Прошедший в Лондоне саммит «большой двадцатки» может иметь серьезные последствия для сложившейся структуры владения телекоммуникационными активами. Под удар рискует попасть весь теневой фундамент отрасли — многочисленные оффшоры, которым принадлежат пакеты акций крупных операторских компаний и финансово-промышленных групп. Несмотря на активное сопротивление США, G-20 все-таки решилась на открытую борьбу с оффшорными зонами.

Больше других на санкциях для стран, превратившихся в налоговые «помойки» мира, настаивала Франция. Позиция российского руководства оказалась не столь непримиримой — возможно, в силу того, что собственниками большинства системообразующих предприятий из знаменитого списка 295, которым государство выделяет финансовую помощь, являются оффшоры с неизвестными нам выгодополучателями. Но коль скоро европейские партнеры по G-20 настаивают, Россия тоже обещает бороться за чистоту своих предпринимательских рядов.

Почему оффшорные зоны, о которых еще недавно говорили с восторженным придыханием, превратились в воплощение мирового зла, объяснять излишне. Бизнесмены быстро освоили нехитрую практику взаиморасчетов, при которой основная часть маржи от коммерческих операций оседает на счетах их налоговых «помоек», а государство довольствуется сборами с малой доли этого денежного потока. В подобных схемах заключается «легальная» оптимизация налогообложения. Другая сторона медали — оффшоры помогают скрыть истинных владельцев бизнеса, что очень привлекательно для стран с высоким уровнем коррупции.

Честный частный бизнесмен в России может лишь догадываться, почему так повезло его конкуренту, который только вчера возник на рынке, а сегодня уже владеет необходимыми лицензиями, частотными присвоениями, выгодными контактами и т.д. На сайте удачливой компании он, скорее всего, увидит в списке ее собственников некую фирмочку, зарегистрированную на Кипре, Гибралтаре или Виргинских островах. А кто за ней стоит, вероятно, узнать не удастся — если не случится громкая судебная тяжба между владельцами актива, подобная той, что привела к ликвидации бермудского фонда IPOC, претендовавшего на блокирующий пакет акций «МегаФона».

С принятием «двадцаткой» исторического пакта об объявлении войны оффшорам забрезжила надежда на то, что отечественная экономика, включая ее телекоммуникационный сектор, станет прозрачнее, а конкуренция — справедливее. Но смею предположить: произойдет это не раньше, чем последнее оффшорное прибежище будет ликвидировано или подчинится требованиям международных наблюдательных органов. А до тех пор карликовые страны типа Кипра и Люксембурга будут определять экономический климат и условия жизни на одной восьмой части земной суши.

Игорь Елисеев - главный редактор, i_eliseev@osp.ru

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями