Среди приглашенных докладчиков на российско-американском симпозиуме был и Арно Пензиас, лауреат Нобелевской премии по физике, в 1978 году разделивший эту награду с Петром КапицейНазвание конференции The Global Technology Symposium at Stanford, проходившей с 30 января по 1 февраля в непосредственной близости от кампуса Стэнфордского университета, не вполне правильно отражало ее содержание. Мероприятие никак нельзя было назвать технологическим; единственное выступление такого рода принадлежало Дайане Грин, одной из самых влиятельных женщин в ИТ-отрасли, вместе со своим мужем Менделем Розенблюмом создавшей VMware. «Глобальность» свелась к участию экспертов по инвестированию в новые технологии, представлявших в основном Россию и США; плюс к тому было несколько человек из Польши и Индии. Впрочем, среди приглашенных докладчиков были известные люди, например Арно Пензиас, лауреат Нобелевской премии по физике, в 1978 году разделивший эту награду с Петром Капицей, и российский сенатор Михаил Маргелов.

Прежде симпозиум назывался Russia Technology Symposium at Stanford. Его движущая сила — Александра Джонсон, в прошлом наша соотечественница, известный в Кремниевой долине инновационный антрепренер. В проведении симпозиума ее поддерживает сплоченная группа коллег, имеющих российские корни и, как и она, живущих в США. А упомянутый в названии Стэнфорд представлен институтом международных исследований Freeman Spogli Institute.

В центре внимания пленарных заседаний были вопросы, связанные с инвестиционной политикой и инвестициями в новые технологии применительно к российским условиям. Сугубо деловые выступления перемежались выступлениями ученых, посвященными альтернативной энергетике. Выбор Стэнфорда как места проведения однозначно указывает на предпочтение информационным технологиям, хотя не была обойдена «зеленая тема», а также энергетические и политические проблемы. По существу же рассматривался потенциал двух основных источников венчурного финансирования. Один из них известен шире — это венчурные фонды, другой, очень «американский» и менее известный в России, — так называемые «бизнес-ангелы». Фонды создаются за счет привлеченных средств, передаваемых для управления, а в качестве доноров могут выступать государственные организации, корпорации или частные лица. Руководители фондов осуществляют от их лица управление, играя в основном на чужие деньги. В отличие от них «ангелы» — это те, кто ставит на кон свои «кровные». Очевидно, такая игра может быть прибыльнее, но ее риск разделить не с кем.

На подобных встречах можно проникнуться духом этой игры — для этого мало изучить многочисленные аналитические отчеты. Подобных отчетов, в том числе на русском языке, хватает. Немало и людей, объявляющих себя опытными поводырями, способными привести неготовых к бизнесу ученых и изобретателей к вершинам финансового благополучия, однако российская венчурная «поляна» все еще остается в первозданном, нетронутом виде, и те немногие фонды, которым что-то удается, являются исключением, которое подтверждает правило.

Дело в том, что венчурное предпринимательство — это совершенно самостоятельная и самобытная культура. Действующая ныне схема складывалась десятилетиями, начиная с 50-х годов ХХ века, и это в США, в стране, где столетиями формировалась культура предпринимательства как такового. Говоря о переносе этого опыта на другую национальную почву, нужно помнить, что культуру нельзя заимствовать. Поэтому убежденность тех, кто, изучив вопрос в теории, предполагает, что дальше сможет реализовать финансирование инноваций самостоятельно, по меньшей мере наивна.

Тем не менее, как показывает опыт развитых стран, на пути построения высокотехнологического общества венчурные механизмы — одни из наиважнейших. Следовательно, необходимо выходить на венчурную тропу, и разумнее всего строить этот путь как улицу с двухсторонним движением, где навстречу движутся государственная и частная инициатива.

Нынешний форум отличался от предшествующих тем, что здесь были представлены не только намерения, но и конкретные результаты. Знаковым событием, которое произошло осенью минувшего года, стало создание российского отделения венчурной компании DFJ (Draper Fisher Jurvetson) совместно с банком ВТБ. Новая компания получила название DFJ-VTB Aurora. Размер капитала DFJ — почти 6 млрд. долл.; на ее счету финансирование таких компаний, как Skype, Hotmail и Baidu.

В соответствии с условиями соглашения, стороны будут сотрудничать в управлении венчурными фондами, ориентированными на инвестиции в российские технологические компании. Первым таким фондом является создаваемый в настоящее время «ВТБ — Фонд Венчурный» размером немногим более 3 млрд. рублей, где в числе инвесторов выступают ВТБ и Российская венчурная компания.

Путь к соглашению был далеко не прост. Тим Дрэйпер, основатель и управляющий директор DFJ, вел переговоры с различными инстанциями на протяжении нескольких лет. Результат оказался возможен в том числе и благодаря созданию в 2006 году Российской венчурной компании, являющейся государственным фондом для венчурных фондов Российской Федерации. РВК инвестирует свои средства в инновационный сектор посредством частных венчурных фондов, предоставляя каждому из них 49% их инвестиционных ресурсов. При создании РВК использовался опыт США, где много лет действует программа Small Business Investment Companies, которая помогла подняться многим венчурным фондам. Еще одним хорошим примером для подражания стал израильский государственный фонд «Йозма», создание которого помогло Израилю в 90-х годах всего за несколько лет многократно увеличить объем своего технологического сектора.

Если говорить о личных впечатлениях, то наиболее интересной оказалась дискуссия с участием трех крупнейших американских бизнес-ангелов, модератором которой был Гай Кавасаки, один из наиболее известных технологических евангелистов Долины. Дискутировали Энди Бехтольшейм (сооснователь, а ныне главный архитектор Sun Microsystems и к тому же один из наиболее известных и удачливых частных инвесторов; в свое время, вложив 200 тыс. долл. в Google, он получил 1,5 млрд., за что журнал Forbes включил его под четвертым номером в «список Мидаса», то есть тех людей, которые превращают в золото все то, к чему прикасаются), Рон Конвей (номер шесть в «списке Мидаса») и Ян Собеский, управляющий корпорацией бизнес-ангелов Band of Angels. Предметом дискуссии между ними была психология бизнес-ангелов и принципы отбора среди кандидатов на финансирование.

Сделанный вывод достаточно прост: ангелы технически компетентны, чтобы понять идею, но в большей степени они ориентируются на интуицию, на происхождение претендента (образование, место работы), общность языка. Очевидно, обе стороны должны принадлежать одному социальному слою, тогда возникает необходимое чувство доверия. Вопрос о том, давать или не давать деньги, бизнес-ангелы решают не путем длительного анализа бизнес-планов (впрочем, те не должны быть слишком длинны, десять страниц «уже много»), а скорее опираясь на сведения о претенденте, на то впечатление, которое он производит.

Одним из спонсоров симпозиума стала Microsoft, что неудивительно с учетом обязательств, взятые на себя корпорацией в рамках ее «Локальной инициативы в области программной экономики»: «Microsoft стремится стать катализатором для роста российской отрасли программного обеспечения, что может способствовать росту экономики в целом и улучшению экономического климата».

Присутствовавший на симпозиуме руководитель проектов по развитию технологического предпринимательства «Майкрософт Рус» Сергей Еремин отметил, что большинство отечественных программных разработок являются результатом аутсорсинговых услуг для внутренних нужд различных компаний и не выходят на рынок в качестве самостоятельных коммерческих продуктов. Венчурное финансирование поможет изменить эту ситуацию в лучшую сторону.

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями

Купить номер с этой статьей в PDF