Сценарные языки, или языки скриптов (scripting languages), за последние годы сделали огромный шаг вперед. Еще лет десять назад им отводилась роль вспомогательных средств, которые и называть-то языками программирования было как-то неловко. Сейчас же скепсис по отношению к ним сменился интересом и признанием. Но какова их природа и какое место они занимают среди всех языков?

Лисп как предтеча сценарных языков

Характеризуя ситуацию с вавилонским столпотворением языков программирования, Джон Бэкус, автор Фортрана и формы описания синтаксиса BNF (форма Бэкуса—Наура), писал (1977): «По-видимому, с языками программирования происходит что-то неладное. Всякий новый язык включает с небольшими изменениями все свойства своих предшественников плюс кое-что еще. Руководства по некоторым языкам занимают более 500 страниц...

В течение двадцати лет языки программирования неизменно развивались в одном и том же направлении, пока не дошли до нынешнего состояния «ожирения»... Теперь это излюбленная область тех, кто предпочитает возиться с пухлыми перечнями подробностей вместо того, чтобы бороться за новые идеи. Дискуссии о языках программирования часто напоминают средневековые диспуты о числе ангелов, которые могут разместиться на кончике иглы, а не волнующие споры о фундаментально различающихся понятиях... Достойно удивления, почему столь многие из нас, изучив отвратительные структуры типов традиционных языков с помощью изящного инструментария, разработанного Д. Скоттом, пассивно сохраняют верность этим структурам...»

В 1952 г. в швейцарском Базеле была издана работа Х. Рутисхаузера «Автоматическая разработка плана с помощью программно-управляемых вычислительных машин» (Automatische Rechenplanfertigung bei program-gesteuerten Rechenmaschinen, Birkhauser Verlag), с которой и ведет отсчет история изучения языков программирования. За прошедшие полвека появились тысячи языков, различных по своей природе и охватывающих разные модели и парадигмы программирования, включая программирование процедурное, функциональное, символьное, логическое, продукционное, реляционное, параллельное, объектно-ориентированное, модульное (компонентное) и др. Но по сути можно выделить два четких полюса притяжения языков: императивный и декларативный. Именно они и задают основу деления языков. Императивные языки скорее отвечают на вопрос «как?», тогда как декларативные — на вопрос «что?». При этом императивные и родственные им языки обычно носят статический характер, в то время как декларативные имеют динамический.

В 1960 г. возникла идея увеличения общности, заключающаяся в том, чтобы воспользоваться логикой для такого описания фактов, которое не зависело бы от того, как эти факты будут использоваться впоследствии. Джон Маккарти, автор языка Лисп, вспоминает [1]: «Тогда мне казалось (как, впрочем, и сейчас), что люди по объективным причинам предпочитают общаться с помощью декларативных предложений, а не языков программирования, все равно, является ли субъект общения человеком, существом с Альфы Центавра или компьютерной программой... Основным преимуществом декларативной информации является ее общность».

Дж. Бэкус (IBM) и Дж. Маккарти (Массачусетский технологический институт), создавшие знаменитые языки Фортран (1954, Fortran) и Лисп (1958, Lisp) соответственно, задали точку отсчета эволюции языков программирования. Но если традиционные языки, пошедшие по стопам императивного Фортрана, известны достаточно хорошо и применяются весьма интенсивно, то языки другого направления с течением времени стали уходить в тень. Дж. Саммит, известный специалист по языкам программирования, как-то заметила, что все языки программирования грубо можно разбить на два класса. В одном находится Лисп, а в другом — все остальные. С этим трудно не согласиться, ведь Лисп...

Это не вся статья. Полная версия доступна только подписчикам журнала. Пожалуйста, авторизуйтесь либо оформите подписку.