Аналитический комментарий

Сейчас, когда дела-события в стране вошли в нормальное русло и даже более или менее удалось ликвидировать самые тяжелые последствия случившегося, можно попытаться порассуждать о том, что же именно произошло и чем оно было вызвано.

Объяснений находится несколько. Среди них - и комета, приключившаяся вне всяких расчетов астрономов, и утрата духовных ценностей, и тлетворное влияние, и многое другое. Однако, скорее всего, просто перестарались устроители очередного антипиратского журналистского конкурса: они собрали столь большой призовой фонд, что служить мамоне кинулись не только записные конкурсанты, но и ряд служителей пера, действительно обладающих даром слова. В данном случае - недаром (на этом месте в оригинале была непереводимая игра слов. - Прим. ред.).

Скорее всего, именно они и вызвали в населении острое чувство неприятия нелицензионного программного обеспечения.

Для фирм-производителей первые последствия законопослушания населения были легкопредсказуемы: суточные продажи составили 1200-1500% от среднегодовой величины. О чем все представительства немедленно послали победные реляции - как в головные офисы, так и в местную прессу - участницу анитипиратской акции. Однако платежеспособный спрос на этом исчерпался и перестали покупать даже одиночные копии, ранее необходимые для того, чтобы по их серийному номеру получать техническую поддержку для всей организации.

В стране же тем временем происходили вещи еще более несообразные.

Антипиратская кампания достигла пика вечером в воскресенье, когда песню о лицензионном софте исполнила популярнейшая поп-группа (полагавшая, что речь идет об очередных прокладках, но это, впрочем, неважно). Так что, придя в понедельник на работу, все относительно свободные от дел сотрудники полиции, налогового ведомства, отделов по борьбе с преступностью и даже полиции нравов (!) немедленно двинулись на "черный" компьютерный рынок, дабы искоренить зло по велению души и закона, а не спонсирующей рейд фирмы. Но опоздали: раскаявшие продавцы самостоятельно уничтожили весь контрафактный товар. Служители правопорядка вернулись ни с чем (меж тем дома многих из них ждали с новыми игрушками дети, которые по малолетству читать не умели, но знали, что папы умеют добывать на работе самые свежие версии игрушек).

Впрочем, в самом МВД и прочих госструктурах было не до того. Системные администраторы и наиболее подготовленные пользователи за два-три часа уничтожили все нелицензионное ПО, а в некоторых местах - даже созданные незаконным образом документы, и в делопроизводстве наступил полный хаос.

В крупных коммерческих структурах прошли массовые закупки и легализация ПО (именно эти организации и дали упоминавшиеся 1500% роста), мелкие вели дела без всяких компьютеров, и их бизнес был затронут минимально, средние впали в ступор. Криминальные круги всерьез задумались над проблемой отмывки денег посредством разработки, купли и продажи программного обеспечения.

На общий паралич правоохранительных структур естественным образом наложилось то, что экс-продавцы пиратских программ, будучи отвращены от одного вида незаконной деятельности к иным, иммунитета не имели и криминогенную обстановку отнюдь не улучшали.

Поскольку все происходящее было абсолютно законно, но даже по местным меркам, совершенно бессмысленно, власти попытались изменить ситуацию. Президент дал указание правительству и назначил ответственного. Его пресс-секретарь выступил с заявлением, однако донести его до народа не удалось: радиостанции, телекомпании, компьютеризованные полиграфические центры всех СМИ (в том числе и изданий - участников антипиратской акции) - практически не функционировали.

Парламент, глядя на происходящее, колебался и даже не поднял вопрос об импичменте. Наиболее непримиримые оппозиционеры предлагали начать крестовый поход против чужеземной заразы, подрывающей все устои. Более умеренные депутаты призывали просто отменить закон, защищающий авторские права на программное обеспечение, исходя из того, что "нет статьи - нет и преступления".

Их вариант в результате деятельности согласительной комиссии (в преамбуле, правда, как дань истинным патриотам, остался абзац, осуждающий происки империалистов) и попал на стол к президенту. Тот, дорожа мнением цивилизованного человечества, его завернул (кроме того, цифры роста продаж ПО один из вице-премьеров успел использовать на переговорах с потенциальными инвесторами в бананоперерабатывающую отрасль). Парламент с легкостью преодолел вето - при одном голосе "против" (сторонника запрета компьютерных технологий как таковых). Однако, поскольку издательства парламента и столичной мэрии постигла та же участь, что и прочие средства массовой информации, внедрять в жизнь его пришлось путем устного разноса по ведомствам и читки на центральных площадях населенных пунктов посредством мегафонов гражданской обороны. Отчего незамедлительно возникло около полусотни различных редакций закона.

Подняли голову творцы отечественной вычислительной техники и даже почти склонили ряд правительственных и силовых структур на использование их детищ. Однако среди первых начался раскол: примерно половина после долгих колебаний сочла, что техника, создававшаяся под руководством специалистов из Управления технологической разведки Министерства безопасности, также является контрафактным товаром. Ветераны последнего наверняка не заставили бы ждать себя с мемуарами... если бы была физическая возможность их напечатать.

