованиям заказчиков проектов к универсальным индустриальным решениям, предлагаемым корпорацией. За счет своей избыточности они оказываются способны удовлетворить требованиям большинства потребителей, но в то же время благодаря серийности стоят меньше.

В качестве основного оружия для войны со сложностью Oracle предлагает интегрированное решение, включающее: СУБД Oracle9i, сервер приложений Oracle9i Application Server (Oracle9i AS) и пакет Oracle E-Business Suite 11i. Что очень важно, оно построено на основе открытых стандартов и при необходимости допускает интеграцию с программными решениями от третьих фирм. Перед нами логическое развитие той идеи, которая была предложена в рамках E-Business Suite 11i.

Утверждается, что внедрение этого решения внутри самой корпорации позволило сэкономить свыше 1 млрд. долл., позволив вместо 97 центров по обработке данных обойтись двумя, причем одна база данных обслуживает Web-сайт на 23 языках, а вместо 60 серверов Oracle.com теперь работает на одном.

Стоит обратить внимание на одну аналогию. В «дооконную» эру существовали отдельные офисные приложения, как-то: текстовые редакторы, электронные таблицы, скромные СУБД. Одновременно с ними были и интегрированные пакеты, включающие все эти компоненты. В те времена считалось, что специализированные программы лучше, но с приходом Microsoft Office вопрос о победителе решился сам собой.

Интеграция открывает еще один важный источник экономии. Если система собирается из разнородных элементов, то требуются большие затраты на консалтинг не только в процессе проектирования и внедрения, но и на этапе эксплуатации. Очень часто затраты на консалтинг начинают доминировать над другими составляющими расходов. Oracle решила уменьшить потребность в консалтинге для своих продуктов.

Поразительно, что в приложении к ИТ идея войны со сложностью кажется чем-то новым, но давайте соотнесем все это с тем, что происходило и происходит на протяжении десятилетий в других технологиях. Мы увидим повторение пройденного: интеграция, универсализация, снижение затрат на сервис и т.д. — все это было, но в других формах.

Oracle9i и «двуликая» DB2

Продукт Oracle9i Application Server появился на рынке раньше, чем СУБД Oracle9i. Поэтому о нем, о его замечательных характеристиках — и даже о таких уникальных, как кэширование Oracle9i AS Web Cache, — говорилось, но как-то вскользь. Основное внимание на OpenWorld было уделено новой версии СУБД Oracle9i, и это наложило определенную специфику на все происходившее. У Oracle9i есть главный конкурент, DB2. Не случайно на фоне демонстрируемой дружбы с HP, Intel, EMC, Sun и Compaq бросается в глаза, что Oracle объявила войну не только сложности, но еще и IBM. Источник такой агрессивности понятен. IBM — серьезный противник на поле реляционных СУБД: на 2000 год Oracle принадлежало 42,1% этого рынка, а IBM — 29,2%, то есть Oracle и IBM изрядно монополизировали рынок.

Ларри Эллисон в своем выступлении яростно нападал на DB2, подчеркивая, что под одним именем DB2 якобы скрываются два совершенно разных продукта: замечательная СУБД для мэйнфреймов и посредственная — для Unix-платформ. Острой критике он подверг DB2 под Unix в связи с центральным моментом своего выступления — Real Application Cluster (RAC). Критика эта выглядела особенно занятной в связи с тем, что RAC — это в какой-то степени попытка возродить лучшие возможности, заложенные корпорацией IBM в мэйнфреймы.

Гвоздь сезона

Впервые о RAC заговорили как о средстве, которое будет заложено в СУБД Oracle 9i и которое, как обещалось, «изменит ландшафт конкуренции», еще зимой. Уже тогда утверждалось, что RAC позволит перенести архитектуру баз данных, испытанную на мэйнфреймах, на Unix-серверы. Поначалу RAC представлялось в основном как средство, рассчитанное на создание неограниченных по мощности систем обработки транзакций для таких мощнейших заказчиков, как Amazon.com или крупные финансовые институты, деятельность которых напрямую зависит от транзакционных процессов.

Но всего полгода спустя отношение к RAC переменилось, и теперь во всех выступлениях на OpenWorld в основном говорили не о максимально возможных конфигурациях, которые по плечу средствам RAC, а о более скромных, но не менее полезных перспективах для малых и средних предприятий. То есть о том, как с помощью RAC разумнее масштабировать одномашинные версии в двух-, трех- и т.д. многомашинные кластеры с целью получения большей производительности за существенно меньшие деньги, чем те, которые пришлось бы потратить, если бы заменять простые серверы многопроцессорными.

Чем больше в сервере процессоров, тем выше удельная стоимость одного процессора. 64-процессорный сервер может стоить несколько миллионов долларов, а однопроцессорный стоит, скажем, несколько тысяч. Легко убедиться в том, что собрать кластер из соответствующего числа простых серверов обойдется на порядок дешевле.

RAC в Oracle называют второй компьютерной революцией, подразумевая, что первая — появление персонального компьютера. Не случайно выступление самого Эллисона — ключевой момент всего мероприятия — в основном было посвящено RAC.

Он сказал, что при создании СУБД Oracle 9i конечной целью было повышение соотношения производительность/цена на порядок (производительность увеличить в пять раз, а стоимость понизить вдвое); на порядок же повысится надежность. Этой цели можно достичь, если идти двумя путями: повысить скорость работы программного обеспечения и более эффективно использовать аппаратное. Что касается программ, то с этой стороны внедрены оптимизатор для SQL-запросов и индексы BitMap.

На одной машине дальнейшие возможности повышения производительности практически ограничены производительностью процессоров. Кластеры в их нынешнем виде, по словам Эллисона, используют менее 1% пользователей Oracle, хотя именно они открывают путь в будущее. Видя несовершенство аппаратных кластеров, более 12 лет назад Oracle стала разрабатывать собственную кластерную стратегию, не требующую никаких специальных дорогостоящих аппаратных средств, все решается на программном уровне. Справедливости ради надо сказать, что примерно пять лет назад были проведены переговоры с производителями процессоров (в частности, с Intel), и современные процессоры имеют средства для работы в программном кластере.

В итоге сегодня Oracle имеет технологию RAC, позволяющую произвольному количеству серверов распределять между собой общее дисковое пространство. В основе RAC лежит технология Cache Fusion («слитный кэш»), которая объединяет памяти компьютеров, входящих в кластер, и позволяет обмениваться информацией между ними без промежуточной записи на диск. Теоретически число компьютеров в кластере может исчисляться сотнями.

Теперь пользователи СУБД могут неограниченно увеличивать мощность и скорость работы сервера Oracle и своих приложений, просто добавляя новые и новые узлы кластера. Это не требует остановки работающих приложений, не требует переписывания старых приложений, разработанных для обычной одномашинной архитектуры. Кроме того, появляется возможность строить очень надежные системы без необходимости держать какое-то оборудование незадействованным в режиме резервирования. Суммируя обычные устройства, можно получить конфигурации высокой готовности, в которых годовое время простоя сводится к считанным минутам.

Отказоустойчивые кластерные конфигурации могут быть построены даже под Windows. Когда Эллисон сказал: «Мы делаем продукты Microsoft надежными», зал содрогнулся от хохота.

Наиболее перспективными для внедрения RAC представляются несколько направлений. Во-первых, то, о чем говорилось выше, — плавная эволюция систем для малого и среднего бизнеса. Во-вторых, вероятно, во многих случаях будет экономически целесообразно заменять мощные, скажем, 64-процессорные конфигурации двумя или четырьмя машинами с меньшим числом процессоров. Наконец, третье, о чем не говорилось на конференции, но что, по всей видимости, получит развитие, — создание кластеров из ультратонких серверов.

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями