Многие полагают, что главная причина успеха калифорнийской Кремниевой долины состоит в неповторимых особенностях Стэнфордского университета — создание технопарка именно на базе этого университета дало стартовый импульс для развития Долины. Другие обращают внимание на удивительно хорошее местоположение Долины на Тихоокеанском побережье, а потому и любой научный сотрудник, инженер или программист, который сюда приезжает, уже не в состоянии добровольно отсюда уехать. Наиболее мудрые настаивают, что именно органичное сочетание упомянутых факторов следует считать главной причиной процветания Долины. Люди же, заинтересованные в том, чтобы создаваемый при их участии технопарк получил достаточное финансирование, обращают внимание на то, что стартовый период формирования Кремниевой долины пришелся на пик «холодной войны», когда высокотехнологичные предприятия оказались под «золотым дождем» оборонных программ.

Каждый по своему прав — место для жизни в Долине удивительно комфортное, климат прекрасный, университет во всех отношениях превосходный, военные расходы в период «холодной войны» действительно росли, и немалая их часть была направлена на исследования в области высоких технологий. И тем не менее ни один из этих факторов – и даже их сочетание – не является настолько уникальным в Америке, чтобы объяснить, почему лишь один из множества американских технопарков стал в итоге Кремниевой долиной.

Что же неповторимо отличало именно Калифорнию? Известно, что для текущего состояния Кремниевой долины характерен самый быстрый в мире темп неостановимо внедряемых именно здесь научно-технических нововведений. Что бы кто и где ни изобрел, с переносом в Долину работ по доведению такого изобретения до вывода на рынок шансы у изобретателя резко возрастают.

Но что здесь работает как мощнейший катализатор ничем и никем не остановимого процесса развития идеи от ее зарождения до рыночного продукта? Таким катализатором оказался принятый в Калифорнии еще в 1872 году особый закон. В результате каскада прямых и косвенных следствий применения этого закона на территории Кремниевой долины сегодня оказался «де-факто» аннулирован ряд юридических норм, в том числе и важнейших из числа повсеместно действующих в США.

Поясним, как это происходит. Всякий, кто нанимается на работу в любую высокотехнологичную компанию любого из штатов Америки, подписывает соглашение NCA (Non-Compete Agreement) о том, что если он решит уволиться, то в течение заранее оговоренного периода времени не будет иметь права работать на конкурентов. Кроме того, обычно вновь нанимаемые сотрудники подписывают соглашение NDA (Non-Disclosure Agreement) о неразглашении сведений, доступных в период его работы в компании.

Подобного рода документы, как правило, подписывают почти все, кто работает и в Кремниевой долине, но в здесь факт подписания пары NCA & NDA, по сути, никак не ограничивает возможность сотрудника в любой момент перейти на работу в другую компанию, включая ее прямых конкурентов. К чему это приводит?

Если вдруг оказывается, что сотрудник не может заинтересовать работодателя своим изобретением, то, в отличие от других мест Америки, он без всяких проблем тут же идет со своим «детищем» в другую компанию или открывает под свою задумку новую фирму. Никто ему в том не может помешать, и руководители любой компании хорошо это понимают. Не можешь удержать у себя талантливых, плодотворно работающих сотрудников — пиши сам на себя жалобу вышестоящему начальству или увольняйся с руководящей должности.

Юридически защищать интересы компании в ее иске против сотрудника, покинувшего ее вместе со всем приобретенным в ней опытом и багажом знаний, в сложившемся в Долине социально-экономическом климате крайне трудно, а в абсолютном большинстве случаев просто невозможно. Суд заведомо окажется — вне зависимости от того, какие бумаги сотрудник вынужден был при найме подписать, – на его стороне, а не на стороне администрации компании.

Так в Долине оберегается самый деликатный и критически важный для ее развития процесс «перекрестного опыления» профессиональными знаниями тысяч расположенных здесь высокотехнологичных компаний. Возможностей административно закрыть «путь наверх» свежим идеям здесь оказывается поэтому несопоставимо меньше, чем в других штатах. Как такое оказалось возможным, а главное — почему эта особенность Долины обычно с таким трудом понимается людьми "со стороны"?

Начнем с пояснения ситуации, сложившейся вокруг заключаемых при найме на работу договоров типа NCA. Только в штате Калифорния, и более уже нигде в Америке, с 1872 года существует закон, прямо и недвусмысленно запрещающий преследовать кого-либо за нарушение NCA, безотносительно того, в какой ситуации и на каких условиях это соглашение было заключено. Отсюда как раз, видимо, и возникает недоуменный вопрос: почему? Какой смысл для руководства компании навязывать вновь принимаемому на работу сотруднику соглашение, которое не стоит бумаги, на которой оно отпечатано? Причина проста — юридическая грамотность в Америке далеко не так высока, как принято считать. Многие калифорнийские компании полагают, что таким образом они создают для своих сотрудников "психологический барьер", который в ряде случаев дополнительно удерживает талантливых специалистов от поспешного перебегания к конкурентам.

Теперь о соглашении NDA, которое, в отличие от NCA, по закону 1872 года, прямо объявленному "юридически ничтожным", оказывается полностью в сфере неформальных особенностей правоприменительной практики местных судебных инстанций. Теоретически договор NDA мог бы регулярно и неотвратимо работать и в Калифорнии, но в случаях смены места работы этого в Долине не наблюдается. Почему, ведь закона, подобного тому, который, по сути, запрещает исполнять NCA для NDA в Калифорнии, нет? Что же мешает судам применять и в Долине санкции за нарушения NDA, как это происходит по всей стране? Специфика ситуации состоит в том, что рассматривать обвинения в этих нарушениях изолированно, вне пары NCA & NDA, оказывается для судей крайне трудно. Иными словами, судебная санкция за нарушение NDA в случае смены места работы сотрудника была бы возможна и в Долине, если бы здесь работало NCA. Поскольку же NCA в Калифорнии числится "вне закона", то и доказать рутинное нарушение NDA — при переходе сотрудника какой-либо фирмы в Долине на работу к конкуренту его прежнего работодателя — оказывается для суда занятием практически безнадежным.

В любом месте вне Калифорнии сам факт, что человек, подписав при найме NCA, осмелился затем уйти от благодетеля-работодателя к его конкуренту или основал собственную компанию, конкурирующую с бывшим своим работодателем, изначально ставит такого человека в позицию "виновен". Далее суду остается лишь посмотреть на подробности NDA, чтобы уточнить размер наказания и выяснить, в чем еще такого сотрудника можно дополнительно к уже установленному факту нарушения им NCA обвинить. Если же NCA не работает, то тогда на компанию-истца ложится сложная задача убедительно обосновать требования завести на покинувшего их сотрудника дело по предполагаемому нарушению им какого-либо пункта NDA.

Все известные случаи привлечения к судебной ответственности кого-либо из ушедших на работу к конкуренту были связаны в Долине только с относительно редкими фактами кражи сотрудником интеллектуальной собственности его работодателя. Такой "грабеж", впрочем, наказывается абсолютно безотносительно к тому, подписывал ли совершивший его сотрудник какое-либо соглашение с работодателем или нет.

Таким образом, в реальной практике соглашение NDA, как и NCA, хотя и по другим причинам, в Долине не может помешать специалистам работать где угодно и делать при уходе к конкуренту все что угодно (в рамках существующих законов), без каких-либо дополнительных ограничений со стороны NCA & NDA. Иными словами, когда законодатели Калифорнии принимали в 1872 году закон, гарантирующий резидентам штата полную свободу выбора и перемены места работы, то они создали "юридический коридор", который не может, как теперь это оказалось, быть сужен практически никакими соглашениями, дополнительно заключаемыми компанией с ее работниками.

Понять такую особенность судебной практики Долины оказывается, по-видимому, далеко не просто, потому что все еще часто именно в данном контексте — как пример сурового наказания, справедливо постигшего в Долине тех, кто нарушал NDA, — упоминают скандально известный процесс Cadence Design Systems, Inc. v. Avant! Corp. и некоторые другие аналогичные битвы в суде, которые, как это нетрудно показать, не имеют вообще никакого отношения к местным особенностям применения NDA в ситуациях смены места работы сотрудников.

Остановимся на этом случае с Avant! чуть подробнее. В данном судебном процессе речь шла о том, что шесть сотрудников Cadence Design Systems «вступили в преступный сговор", чтобы украсть исходный код основного продукта этой компании. В значительной степени на базе именно этого "награбленного имущества» начала свои коммерческие операции вновь созданная с их участием компания Avant!, которая вышла со временем на уровень респектабельной public company.

Так случилось, что годы спустя один из программистов Cadence Design Systems получил возможность внимательно исследовать фрагмент исходного кода одной из программных систем, используемых Avant!. Он с удивлением обнаружил в рассматриваемом коде те же самые ошибки, которые он устранял из программ аналогичного назначения уже после того, как из Cadence ушли сотрудники, ныне работающие на Avant!.

Этот программист позвонил в прокуратуру и – очередное совпадение – «так случилось», что его соединили с сотрудником, который до юридической школы учился в колледже по одной из компьютерных специальностей. Прокурора тоже заинтриговала история с «вечно живущими» программными ошибками, и он тут же начал расследование. Все это вылилось а беспрецедентный для Долины скандал. И тем не менее даже в этом на первый взгляд для всех очевидном случае ("грабители" даже не вычистили краденый код от ошибок, на которых и были пойманы) суду потребовалось шесть лет (и соответственно несметные суммы судебных и прочих издержек сторон процесса), прежде чем вина компании, построенной на базе краденого ПО, была доказана.

Группу «грабителей» в итоге посадили (одних условно, других символически на несколько месяцев в облегченном режиме содержания), а процветавшая к этому времени Avant! выплатила жертве ограбления несколько сот миллионов долларов компенсации.

Этот судебный процесс, конечно же, сам по себе любопытен, однако иногда его совершенно неуместно упоминают в качестве примера применения NDA для наказания покинувших компанию сотрудников. Тот факт, что шестерку похитителей исходного кода судили за совершенную ими кражу интеллектуальной собственности работодателя, а не за нарушение каких-либо пунктов соглашений с работодателем, многими, видимо, все еще недостаточно понят.

Означает ли все сказанное, что NDA, как и NCA, никак не ограничивает в Долине поведение законопослушных граждан?

Нет. Было бы серьезной ошибкой так относиться к своей подписи на NDA. Существует достаточно щирокая и при этом практически значимая область логически уместного применения NDA, в том числе и в Кремниевой долине: подписав NDA, человек принимает на себя обязательство не разглашать содержание, например, коммерческих переговоров при подготовке той или иной сделки. Доказанный в суде факт нарушения такого рода может повлечь за собой последствия, юридически ощутимые для нарушителя соглашения.

NDA практически не работает в Долине лишь в той его части, которая могла бы оказаться препятствием для «перекрестного опыления» техническими идеями компаний при переходе их сотрудников с одного места работы на другое. Но и только. Во всех остальных случаях NDA так же эффективно защищает конфиденциальность информации, как и в любом ином месте США.

***

Особый «юридический климат» Калифорнии оказался именно тем местным отличием, которое предопределило опережающее развитие одного из многих в Америке технопарков в Кремниевую долину — столицу высоких технологий, имеющую совершенно уникальный статус.

Григорий Громов (ggromov@netvalley.com)  — независимый автор (Сакраменто, шт. Калифорния).

Григорий Громов окончил Куйбышевский авиационный институт по специальности инженер-радиотехник. Работал в НИИ связного профиля в Воронеже, в аэрокосмической индустрии, а затем в НИВЦ Пущино, где занимался созданием микрокомпьютерных систем автоматизации биофизических экcпериментов. Автор монографии «Национальные информационные ресурсы: проблемы промышленной эксплуатации» (Наука, 1984; 1985 ), книги «От гиперкниги к гипермозгу: информационные технологии эпохи Интернета: эссе, диалоги, очерки» (Радио и связь, 2004) и ряда других. Участвовал в создании и выпуске журнала «Микропроцессорные средства и системы» и других ИТ-изданий, выходящих в СССР, в том числе одного из первых порталов Рунета — ИнфоАрт и еженедельника CW-Mosсow. С 1995 года живет в Калифорнии, где продолжает публиковать статьи, учебные пособия и аналитические материалы по ИТ. Онлайн-книга Громова The Roads and Crossroads of Internet’s History рекомендована в качестве учебного пособия по курсу Internet History многими университетами и колледжами США, Великобритании, Канады и Австралии.
Автор не юрист, и текст статьи не следует понимать как юридический совет. Все изложенное относится к общей тенденции развития Кремниевой долины в условиях сложившегося в Калифорнии совершенно особого социально-экономического климата, в котором риск юридически негативных последствий при переходе сотрудника на работу к конкуренту его работодателя оказывается на порядки меньше, чем при аналогичной ситуации в любом другом штате США. Из чего никак не следует, что для любого, кто работает в Долине, этот риск равен нулю. Какой бы ни была общая ситуация, в отдельно взятом случае может произойти все что угодно, поэтому следует консультироваться с юристом в любой потенциально конфликтной ситуации, в том числе и при подписании NCA или NDA, а в случае необходимости принять решение о переходе к конкуренту своего работодателя это тем более необходимо.
Особенности национального пути в Силиконию
Научно-производственные кластеры считаются сегодня наиболее эффективной средой для развития высоких технологий, однако все успешные кластеры возникли в результате искусно выстроенного эволюционного процесса, для поддержки которого необходимо учитывать множество самых разных экономических, политических, социальных и этнокультурных факторов в сочетании с разумной государственной политикой. К сожалению, создатели технопарков типа Сколково, об этом часто забывают.

Посол Microsoft в Кремниевой долине
Отношения между академической наукой и производством всегда были непростыми и сейчас они характеризуются переносом центра тяжести в пользу прикладных работ. Как следует выстроить эти отношения и как соблюсти баланс? Мнение руководителя научно-исследовательской лаборатории Microsoft Research в Кремниевой долине.
 

Купить номер с этой статьей в PDF