Положение усугубили служащие местного офиса BSA. Во-первых, под влиянием пропаганды возможностей организации жители страны обрушили на них поток из тысяч сообщений, касавшихся, естественно, не только нелицензионного ПО, но также самогоноварения, взяточничества и т. д. В числе прочего было "потрясающее по своей художественной силе описание похищения пельменей, уложенных непосредственно в карман пиджака" (цитата). Кроме того, сами сотрудники альянса, по долгу службы и под влиянием указывавшихся в самом начале факторов излишне внимательно изучившие все инициированные ими же антипиратские материалы, преисполнились сознания собственной значимости и заявились с проверками лицензионности используемого программного обеспечения в министерства безопасности, юстиции, внутренних дел, обороны etc. Бог весть, были ли среди них сотрудники разведок (по отзывам компетентного специалиста, "шпионы - те дело делают тихо и быстро, а эти..."), но проникновение в святая святых вызвало в парламенте новую волну негодования, и непримиримой оппозиции удалось вслед первому закону принять второй, куда более жесткий, фактически объявивший представительства компаний-разработчиков "центрами влияния" и "силами, стремящимися поставить на службу экстремистским элементам безусловно прогрессивное явление" (последнее - уступка либеральной части парламентариев). Президент наложить вето не смог: у него на компьютере рухнула предустановленная операционная система, и сотрудники службы охраны сбились с ног в поисках исходного носителя (компакт-диск найден через две недели на даче, где служил внуку президента в качестве мишени для духового ружья).

По какой-то странной логике, первыми откликнулись совсем не те структуры, которые должны были отреагировать (те, имея немалый опыт, возможно, ждали, чем кончатся парламентско-президентские баталии). Представительства стали ежедневно навещать и штрафовать санэпидемнадзор, пожарная служба, автоинспекция, представители местного ЖЭКа и т. д. Не обошлось, естественно, без визитов комитета ветеранов правящей партии; союза ветеранов партии, правившей до нее; женского движения и общества защиты от окружающей среды. Эти, конечно, не штрафовали, но здоровья попортили - не дай бог.

Производители ПО пытались было объявить амнистию пиратам и предложить покупать ПО по стоимости носителей (бесплатная раздача в глазах местных юристов означала продажу ниже себестоимости и попадала под соответствующую статью о сокрытии прибыли), но маховик пропаганды уже раскрутился и, осознав это, персонал представительств и BSA эвакуировался, предварительно уничтожив документацию, адреса местных служащих и партнеров.

Однако ПО на своих компьютерах они не стерли, и оно было взято под контроль прибывшими с опозданием сотрудниками спецслужб.

Программы бережно перенесли на компьютеры правительственной типографии, и в стране началось второе пришествие печатного слова. Статьи политических и общественных деятелей самых разных направлений, может быть не столь талантливые, как написанные на конкурс, но куда более убедительные, постепенно развеивали эффект антипиратского конкурса. В учреждениях начали восстанавливать уничтоженные программы и документы при помощи размноженной в достаточном количестве программы Unerase, конфискованной в офисе BSA.

Сначала, ради приличия, это делала комиссия из представителей спецслужб, директората, профкома и женского комитета (последние должны были воспрепятствовать восстановлению программ, отнимающих мужей и отцов у их семей), но потом дело было пущено на самотек и завершилось куда более успешно, нежели иные начинания власть предержащих.

Национальный коммерческий банк провел специальную пресс-конференцию, посвященную торжественной безвозмездной передаче копий купленного в дни борьбы с пиратством ПО госструктурам с одной стороны, и группе фирм, обещавших в кратчайшие сроки и по невысоким ценам предоставить достаточное количество дисков для широких народных масс (бюджетникам, учебным заведениям и религиозным учреждениям - скидка до 50%) - с другой.

Жизнь понемногу наладилась. Например, оживилась торговля компьютерами. Причем машины с предустановленным ПО стали вызывать у патриотически настроенных граждан чувство резкой антипатии. Несколько OEM-контрактов были расторгнуты, а в магазинах одной крупной торговой сети из упаковки на глазах покупателя торжественно изымался фирменный компакт-диск с программным обеспечением и вкладывался точно такой же по содержанию, но выпущенный упоминавшейся группой фирм. Продажи выросли на 15%.

Стали выходить газеты, ходить поезда и летать самолеты (уже есть две аварии и один угон). Из корпунктов по электронной почте (доступа в Сеть все эти дни, естественно, не было) в газеты всего мира полетели заметки о произошедшем. Однако большинство главных редакторов положили столь необычные материалы под сукно. Лишь в некоторых изданиях рискнули и, дабы не быть поднятыми на смех, поместили статьи в "Нарочно не придумаешь" и прочие юмористические разделы - пусть-де читатели сами разбираются, где правда, а где ложь.

На этом предмет статьи исчерпался и все пошло своим чередом.

От редакции. Сия история, безусловно, трогательна и поучительна. И если недельное отсутствие на мировой арене маленькой банановой республики прошло практически незамеченным для мировой общественности и не привело ни к каким последствиям в мировом масштабе (практически не изменились даже форвардные котировки на бананы на токийской фондовой бирже), то последствия такой истории в супердержаве, стране Гоголя, Толстого, Достоевского и немереного арсенала оружия массового поражения, страшно себе представить. Но пока Бог милует.

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями