Глава Microsoft по Восточной Европе делится своим видением положения дел во вверенном ему регионе

О своем видении положения дел во вверенном ему регионе (куда входят бывшие социалистические страны, включая СНГ) Роберт Клаф, ныне глава Microsoft по Восточной Европе, рассказал заместителю главного редактора Computerworld Россия Дмитрию Гапотченко.

Как из Европы видится ситуация в России?

Общее положение дел в России сильно отличается от такового в странах Восточной Европы. У них есть какая-то стабильность, есть долгосрочная цель — присоединение к Европейскому союзу. Эти страны получают достаточно большие инвестиции. Россия, к сожалению, пока еще нет. Мы надеемся, что при новой власти ситуация — и политическая, и экономическая — стабилизируется. Это привлечет инвесторов, и развитие рынка ускорится.

Если говорить о количественных характеристиках потенциала рынка, то, например, на Россию приходится около половины всех ПК, продаваемых в регионе, при том что весь регион, по нашим прикидкам, потребляет 3 млн. ПК. А вот продукции Microsoft в России продается лишь 15% объема продаж во всей Восточной Европе.

Каких-либо качественных отличий на рынке аппаратного обеспечения в регионе практически не заметно: во всех странах работают одни и те же иностранные производители, сходным образом устроены каналы продаж и т. п. Больше специфики в области сервиса и в опыте реализации больших проектов, которых пока в России меньше, чем в Польше, Чехии или Венгрии. Это опять же является результатом нестабильности, экономических проблем, политической неопределенности. Соответственно объем инвестиций, по сравнению с другими странами, смехотворен. Мне кажется, привлечение инвестиций должно быть целью номер один или два для Путина.

В области программного обеспечения, естественно, главное отличие — отношение к пиратству. В Чехии, Польше, Венгрии, Словении уже есть большой прогресс в борьбе с нелегальным ПО. В России сдвиги заметны в больших компаниях, но в небольших фирмах и в госструктурах дело пока просто не движется.

Еще одна тенденция: сейчас клиенты гораздо лучше понимают, что им нужно. Лет шесть назад разговор с крупным заказчиком строился приблизительно таким образом: тот говорил, что куплены такие-то компьютеры, такое-то ПО, а система в целом не работает. Сейчас клиент сначала говорит, какую проблему ему надо решить, потом обсуждается вопрос о необходимом ПО и только потом встает вопрос об аппаратной платформе.

Вообще можно смело утверждать, что пережить кризис смогли только сильные фирмы. Мы тоже четыре года назад думали о перспективах, делали прогнозы, а потом прошел кризис, и все в одночасье переменилось. Есть английское выражение — «если тебя это не убьет, то сделает сильнее». Это действительно так, особенно для тех, кто занимается компьютерным бизнесом в России в течение четырех последних лет.

Направление усилий Microsoft за это время тоже несколько изменилось. Пять лет назад основу нашего бизнеса составляли программы для ПК. Сегодня у нас есть, кроме того, продукты, составляющие превосходную платформу для корпоративных решений. И мы стараемся их продвигать, тем более что порой в России наши новые технологии воспринимаются быстрее, чем, скажем, в Англии или даже в Штатах.

Константин Сидоров, глава компании RRC, которая не так давно открыла представительства в ряде восточноевропейских стран, высказал мнение, что чешский рынок настолько перегрет инвестициями, что на нем наступил застой. Вы с этим согласны?

У Чехии сегодня много и более серьезных проблем. Например, в Венгрии и Польше в свое время приняли решение о проведении радикальных экономических реформ, в Чехии же ограничились принятием ряда законов, которых оказалось недостаточно. Поэтому там наблюдается некоторая стагнация.

А какие из восточноевропейских стран самые «правильные»?

Сегодня это Польша и Венгрия. Польская экономика быстро растет, несмотря на то что во время кризиса полтора года назад страна очень пострадала: в свое время азиатские компании сделали в нее большие инвестиции, которые после азиатского кризиса были из страны выведены. Но все-таки Польша более-менее нормально прошла через этот кризис, так как в страну делали инвестиции также компании из Германии, США и других стран. Дополнительный фактор привлекательности Польши — возможность вхождения в Европейский союз. Да и рынок в стране достаточно велик. Мне кажется, что следующие три года польский рынок будет ведущим рынком Центральной Европы. Второе место — у венгров, Чехия занимает третье или четвертое. В Венгрию шли большие инвестиции, у рынка хорошая инфраструктура, его единственный недостаток — малый размер, даже по сравнению с польским, не говоря о российском.

Про бывшую Югославию, наверное, нет смысла спрашивать?

Ну почему же, это хороший рынок — у нас есть филиалы и в Словении, и в Хорватии. В Словении замечательный рынок — маленький, но замечательный. Здесь уже работают «по-западному». Правильные налоговая и биржевая системы, не очень высок уровень пиратства. Правительство понимает, что если страна претендует на вхождение в Европейский союз, то надо под ЕС подстраиваться.

Кроме того, у них есть очень хорошие местные системные интеграторы и разработчики. А еще — страна маленькая, ею управлять гораздо легче, чем такой большой страной, как Россия.

И в Хорватии дела идут неплохо, хотя там имела место стагнация из-за отношений прежней власти с Западом. Однако новое правительство привлекает инвестиции, и я уже чувствую, что рынок там начинает развиваться быстрее.

В Югославии спрос на информационные технологии огромный, но страна находится под действием санкций, так что мы, как американская компания, просто юридически не можем там работать. Но спрос чувствуется. Югославские специалисты, реселлеры появляются на семинарах в Хорватии и Словении. Надеюсь, что вскоре найдется какое-нибудь политическое решение, и мы сможем начать работу в этой стране.

Неплохи дела и в Румынии с Болгарией. У первой есть проблемы, но они недавно решили принять помощь МВФ. Это хороший рынок — маленький, но хороший.

Болгария — пример того, что надо делать правительству, чтобы привлечь инвестиции и развивать свою ИТ-индустрию. Полтора года назад болгарское правительство приняло решение, что страна должна, насколько это возможно, стремиться к сотрудничеству с Европейским союзом. А ведь до этого Болгария была главным источником пиратских дисков и в Восточной Европе, и в Западной. Мы встречались с руководством страны, заверяли, что хотели бы работать в Болгарии, открыть в стране офис. Но только после того как будут предприняты меры против пиратов. Аналогичные заявления сделали многие другие компании. В правительстве нас услышали, были закрыты пиратские заводы и рынки. Кроме того, в ознаменование изменения государственной политики была проведена легализация программного обеспечения в госучреждениях. Для рынка это было серьезным знаком, в стране сразу стала развиваться индустрия по производству ПО.

Подобное, надеюсь, когда-нибудь произойдет и в России. Мы сейчас ищем контакты с людьми из нового правительства, чтобы лучше понимать, что можно сделать для борьбы с пиратством. Посмотрим, что из этого получится.

А что со странами СНГ? Какие из них наиболее перспективны?

На Украине работать достаточно сложно, ситуация там напоминает ситуацию в Москве лет восемь назад. Тамошнее правительство еще не очень активно нас поддерживает. Например, в свое время мы одновременно вели переговоры касательно пиратства с руководствами Болгарии и Украины. В Болгарии, как я уже говорил, мы нашли понимание, на Украине — еще не вполне. Мы работаем в этой стране, но рынок там пока развивается достаточно медленно. В Средней Азии, в Казахстане, в Узбекистане все зависит от госзаказа. Если есть большой проект — все идет хорошо. Если такого проекта нет, то дела идут ни шатко ни валко.

Далеко не все прогнозы, сделанные четыре года назад, оправдались. А какие прогнозы есть сейчас?

Роберт Клаф: «Мы ищем контакты с людьми из нового правительства»

Прогноз на будущее? Если в стране будет политическая и экономическая стабильность, у нас откроются офисы в Петербурге, в Новосибирске и, как я говорил, в некоторых странах СНГ. Мы собирались открыть их еще несколько лет назад, но помешал кризис.

Второй прогноз состоит в том, что на базе наших технологий вместе с местными партнерами мы можем создать информационные системы корпоративного уровня, конкурентоспособные на мировом рынке.

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями