Если мы не примем меры, технологии, позволяющие отслеживать местонахождение абонента, могут лишить нас привычной в нашем понимании личной свободы и конфиденциальности...

Если мы не примем меры, технологии, позволяющие отслеживать местонахождение абонента, могут лишить нас привычной в нашем понимании личной свободы и конфиденциальности

Думаю, меня можно назвать желанным потребителем. У меня дома есть по крайней мере по одному важному, неважному и откровенно ненужному электронному устройству из тех, какие вы только можете себе представить. Не будучи транжирой, я каким-то образом умудрился — за счет хитрого сочетания спутникового телевидения, широкополосного Internet-доступа, позволяющего получать котировки и новости, трех адресов электронной почты и потрясающей аудиосистемы с доступом к крупнейшей коллекции музыкальных записей в формате MP3 — превратить то, что могло бы стать храмом созерцания и концентрации, в средство бесконечного отвлечения внимания.

Не раб пагубных привычек, я, как и большинство людей, испытываю потребность в тех вещах, которые никак нельзя назвать полезными. Помимо картофеля фри, скоростных автомобилей и голливудских фильмов, мне нравятся пустые развлечения. На самом деле большинство из нас готово делать все, что угодно, лишь бы не оставаться наедине со своими мыслями. Я завожу автомобиль и включаю радио, вхожу в номер отеля и включаю телевизор; стригу газон перед домом и слушаю музыку. Плохо. Иногда искушение поиграть в свои игрушки, вместо того чтобы работать, становится просто непреодолимым, я должен бросить ноутбук в машину и отправиться в парк, чтобы заняться делом в тени деревьев. Очень, очень плохо.

Вот и сейчас я сижу в машине.

Развлечения стали беспроводными. Не скажу, чтобы это помогало. До недавнего времени я был большим поклонником беспроводных технологий. Стоит напомнить, что беспроводными могут быть новости, но сами беспроводные технологии не новость. Самое старое и, безусловно, самое дорогое сердцу беспроводное устройство в моем доме — пульт управления для телевизора. С одной стороны, это устройство настолько для меня значимо, что я просто не могу смотреть телевизор, если его нет у меня под рукой. С другой стороны, оно никоим образом не влияет на ценность самого телевизора и никак не улучшает качество воспроизведения. Фактически оно делает его даже хуже.

Беспроводные возможности — это дополнение, никак не влияющее на ценность и актуальность самой технологии, к которой такие возможности добавляются, но после того, как они реализованы, кажется, что без них уже нельзя обойтись. Возникает ощущение, что ажиотаж, который в последнее время окружает беспроводные технологии, явно не пропорционален ее потенциалу, особенно если учесть ощутимые и даже опасные побочные эффекты ее применения.

Возможно, что все по-настоящему важные открытия действительно были сделаны еще до нас, и нам остается только использовать их и восхищаться ими. Я имею в виду, что, например, американец, живший 70 лет назад, в 1931 году, мог пользоваться практически тем же самым, что и мы сейчас (аэропланы, радио, бытовые приборы, межконтинентальные перевозки), в отличие от американца, жившего за 70 лет до него, в 1861 году. Телефон 1931 года и теперешний сотовый телефон, по существу, отличает лишь мобильность, безусловно, значительное усовершенствование, но, как и в случае с пультом для телевизора, это никак не влияет на «телефонность» самого телефона.

(Замечание для отдела рекламы AT&T Wireless: если вам неизвестно, то могу сообщить, что получать доступ в Internet через сотовый телефон или PDA — это все равно что смотреть представление, проделав дырку в куполе цирка-шапито).

Если новая технология на 20% вещь хорошая, а на 80% — плохая, будете ли вы продолжать настаивать на ее применении? Да, скорее всего, будете. Мне кажется, что беда близка. Чем нам грозит беспроводная связь, я наконец осознал во время командировки в Сингапур в марте 1999 года.

Полет был превосходным, как обычно, но 11 часов — это все-таки слишком большой срок, чтобы провести его, сидя в кресле самолета. Я взял багаж, прошел таможенный контроль и сел на заднее сиденье ожидавшего меня автомобиля рядом с нашим региональным вице-президентом. Она на секунду оторвала взгляд от своего ноутбука, когда я забирался в машину, и потом всю дорогу в офис быстро-быстро стучала по клавишам.

Мне было жарко и душно, мозги мои работали плохо, чему, впрочем, причиной было расстройство биоритмов из-за столь дальнего перелета. Какое-то время я тупо смотрел на проплывающие за окном здания, а затем заметил пластиковую коробочку размером с пачку сигарет, прикрепленную на ветровом стекле. Я спросил водителя, что это такое, и он сказал, что это передатчик, который правительство велело установить на всех автомобилях, чтобы собирать пошлину за использование превосходных сингапурских автомагистралей. На внедрение этой системы ушло несколько лет, не говоря уж об огромных затратах. Я поинтересовался, а какова пошлина, и был крайне удивлен, узнав, что она очень низкая, почти символическая.

Я повернулся к вице-президенту и сказал: «Почему правительство потратило столько сил и средств на такую дорогостоящую систему, если получает от этого столь низкий доход?»

Не обращая никакого внимания на мой вопрос, она сердито смотрела на экран, периодически нажимая кнопку мыши. Пока я глазел в окно, она подключила свой сотовый телефон к порту на мобильном компьютере и пыталась отослать несколько сообщений по электронной почте. Сила сигнала ее телефона значительно менялась по мере того как мы объезжали небоскребы деловой части города. Наконец она коротко взглянула на меня и сказала: «Почти никогда не обходится без обрыва соединения, не могли бы вы попросить своих людей что-то сделать? И в любом случае, систему по сбору налогов создавали не для сбора налогов, а для того чтобы следить за людьми!»

Кошмар! Одно это сердитое, брошенное на ходу замечание рассказало мне обо всем, чего я не хотел знать о беспроводной революции. То, что вице-президент не хотела подождать всего 10 минут, пока мы доберемся до офиса, чтобы послать свою почту, казалось абсолютно безумным. То, что правительство использует эту технологию для получения информации о местонахождении и перемещении своих граждан, показалось мне, безнадежно наивному американцу, абсолютно ужасным.

И что вы думаете? У нас ситуация не сильно отличается от сингапурской. Федеральная комиссия связи США приняла решение о том, что новые сотовые телефоны должны быть оснащены технологией отслеживания местонахождения абонентов, с помощью которой специалисты службы 911 смогут определять, где находится звонящий с точностью до нескольких десятков метров. Сейчас не существует никаких согласованных правил, регламентирующих, как можно обмениваться подобной информацией, используя ее в рамках государственных или коммерческих организаций.

Возможные применения беспроводных технологий распадаются на три категории, причем две из них не предвещают ничего хорошего. Помимо очевидного и, быть может, единственного реального преимущества, а именно — возможности сотового телефона указывать местонахождение абонента в экстренной ситуации, эта технология позволяет нарушать конфиденциальность и вмешиваться в частную жизнь самыми разными и невообразимыми прежде способами.

Время менять моральные принципы, господа. И поставщики, и потенциальные пользователи, и противники этой технологии, и директора информационных служб, все вместе и каждый в отдельности, должны законодательным либо политическим образом добиваться того, чтобы наши компании защищали личную жизнь не только своих клиентов, но и своих служащих. Настало время решать, что мы в итоге хотим и чего не хотим получить, поскольку, если мы этого не сделаем, золотой век ИТ, когда технология воспринимается как конструктивная сила, закончится.

Вы видите, новые нормы провоцируют принятие решений, не обеспеченных финансово. Решение о том, чтобы мобильные телефоны могли отслеживать местонахождение своих владельцев, приведет к интеграции микросхем GPS в телефонные аппараты или к созданию новой структуры сотовых станций. Миллиарды долларов, потраченные на то, чтобы должным образом оснастить примерно 110 млн. сотовых телефонов, полностью ложатся на плечи операторов сотовой связи, которые планируют коммерческое использование технологии так, чтобы компенсировать свои затраты.

Вас раздражают звонки рекламных агентов в обеденный перерыв? Представьте, вы проходите мимо аптеки, и у вас звонит телефон. Вы поднимаете трубку и слышите записанное сообщение о том, что магазин, перед которым вы находитесь, ведет распродажу специальных подушечек для тех, у кого «шишки» на пальцах ног. Вообразите, что злоумышленник может позвонить в специальную службу и установить точное местонахождение любого члена вашей семьи.

Только подумайте, сколькими способами можно злоупотреблять такой информацией и что найдется человек, который непременно попытается это сделать.

Возможно, что многие просто будут бросать трубку, услышав раздражающую чепуху. Но для большинства тех, кто носит телефон для работы, это не выход. Захотите ли вы реализовывать системы слежения, чтобы узнать о передвижениях ваших сотрудников за пределами офиса? Будете ли продавать такую информацию компаниям, занимающимся распространением рекламы?

Создание эффективного контроля — не чья-то чужая проблема. Это наша проблема, потому что, в конце концов, мы будем вынуждены этим заниматься. Нам необходимо отвлечься от своих развлечений и решить ее.

Согласны ли вы с тем, что беспроводная технология, позволяющая отслеживать местонахождение, представляет угрозу для нашей личной жизни?

Анонимом выступал человек, более 12 лет занимавший пост директора информационной службы в ряде известных компаний.

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями