К тому же по сцене бродил живой пингвин, дети Линуса бегали по сцене, мешая официальным церемониям.

Линус Торвальдс открывет

коференцию LinuxWorld
Конечно, конференции, в названии которых фигурирует всеобъемлющее world, бывают и грандиознее. Например, на CA-World в этом году было около 25 тыс. участников. Но значения LinuxWorld это не умаляет, потому что все-таки нет мира Computer Associates, а Linux-мир — есть, хотя бы потому, что операционную систему Linux пишут всем миром.

Не всем миром, конечно, да и не операционную систему, а если и ее, то не Linux она называется, так во всяком случае считает Ричард Столлман, почетный гость LinuxWorld. И мира такого, по его мнению, нет, потому что есть мир программ с открытыми исходными текстами. Столь странными речами Столлману не удается запутать или смутить аудиторию. Напротив, фонд Free Software Foundation, которую возглавляет сам Столлман, играет роль своеобразного фона, на котором ясней видны контуры молодого и сильного движения. Контуры, впрочем, размыты — движение быстрое. Попробуем описать его в трех измерениях, которые суть культ, бизнес и технология.

Культ

Когда при появлении на сцене Линуса в проходы ринулись за автографами поклонники и поклонницы, ассоциация у тех, кто усидел в креслах, была одна: рок-звезда. Но звезды бывают разные. Линус морщится от приветственных речей и пытается снять шутками пафос ситуации, но всем ясно, что эта конференция уже мало напоминает предыдущие. Она «солидная» не только по составу представителей крупнейших фирм, но и по духу.

Торвальдс не сделал ничего сверхъестественного, зато у него есть дар делать то, что требует момент, поэтому звезда он, а Столлман — гуру, что, конечно, не менее достойно. Будучи студентом, Линус написал ядро операционной системы и предложил миру поучаствовать в его совершенствовании. В проекте GNU, поддерживаемом FSF, в то время было все, что нужно для ОС, кроме самого ядра, которого в тот момент в GNU не доставало (именно это и дает повод Столлману говорить об ОС с названием GNU/Linux — дескать, система наша, ядро ваше). Культ вянет без борьбы. Но весь пафос GNU, выраженный в остроумной рекурсивной аббревиатуре GNU Not Unix, был направлен против коммерческих вариантов Unix. В момент выхода на сцену Линуса компьютерный мир подустал от агрессивного маркетинга Microsoft и однообразия окошек. Линус подарил компьютерному люду две маленьких радости: не быть как все (Windows-oriented) и принадлежать к кругу посвященных.

Именно посвященные, а не элитарные, ведь линуксист — «рабочая косточка», определение «элита» больше подходит к другому культу — Macintosh: они эстеты, белоручки, скорее именно они антипод линуксоидов, а не приверженцы Wintel — внутрь Windows все-таки приходится часто влезать.

Времена аскетичных дистрибутивов вроде SlackWare, похоже, прошли (в отчетах о конференции SlackWare совсем не видно), но пока что любой дистрибутив требует довольно активного вмешательства пользователя. Разве что Corel Linux облегчит жизнь тем, кто захочет ее облегчать. Но важно то, что каждый может сам выбрать меру своего вмешательства в систему и пожертвований обществу: можно поделиться конфигурационным файлом, а можно переписать кусок кода ядра — приветствуется и то и другое. Так или иначе, в многотысячной аудитории на просьбу встать тем, кто внес свой вклад в разработку Linux, откликнулось 5%, что, конечно, немало.

Создание круга избранных и попытка стать альтернативой Microsoft — стремления разнонаправленные: реальное противостояние Windows возможно только тогда, когда система перестанет удовлетворять тщеславие посвященных. И этот внутренний конфликт уже выходит на поверхность: удобные файлы RPM в дистрибутивах Red Hat и его производных уже расцениваются правоверными приверженцами Linux как «чуждые духу». Они породили новое поколение линуксистов, неспособных сделать самостоятельно два шага. А дистрибутив Corel Linux, который вот-вот появится, и вовсе позиционируется как «еще более удобный, чем Windows». Радикалы вообще не признают дистрибутивы: есть исходники ядра, есть исходники «гнутых» утилит, есть патчи, а зачем нужен Red Hat?

Служители культа умерщвляют плоть интерфейсом командной строки. Ну а Столлман? На вопрос о любимом браузере RMS (так, по инициалам, зовут в Сети Столлмана) ответил: «Я пользуюсь lynx, картинки меня только раздражают».

Бизнес

Linux стремительно продвигается в корпоративный сектор — сейчас это любимая тема самых респектабельных компьютерных изданий. Хозяевами на конференции себя чувствовали «линуксовые» компании: Red Hat, VA и LinuxCare, а Intel, IBM, Oracle, SGI, Corel — все-таки гости, которые принесли дорогие подарки: Domino, Oracle8i, XFS. Но не всех они устраивают даже в роли гостей. Нет-нет да раздается возглас: «Осторожно, нас хотят купить!» Сам дух движения в опасности. Наполовину в шутку, наполовину всерьез беспокоятся: а что будет, если Microsoft выпустит свой дистрибутив Linux?

Только факты
Linux в корпоративной среде
Процентные соотношение числа компаний, использующих различные операционные среды

Делать деньги на программах с открытыми исходными текстами начали не парни из Red Hat. Этим занимаются давно и наиболее последовательно участники проекта GNU, подарившие миру, кроме прочего, GNU Public Licence. Вот и на конференции FSF заработал 25 тыс. долл.: Ричарду Столлману вручили чек от спонсора — International Data Group. Столлман поблагодарил, напомнив, что систему следует называть «гну-слэш-линукс». Комментаторы откликнулись почти единодушно: «Опять запел свою песню» или «Уже даже и не смешно». Столлману коммерческий успех Red Hat или VA=Linux Systems и не снился. И заслуга тут во многом лично Линуса: ему верят инвесторы.

«Разница между мной и Торвальдсом, — сказал Столлман, — в том, что я ненавижу всеми фибрами души закрытое ПО, а он к этому относится спокойно». И инвесторы (а это в основном компании, которые не спешат открывать свои технологии) тоже спокойны: резких движений не будет.

Один из недостатков Linux, мешающих проникновению его в большие корпорации, — отсутствие файловой системы с журнализацией. Торвальдс ответил требованию рынка достойно: он не считает, что ради этого надо бросать остальные задачи — в будущей версии, 2.4, ядра поддержки такой системы не будет, но позже, как только такая файловая система появится, поддержка ее будет встроена в ядро. Торвальдс умеет не отпугнуть представителей индустрии и не обидеть единомышленников. Он чувствует рынок и как генерал бросает силы на встроенные системы не для того, чтобы доказать — Linux, мол, и это может. Просто надо бы отгрызть долю в перспективной нише, пока мешкают в Microsoft.

Но главное — Линус умеет воодушевить людей на совместную работу над программами с открытыми исходными текстами. Случай с Netscape наглядно показывает, что просто открыть код — это мало.

Технология

В написанной Торвальдсом-студентом Unix-подобной операционной системы для платформы Intel никаких особо революционных идей заложено не было. У Столлмана, напротив, что ни проект, то революция: gcc — уникальный по своей расширяемой архитектуре компилятор, а редактор emacs по сути не редактор, а оконная среда, позволяющая смотреть Web, посылать письма, компилировать программы, не выходя из emacs. (Круче была только среда «РК» из программного обеспечения небезызвестного отечественного Unix-компьютера «БЕСТА» десятилетней давности — там любое набранное в окне буфера название автоматически становилось гипертекстовой ссылкой, подведя к которой курсор, можно запустить файл, если он исполняемый, прочитать, если текстовый, и скомпилировать, если это исходный текст.) Идеологи GNU были специалистами по системам искусственного интеллекта, отсюда и повсеместное использование диалектов LISP. Сегодня даже те, кто занимается искусственным интеллектом, чаще пишут свои программы на Cи или C++. Такова жизнь: удобный StarOffice вытесняет emacs; устаревает, не успевая за современными коммерческими компиляторами, gcc; коммерческие СУБД, которые срочно переносят на платформу Linux, отодвигают Postgres (сейчас PostgreSQL), впитавшую самые современные идеи своего (не нашего) времени. Уже скачано 50 тыс. экземпляров Oracle8 (плюс 20 тыс. Oracle8i) и 600 тыс. — WordPerfect for Linux. И лишь Apache незыблем.

Одним словом, акценты заметно сместились: сейчас разработчики под Linux меньше экспериментируют, их больше волнует, как догнать или перегнать Windows. «Bonabo — это аналог OLE», «SDL — альтернатива DirectX». Это — неизбежная плата за стремительность роста. Новое поколение (а Линусу еще нет тридцати) это понимает и принимает. Трудно ожидать особого рвения в превращении emacs в редактор WYSIWYG от людей, которые скользят по Сети в своем lynx. Язык LISP, на котором пишутся все расширения emacs, сложен, среднему пользователю недоступен, но неужели титаны GNU не в состоянии придумать визуальные средства программирования поверх него?

Пока, впрочем, Linux-движение держит уровень: важной частью Gnome является брокер CORBA собственный разработки; электронные таблицы gnumeric, в него интегрированные, хранят данные в формате заархивированных XML-файлов. GIMP уступает, видимо, PhotoShop по многим профессиональным параметрам, но по гибкости и расширяемости далеко впереди. Кластеры Beowulf, объединяющие Linux-серверы, соперничают по производительности с суперкомпьютерами. SGI, объявившая на днях Linux ключевой для себя операционной системой, подарила научному центру в Огайо 128-процессорный кластер Beowulf. На уровне ядра Linux кластеризацию не поддерживает и в следующей версии поддерживать не будет — об этом заявил Торвальдс, зато на более эффективную поддержку SMP направляются большие силы: уж слишком болезненными для Linux-сообщества оказались результаты сравнительных тестов на производительность Linux и Windows NT, как бы они ни относились к условиям тестирования.

Проблем достаточно. Но сообщество Linux любит технические проблемы и потому решает их иногда удивительно быстро. Проблемы вне техники решать сложней, а их в Linux-мире все больше и больше. Маленький ребенок — маленькие проблемы, взрослый — большие. Переходный возраст. LinuxWorld сделала подспудное явным: Linux-мир уже не тот. Поскольку и большой компьютерный мир меняется на глазах, наверное, хорошо, что Linux-мир меняется быстрее, а не медленнее его. Но ностальгии Linux все равно не миновать. Она приходит с возрастом и уже не исчезает. Резвый юноша Linux за последний год повзрослел лет на пять. w

Linux-кластер в суперкомпьютерном центре

Компания SGI намерена установить в суперкомпьютерном центре штата Огайо (www.osc. edu) 128-процессорный кластер Beowulf, работающий под управлением ОС Linux. Он станет важной вехой на пути перехода к масштабируемым вычислительным системам.

По словам директора Чарли Бендера, установив столь мощную масштабируемую вычислительную систему, центр сможет утвердиться в роли крупнейшего в штате исследовательского и инженерного ресурса. Благодаря совместному с SGI проекту ученые получат доступ к высокопроизводительным вычислительным системам суперкомпьютерного центра Огайо и суперкомпьютерного центра Национального научного фонда.

Кластеры Beowulf — это специализированные суперкомпьютеры, которые набирают популярность на рынках технических и корпоративных вычислительных систем благодаря высокой производительности и относительно низкой стоимости. Такие кластеры особенно эффективны при решении задач, структуру которых можно охарактеризовать термином «параллельная декомпозиция».

Ученые Огайо смогут осуществлять доступ к кластеру через высокопроизводительную сеть OARnet, оператором которой является одно из подразделений суперкомпьютерного центра штата. Центр уже располагает солидным парком компьютеров, в числе которых — суперкомпьютеры Cray T3E и Cray T94, два сервера SGI Origin 2000 и несколько графических рабочих станций Silicon Graphics 320 и 540.

Данный кластер будет состоять из 32 корпоративных серверов SGI 1400L, содержащих по четыре 500-мегагерцевых процессора Pentium III Xeon каждый. На серверы будет предустанавливаться операционная система Red Hat Linux 6.0, а также SGI Linux Environment.

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями