Здесь ковбои пасут стада коров, хомяки летают по воздуху и голова Мона Лизы отделяется от туловища. Причем здесь Web, удивляется пользователь? Гарольд Гамброуз не удивляется. У президента компании Electronic Ink все эти «выверты» вызывают смех.

Многие считают, что дизайн должен бросаться в глаза. Но люди ошибаются. Все эти «красивости» не несут информационной нагрузки. Их авторы просто тешат свое самолюбие.

Гарольд Гамброуз, президент, и Джоанна Гамброуз, директор по операциям компании Electroniс Ink

Рекламные баннеры в Web сражают посетителя наповал. Здесь ковбои пасут стада коров, хомяки летают по воздуху и голова Мона Лизы отделяется от туловища. Причем здесь Web, удивляется пользователь? Гарольд Гамброуз не удивляется. Он живет в мире знаков и символов, образов и представлений — и, скажем прямо, производит немного странноватое впечатление.

У 33-летнего президента и генерального директора компании Electronic Ink все эти «выверты» вызывают смех. Можно снять голову с Моны Лизы, только зачем? Просто показать, что ты так можешь?

По мнению Гамброуза, нечто подобное уже происходило во времена промышленной революции. При королеве Виктории появилось множество идиотских (с точки зрения здравого смысла) вещей: ножки у пианино стали напоминать колонны греческих храмов — не потому, что эта форма была самой подходящей для ножек пианино, а просто люди осознали, что могут изготовить 400 тыс. таких ножек и снабдить ими каждого. Изображение на экранах современных компьютеров вызывает те же ассоциации, утверждает Гамброуз. Он считает, что новые технологии можно использовать с гораздо большей пользой.

В этом Гамброуз видит предназначение Electronic Ink. Цели своей компании он формулирует просто: технологии должны быть заключены в привлекательную для пользователя оболочку. Этот принцип Гамброуз выбрал для себя еще в 1989 году, когда с отличием закончил университет Карнеги—Меллона по дизайну. Он проанализировал недостатки, присущие процессу разработки интерфейсов. Очень часто дизайну отводилась второстепенная роль — технология «украшалась» минимальными средствами. Гамброуз решил изменить существующий порядок вещей, отведя дизайну более значительное место. Его мысль о том, что степень усвоения человеком информации тесно связана с формой ее представления, привлекла внимание ведущих технологических фирм.

В 1990 году Гамброуз основал Electronic Ink. Компания занимается дизайном электронных интерфейсов, таких как сети intranet, extranet, Web-сайты. Ее клиентов можно найти в области здравоохранения, финансовых служб и телекоммуникаций. Для каждого нового проекта подбирается своя уникальная команда разработчиков, включая программистов, специалистов по учету влияния человеческого фактора и дизайнеров, которые работают рука об руку. В результате появляются решения, форма которых идеально соответствует их функциональному назначению.

Среди заказчиков Electronic Ink есть и такие «киты», как MBNA, First Data и Merrill Lynch. Одним из проектов, над которыми сейчас работает компания, является разработка видеодисплеев для зала Нью-Йоркской фондовой биржи. Очевидно, что к мнению этой небольшой (53 сотрудника), но растущей компании деловой мир начинает прислушиваться. Утверждение Гамброуза, что технология приносит прибыль только в том случае, когда человек может успешно с ней взаимодействовать, находит все больше приверженцев.

Недавно корреспондент CIO взял интервью у Гарольда Гамброуза и его супруги, 37-летней Джоанны Гамброуз которая «по совместительству» является директором по операциям и юрисконсультом компании.

Какие задачи приходится решать специалистам, призванным учитывать влияние человеческого фактора в области технологии и дизайна?

Гарольд Гамброуз (ГГ): В Америке понятие «человеческий фактор» появилось 60 лет назад. В первых исследованиях изучалась зависимость человеческого тела от окружающей среды. В результате была накоплена полезная информация самого разного свойства, от среднестатистических размеров человеческой ноги, до средних показателей дальности зрения, то есть получено множество данных о физических характеристиках человеческого существа. Постепенно анализу стало подвергаться и человеческое сознание. Как много информации может запомнить средний человек? Каковы мыслительные способности среднестатистического врача? Медсестры? Простого человека? Полученные данные позволяли определить, например, какой высоты должны быть стулья, чтобы на них было удобно сидеть в течение 8 часов, и т. д.

Сейчас мы можем получить информацию о лучших цифровых средах — средах, где средняя длина строки не превышает нескольких символов. Можно получить реальные данные. И использовать различные методы оценки. Можно измерить способность человека воспринимать информацию. Знание нюансов такого восприятия помогает дизайнерам найти лучшую форму. Таким образом, постоянное взаимодействие сугубо научной, психологической области и производственных сфер становится абсолютно необходимым. Наиболее удачные проекты, получаются именно там, где дизайнеры, психологи и программисты тесно сотрудничают друг с другом.

Какие еще дисциплины вам помогают в вашей работе?

ГГ: Мне всегда нравились задачи, решение которых было невозможно без объединения усилий психологов, лингвистов, антропологов и программистов. Многие считают себя компетентными сразу во всех этих науках, но вряд ли найдется хотя бы один человек, обладающий таким объемом знаний. Поэтому я специально привлекал в компанию специалистов по человеческому фактору. Эта область сформировалась к началу 90-х годов. Однако тогда я не увидел у специалистов этого профиля желания сотрудничать со мной, поскольку они не понимали, чем я занимаюсь. Тогда мне пришлось собрать разных специалистов под одной крышей и создать компанию, ради которой стоило работать.

Как заказчики относятся к дизайну программных продуктов?

ГГ: В Штатах очень сложно найти покупателя на эту услугу, поскольку художественное образование находится на уровне четвертого класса. Многие считают, что дизайн — это раскрашивание продукта. В действительности же дизайнер должен обладать навыками и архитектора, и типографа, и оформителя. Эта наука о том, как оформить объекты, основываясь на человеческом опыте.

В Европе дизайн рассматривается как одно из условий успеха в бизнесе. Там услуги дизайнеров гораздо более востребованы. В некоторых европейских странах основополагающие принципы дизайна регулируются на государственном уровне. Не каждый может свободно заняться оформительством, поскольку при правительствах имеются специальные комитеты. Обратите внимание на окружающие вас предметы в любом европейском магазинчике, и вы увидите, что все, начиная с этикетки до формы предмета, прошло через руки дизайнера.

В США, я думаю, дизайнеры не смогли убедить бизнесменов в перспективности этой области конструирования. Здесь в первую очередь покупают технологию, приговаривая: «Дизайном займемся позже».

Какими словами вы убеждаете своих клиентов в важности дизайна?

ГГ: Мы внушаем нашим клиентам, что к работе над сетями intranet и extranet, Web-сайтами или прикладными программами следует обязательно привлекать дизайнеров, потому что технология должна эффективно усваиваться пользователем. Мы объясняем им связь между отправителем и получателем сообщения и говорим, что дизайн в данном случае является посредником, поскольку должен оформить это сообщение. Мы учим клиентов правильно воспринимать информацию в их повседневной практике. Показываем, как эти сообщения могут быть оформлены на основе разработанных специалистами приемов взаимодействия с учетом ограниченной способности аудитории к восприятию сформированных в определенной среде сообщений.

Какие сообщения вы имеете в виду?

ГГ: Могу привести простые примеры. Телефонная книга, например, представляет собой исключительно сложную совокупность данных. Ее форма выбрана не случайно, она сложилась в результате тщательного отбора. Была продумана каждая деталь оформления, и теперь огромное число пользователей успешно работает с ней. Ее форма остается такой же и в Сан-Франциско, и в Нью-Йорке. Другим примером является схема лондонской подземки. Эта «картинка» предназначена для огромной аудитории. Схема была разработана в 1933 году, но уже тогда ее создатель смог из очень сложного массива информации выбрать самые важные звенья.

Как с этим соотносятся информационные технологии?

ГГ: Когда мы говорим о технологии, которая предназначена для коммерческой или потребительской среды, мы как раз имеем в виду этот опыт, эту связь и организационный потенциал. Причем речь идет не о графике или товарном знаке, хотя эти составляющие играют значительную роль, а об успешном взаимодействии человека с программой, что в конечном итоге определяет успех любого предприятия. А чтобы преобразовать накопленный опыт в нужную форму, приходится потратить массу времени на исследование потребительских предпочтений.

Трудно ли убеждать клиентов?

ГГ: Чаще всего мы сталкиваемся с пассивностью своих клиентов: они ждут от нас уже готового результата. Мы же стараемся вовлекать их в рабочий процесс. Например, при согласовании той или иной схемы мы предлагаем директору компании-заказчика сделать на ней свои пометки и передать нам по факсу. Когда схема начинает приобретать законченный вид, можно уже рассматривать ее поэтапное развитие, то есть определить, что должно выводиться на дисплей. Каков будет следующий шаг? Какая информация должна появиться на экране? Какое слово должно быть на дисплее? Мы стараемся свести оформление к минимуму, так что в центре нашего и клиентского внимания остается функциональное назначение и информационное наполнение продукта, а не цветовое оформление или логотип. Если такой диалог начался, тогда можно говорить о красках, товарном знаке и т. д.

Говорят, хорошая оформительская работа должна быть незаметной?

ГГ: К этому нужно стремиться. Многие считают, что дизайн должен бросаться в глаза. Часто слышишь восхищение «искусной работой» аниматора. Но люди ошибаются. Все эти «красивости» не несут информационной нагрузки. Их авторы просто тешат свое самолюбие. Иногда наши клиенты просят провести анализ своих внутрикорпоративных информационных систем, которые не находят спроса у пользователей, — это значит, что разработчики плохо справились со своей работой. Программисты сочли, что правильно передали смысл программного продукта. Мы считаем, что нужно стремиться к большему.

Джоанна Гамброуз: Такие вещи, как цвет фона, не имеют решающего значения: если пользователь эффективно работает с программой, он возвращается к ней вновь и вновь. Если его опыт работы был неудачным, он не будет его повторять, но найдет другой, более конкурентоспособный продукт. Удобство работы перевесит впечатление от вида логотипа.

Насколько значительна роль таких технологий в современном мире?

ГГ: Вы знаете, у нас в офисе есть целая подборка книг о культуре шекеров. Эти люди обрабатывали поля, а их духовная потребность в прекрасном вызвала к жизни великолепные предметы, абсолютно утилитарные по своей природе. Если сравнить наши способности и то мастерство, с которым были сделаны эти вещи, сравнение окажется не в нашу пользу.

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями