В свое время Петр Первый прорубил окно в Европу. Непосредственно выходило оно на Голландию — центр мореплавания и торговли.

Сегодня многие разумные люди говорят: если уж рубить окно, то сразу в Америку. У этой позиции есть свои резоны. Однако прорубить окно в Европу проще — стена не столь толстая… Английская компания ITE Exhibitions, которая через свое отделение является устроителем пусть и не слишком теперь успешной, но пока что самой громкой отечественной компьютерной выставки «Комтек», на европейском уровне, похоже, преуспела. Совместно с Intermedia Exhibitions & Conferences она провела в Амстердаме Общеевропейскую выставку-конференцию по офшорному программированию (ITOO — IT Offshore Outsourcing Exhibition & Conference). Более того, в компании уже приняли решение в 2002 году устроить аналогичные события в Нью-Йорке и Сан-Диего.

Офшорное программирование, глобальный аутсорсинг или как-нибудь еще — как бы это ни называли — тема очень актуальная и здесь, в России, и на Западе. Не хватает программистов, но главная беда — аналитики: они предсказывают нехватку программистов, исчисляющуюся более чем миллионом человек как в Соединенных Штатах, так и в Европе. Свято место пусто не бывает. Десять лет назад, когда начинали свою деятельность многие нынешние авторитеты российской отрасли программирования на заказ, отечественных офшорщиков было мало — но и конкурентов у них было немного. Индийцы еще не сформировали армии ИТ-специалистов, не инвестировали в «хай-тек» миллионы долларов. Сейчас ситуация иная: с одной стороны, российские компании научились методом проб и ошибок работать на западном рынке заказного ПО, появились достаточно мощные игроки, например, Luxoft, готовые инвестировать в эту отрасль деньги. Нефтяные корпорации, среди которых наиболее активна Юкос, тоже готовы поэкспериментировать в этой области. Но и ситуация изменилась: прелести офшорного программирования привлекли не только индийцев, но и ирландцев, израильтян и даже бразильцев — все они получили поддержку на государственном уровне.

Первая в Европе

Первая международная конференция и выставка по аутсорсингу в Европе прошла в выставочном центре RAI Centre 26-27 июня. Инициативу собрать компании из СНГ активно поддержала харьковская 10dance.com Web Design Studio. Насколько известно, приглашения получили почти все заметные в офшорном программировании компании из России и (видимо) из Белоруссии и Украины. Разумеется, откликнулись отнюдь не все, но многие: поначалу даже шла речь о создании отдельного российского павильона. Отказывались же от участия в выставке не только из-за нежелания платить деньги за участие в мероприятии, которое проходит впервые (деньги, кстати, не такие уж маленькие: площадь для стенда стоила примерно в полтора раза дороже, чем на CeBIT), но и из-за организационных сложностей. Наш еженедельник выступил официальным медиа-спонсором выставки, и, честно говоря, поначалу были опасения, что освещать придется достижения Индии. Однако события приняли несколько иной, неожиданный оборот. Впервые произошло очное (вполне мирное) столкновение российских и индийских программистов, причем настолько явное, что подтолкнуло нашего коллегу из голландского бюро Службы новостей IDG организовать экспромтом круглый стол «Индия — Россия».

В ожидании покупателей

Что бы ни говорили о высокой маркетинговой политике те, кто покупает на конференции стенд, каждый в душе надеется найти на выставке интересного заказчика. Однако толп потенциальных клиентов на выставке не было. (Впрочем, говорят, даже участники американских мероприятий по аутсорсингу в основном общаются между собой.) Кайя Соркин, директор по маркетингу компании V6, назвала выставку «недораскрученной». Президент V6 Андрей Зотов ехал сюда за заказами, но, будучи не в восторге от выставки, все же отнюдь не считает, что деньги и время потрачены зря: «Хотя количество посетителей было, мягко говоря, не то, на которое мы рассчитывали, за два дня мы провели до 50 различных переговоров. Часть из завязанных контактов, несомненно, претворится в партнерские или клиентские отношения. Самыми интересными для нас были представители консалтинговых фирм, которые искали надежных партнеров по разработке конкретных решений. В то же время эффект участия в выставке мог бы стать значительно большим, если бы не явно недостаточная реклама мероприятия».

А вот президент компании «Аурига» Алексей Сухарев еще до выставки признавался: «Ни одну выставку или конференцию я не рассматриваю как способ кого-то найти. Никого на конференциях не найдешь. Для нас это способ еще раз посмотреть, кто на европейский офшор претендует, на индусов, на наших. Ну и — себя показать. Маркетинг — не разовое мероприятие, это жизнь, которой надо жить, постоянно поддерживая то, что называют visibility, ?заметность? компании». После выставки Сухарев сказал, что в целом результатами поездки остался вполне доволен.

На фоне Индии

Кто хотел своими глазами увидеть тех, с кем придется бороться за заказы, свое получили. Индия, Индия и еще раз Индия, и лишь потом — все остальные. К такому выводу приходил посетитель, сделав пару кругов по выставке. Индийцы не только многочисленны, они прекрасно организованы, погружены в контекст ИT-рынка Европы и Америки. Стройные ряды индийских стендов занимали большую часть территории, разрозненные стенды остальных выглядели, в общем, приятным дополнением к ним. В Indiasoft, организации, представляющей Индию на выставках и конференциях и всячески продвигающей индийские ИT-услуги на Запад, предваряли выставку такими словами: «Приглашаем вас на выставку Indiasoft-Amsterdam, СОВПАДАЮЩУЮ с IT Offshore Outsourcing Expo & Conference». Выставка Indiasoft в Нью-Дели — крупнейшее событие в мире аутсорсинга, и амстердамское собрание было подано как расширение географии деятельности Indiasoft. Спонсировали его, разумеется, Министерство информационных технологий и Министерство торговли и промышленности Индии; кроме того, на выставке были представлены и другие индийские государственные организации. К слову сказать, большая часть индийских компаний, в основном отнюдь не бедных, сами не платили за участие в выставке. Рядом с такими «монстрами», как Satyam, штат которой — около 10 тыс. человек, любая компания, ориентированная на аутсорсинг, покажется малюткой. Не удивительно, если бы российские компании затерялись в тени, отбрасываемой колоссом. Некоторые, собственно, и отказались от участия в выставке, опасаясь такой перспективы. Совершенно определенно можно сказать, что этого не произошло.

Численное преимущество было спрогнозировано всеми, зато далеко не все наши соотечественники представляли себе претензии индийских компаний. Прежде всего имидж индусов как исполнительных и недорогих кодировщиков категорически не устраивает современных представителей национальной индустрии. Если судить по выступлениям аналитиков, иногда идущим вразрез с нередкими оценками отечественных участников офшорного рынка, от этого имиджа мало что осталось. Индийские программисты — это прежде всего высокое качество, квалифицированные кадры, понимание бизнес-процессов заказчика. Нужны дешевые кодировщики — поезжайте в Китай или на Филиппины, может быть, в Восточную Европу, говорят индийцы, которым вторят эксперты.

При этом речь идет не только о квалификации, а об изменении самой парадигмы аутсорсинга; рынок должен сместиться от ИT-аутсорсинга к аутсорсингу бизнес-процессов (BPO — business processes outsourcing). Этому был посвящен доклад Джона Бушера, аналитика из Technology Partners International, приблизительно о том же говорил генеральный директор Cap Gemini Ernst & Young Ле Мара. Справедливости ради надо признать, что пока на BPO претендовали всего две-три компании. Третья, еще более престижная ветвь аутсорсинга — передача независимой организации управления глобальной инфраструктурой предприятия (GIM — Global Infrastructure Management). Об этом говорилось в докладе представителя компании Digital India, которая располагает 1200 служащих и офисами в 14 странах и 51% акций которой принадлежит Compaq.

Информационные системы предприятий — основная, но не единственная область приложения сил индийцев. Например, компания eSpark Infotech в Бангалоре берется за разработки микроэлектронных компонентов и для расширения именно этой ветви бизнеса активно набирает сотрудников. Есть прелюбопытный пример из области геоинформационных систем. Infotech Enterprises Europe (опять Infotech!) прежде была английской компанией Dataview Solutions с почти десятилетней историей: в 1992 году там работало 35 человек. Специфика подобных систем в том, что кроме квалифицированной работы с собственно ГИС-технологиями требуется трудоемкая и ресурсоемкая, но не слишком квалифицированная работа по введению географических данных, обработке традиционных карт и так далее. Решено было передать эту часть деятельности менее требовательным к вознаграждению работникам. В результате компанию продали индийцам. Джеф Кендалл, англичанин, возглавляющий ее, заключил свой доклад словами, которые становятся традиционными: «Мы показываем слайды, где в индийский пейзаж вписаны прекрасные новые здания, интерьеры комнат, забитых компьютерами. Исчезают провалы между Восточной и Западной Европами, Индией и Китаем. В Китае и в Филиппинах еще ищут низкую цену. В Индии уже ищут качество».

Не в Индии и не в Сибири

Под занавес противостояние (пусть и с откровенно неравными силами) стало очевидным и выразилось во всех формах — в выступлениях, в кулуарных обсуждениях и, наконец, в самой теме упомянутого круглого стола, но главное, уже на второй день фразы выступающих строились так: «Если компания хочет отдать часть бизнеса на аутсорсинг в Индию или в Россию...» Но в начале выставки относительная многочисленность русских была не столь явно заметна. Да и поди пойми, российские ли программисты работают, скажем, в компании Avalon?s Tree, или догадайся, что разработчики компании EPAm, на стенде которой посетителей встречал директор Крис Дайкстра, не говорящий по-русски и по-белорусски, находятся в основном в Минске.

Поскольку презентации готовятся загодя, ни в одном из официальных выступлений о противостоянии России и Индии и речи не было, да и не могло быть. Россия в лучшем случае поминалась в пятерке стран, экспортирующих ИT-услуги. Действительно, офшорное программирование развивается бурно во всем мире, и динамика и масштабы этих процессов недооцениваются многими нашими стратегами от программирования, обсуждающими приемлемость для России индийской или ирландской модели. Пока мы будем выбирать путь, к этим опциям прибавится еще полдюжины моделей. Зато о том, что делается в мире, можно было судить по отдельным, но впечатляющим примерам. Harvey Nash, известная как одна из крупнейших в Англии рекрутерских фирм, которая существует с 1988 года, котируется на Нью-йоркской фондовой бирже и имеет оборот в 226 млн. фунтов, с некоторых пор сформировала ветвь, занимающуюся аутсорсингом, со штаб-квартирой в Бельгии. В качестве программистов, дизайнеров, аналитиков работает 450 вьетнамцев, которые выполняют проекты, используя Java и EJB, XML, CORBA и другие современные технологии, составляющие «джентльменский набор» офшорного программиста. По словам директора по менеджменту компании Туана Ли, более половины разработчиков имеют научные степени. Поставляют специалистов вьетнамские университеты. Выполняя заказные работы, они не стесняются своего происхождения, а наоборот, сразу начинают говорить о том, как у них там все устроено, показывать фотографии центров разработки, приглашают приехать и самим убедиться, что Вьетнам — не дикая страна. Еще рассказывали, что многие предрекали им неудачу в США, так как еще осталась неприязнь со времен вьетнамской войны, однако американцы достаточно активно прибегают к услугам вьетнамских программистов.

Вообще складывается впечатление, что несмотря на разговоры о южноамериканских или восточноевропейских офшорных программистах, настоящего нашествия стоит ждать из Азии, где вторую волну возглавит Китай, за которым тянутся Филиппины, Малайзия, Вьетнам. В арабском мире наиболее активны, похоже, нефтяные государства, где есть средства для привлечения ресурсов, обучения собственных кадров и где вообще происходит переориентация государственных мужей на высокие технологии. Западные же славяне были представлены словаками из West Ost Connection, вывесившими на стенде плакат «Мы не в Индии и не в Сибири, мы в центре Европы», чем дали повод для кулуарного братания русских с индусами. Поскольку толп клиентов у их стенда не наблюдалось, можно сделать вывод о сомнительности оригинального маркетинга. Среди посетителей выставки были также молодые болгары, но на стенд или выступление они пока не отважились.

Российский офшорный бунт

Здесь необходимо замечание: в нарушение всяких правил политкорректности я употребляю «русский» или «российский» в значении «житель СНГ». В частности, белорусы были представлены на выставке достаточно мощно и никоим образом не выглядели бледно на фоне россиян. Но для западного бизнесмена, чьими глазами невольно приходится смотреть на ITOO, белорус пока что все равно русский: те, кто с трудом представляет географию России, не в состоянии вместить в сознание «отдельность» нашего северо-западного соседа. Формирование имиджа белорусского офшорного программиста — все-таки дело белорусов, и дело непростое, причем многих из них, как мне показалось, такая путаница пока куда меньше смущает, чем шотландцев, которых называют англичанами.

На конференции были два докладчика от России: Рон Льюин из компании «ТерраЛинк» и уже упоминавшийся Алексей Сухарев из «Ауриги». В презентации Льюина речь шла о ситуации на рынке аутсорсинга в России и преимуществах российских услуг перед аналогичными индийскими. Сухарев говорил приблизительно на ту же тему, в конце сказав несколько слов о своей компании и показав слайд с видом на НИИЦЭВТ — здание, попавшее в книгу Гиннесса за свою рекордную длину. Это было слегка в духе «индийского» маркетинга: заказчик должен увидеть, что наши программисты не в хижинах сидят. Небольшие индийские компании даже указывают в официальных данных на наличие источников бесперебойного питания и гордо сообщают о выделенных линиях на 64 Кбит/с.

На стендах были представлены девять компаний с программистами из СНГ: «Аурига», Avalon?s Tree, Contek Software, EPAm Systems, IIG, Sovin Systems, Strategy, V6 и Webaby. Бросалось в глаза то, что многих компаний, наиболее громко заявивших о себе в России, здесь-то мы и не увидели. Не было Luxoft, VDI, «Оптимы», Actis, «Рексофта», «Аркадии» и других. «АйТи» отказалась в последний момент, сославшись на трудности с визами. Из тех, кто был активен на московских собраниях офшорных компаний, проходивших под эгидой EDC/Market Visio, выделялась подготовленностью V6 — их стенд был оформлен со вкусом, и место они для него выбрали удачное. Зотов так прокомментировал свое участие и неучастие других: «Поскольку V6 — широкопрофильный поставщик услуг по созданию Web-приложений, мы принципиально заинтересованы в расширении круга наших клиентов и стараемся использовать для этого все возможности. Думаю, что отсутствие на выставке таких компаний, как Luxoft или ?АйТи?, связано с другой моделью бизнеса, — они скорее концентрируют свои усилия на ключевых заказчиках с долгосрочными программами сотрудничества».

Москву также представляли Internet Investment Group и Sovin Systems. Первая выросла из инвестиционной компании, топ-менеджмент которой решил вспомнить программистскую молодость, и офшорное направление стало развиваться. Из Питера, столь славного офшорными программистами, не было никого. Новосибирск открылся неожиданной стороной: оказалось, что канадская компания Avalon?s Tree и родственная ей Webaby, заметные своим стендом веселенькой раскраски, черпают творческие силы в основном из Академгородка.

Несколько неожиданно проявились Переславль-Залесский и Томск. Переславль славен своим Институтом программных систем РАН. В нем черпает основные ресурсы компания «Стратегия». На своем стенде томская компания CSL подкрепляла свои предложения материалами, рассказывающими об их разработках для нефтяных компаний.

Представление на выставке по офшорному программированию собственных разработок, как мне показалось, российская особенность, для индийцев это нехарактерно. Без сомнения, индусам есть что показать, и некоторые продукты и технологии все-таки были представлены, но весьма ненавязчиво. Видимо, такого рода «скромность» — свидетельство зрелости.

Белорусы представляли на своих стендах две компании — зарегистрированную в США EPAm, в которой работает более 400 человек, и компанию поменьше, зарегистрированную в Праге, — Web Space Station. Первая была представлена в классическом офшорном варианте: Крисом Дайкстрой, возглавляющим развитие бизнеса в американском офисе компании, и Павлом Бялевичем, который руководит разработкой в Минске. Дела своей компании президент Web Space Station Борис Концевой ведет из Праги. EPAm, в которой работает более 400 человек, входит в тройку крупнейших белорусских компаний, ориентированных на аутсорсинг. В IBA, наиболее близкой к классическому аутсорсингу и тесно связанной с IBM (основной резерв — НИИЭВМ, где разрабатывалась, например, операционная система для машин серии ЕС), еще пару лет назад работало около 400 человек, а сейчас перевалило за тысячу. Еще одна компания из числа лидеров — «БелЦАФ», переименованная в SaM-solutions. Стенда ни у той, ни у другой не было, но пропустить событие они не сочли возможным.

Удивительно, что никак не проявились украинцы. Известно, что на Украине есть ориентированные на офшорное программирование компании, в которых работают сотни человек, уровень программистов в тех краях высок, там много лабораторий глобальных компаний.

Russian Mafia vs. Sputnik

Недавно Анатолий Гавердовский из компании VDI на круглом столе, организованном издательством «Открытые системы», говорил: «Реальный маркетинговый ход, который пошел на пользу русскому офшору, — эти люди делали подводные лодки и ракеты, а теперь они программируют, занимаются большими гражданскими проектами для больших заказчиков. Этим мы лучше индусов с точки зрения рынка — они подводные лодки не делали. Этот ход работает». Он работал и здесь, на ITOO. Гавердовскому принадлежит и такая фраза: «Появись в какой-нибудь US Today заметка о том, что через офшорное программирование отмываются деньги мафии, и на всем движении можно ставить крест». К счастью, не было повода убедиться в том, что и это сработает, но, похоже, что соображения, относившиеся в основном к США, близки к истине и в отношении Европы.

Российские программисты работают не в хижинах, а в зданиях, занесенных в книгу рекордов Гиннесса

Среди наших менеджеров бытует мнение, что разговоры о мафии и ракетах смущают только обывателя, а когда заказчик начинает рассматривать проект, речь идет о стоимости и качестве. На это есть серьезный контраргумент, высказываемый теми, кто намерен продавать российские ИT-услуги в Европе. Один из них, Брук Хоровиц, подчеркнул: «Одно из самых больших препятствий — проблема имиджа российского бизнеса. К сожалению, он не всегда благоприятен. Конечно, на профессиональном уровне многое решают качество и стоимость, но часто решения принимаются людьми, которым не хватает знаний о России. Это особенно важно, когда речь идет о долгосрочном партнерстве, в этом случае решения принимаются на самом высоком уровне, а топ-менеджер часто представляет себе Россию по газетам да по теленовостям».

Конечно, мафия — не единственное пугало, а лишь самое одиозное. Российский менеджер начинает говорить о том, что мафия — это из кинофильмов, что она где-то есть, но только не в программистском бизнесе, но через несколько фраз съезжает на одну из наболевших тем: о прохождении заказанного оборудования через таможню, о том, как удалось отбиться от военкомата, посягнувшего на молодое программистское дарование, и вдруг замечает, что лицо потенциального заказчика вытягивается.

Индия — Россия, ITOO — TDA

Своеобразным финалом конференции стал круглый стол, собранный обозревателем Службы новостей IDG Йорисом Эверсом. Тема и состав круглого стола явно не были спланированы загодя. Появившись на конференции в последний день, Йорис быстро сориентировался в ситуации и предложил устроить «очную ставку» индийским и российским программистам. Правда, ни один генетический индус в круглом столе не участвовал, да и Льюина русским трудно назвать, однако вопрос стоял именно так: Индия или Россия. Участие в заключительном мероприятии стало своеобразным бонусом для тех, кто выступал с докладом на конференции. Другую сторону представляли Терри Хук от Satyam Computer Services и горячий сторонник аутсорсинга в Индии Джим Воотен, вице-президент голландской компании Ipulsys, работающей с Satyam. Я принимал участие «на стороне» Службы новостей IDG, родственной нашему еженедельнику.

ITOO, хоть и первая европейская конференция по аутсорсингу, но существовала в совсем не пустынном контексте отношений наших ИT-компаний с Европой. Штаб-квартира компании Trustworks, выросшей из Элвис+, находится в Амстердаме, и хотя ее президент Александр Галицкий так и не заглянул на ITOO, некоторые из его высказываний очерчивают проблемы и особенности отечественного аутсорсинга. Trustworks (тогда Элвис+), начинавшая с разработок для Sun Microsystems, теперь не имеет никакого отношения к офшорному программированию. По признанию Галицкого, Trustworks истратила около 20 млн. долл. на разработки и маркетинг, при этом главный его мотив — сфокусированность компании, на все ресурсов не хватит (а надо сказать, что на инвестиционном форуме Томаса Настаса Trustworks фигурировала как пример удачного вложения капитала). В то же время многие отечественные компании сочетают аутсорсинг с продвижением собственных продуктов: например, воронежская «Релэкс» за счет офшорных заработков поддерживает разработки своей СУБД «Линтер». Такая «разбросанность» типична для наших компаний. Иногда она свидетельствует о незрелости менеджмента, но часто у компаний просто нет другого выхода, и в этом заключается своеобразный парадокс: сосредоточить ресурсы на одном направлении удается, только обладая критической массой ресурсов, специфичной для каждого направления деятельности. Пример компании, сознательно ограничивающей себя только услугами аутсорсинга и не продвигающей свои собственные разработки, — та же «Аурига».

Интересно, что активная на рынке аутсорсинга компания «Оптима», отказавшаяся от участия в ITOO, примерно в это же время принимала участие в форуме, проходившем в Брюсселе, в паре часов езды от Амстердама. «Оптима» искала инвестиции под проект на базе своей разработки класса workflow, ничуть не смущаясь собственной «несфокусированности». Все это — контекст таких мероприятий, как ITOO. И контекст этот буквально с каждым месяцем становится все более насыщенным.


Приключения голландского банка в Индии

Банк Fortis Bank первым предпринял попытку освоить офшорное программирование в 1999 году. Опыт работы с индийским партнером оказался весьма успешным. Руководство Fortis, одного из 15 крупнейших финансовых институтов в Европе, пришло к выводу, что аутсорсинг работ непрерывным потоком дает лучшую отдачу, чем отдельные проекты.

Банк Fortis, имеющий две штаб-квартиры — в Утрехте (Голландия) и в Брюсселе, — предложил четкую стратегию, как выбрать партнера и работать с ним. Менеджер проекта Эри Веермен представил ее на конференции ITOO в Амстердаме.

«Прежде всего определите, какие задачи относятся к числу основных, а какие можно передать независимым компаниям. Мы, например, решили, что обслуживание нашего центра данных и программирование стандартных приложений — весьма трудоемкая работа — могут быть переданы для аутсорсинга. Затем определите свои цели и бюджет и поддерживайте тесные контакты с руководством проекта. Аутсорсинг — вовсе не та деятельность, которая осуществляется где-то далеко и совершенно независимо. Он требует тесной интеграции с вашим отделом ИТ», — заявил Веермен.

Второй этап заключается в том, чтобы выбрать компании, которым следует передать свои предложения. Здесь следует придерживаться нескольких критериев. По словам Веермена, самыми важными для Fortis были надежность, рекомендации, технологическое соответствие и стоимость разработки.

«Однако, возможно, самое большое значение имела корпоративная культура. Банки отличаются весьма специфической внутренней культурой. Обратите внимание на то, как потенциальные партнеры владеют языком и насколько хорошо они могут справляться с проблемами», — сказал он.

Выбор партнера, то есть третий этап, требует оценки результатов тех шагов, которые были предприняты на втором этапе.

«Самым важным для нас были корпоративная культура и надежность, в частности, то, как давно работает компания. Поддержка технологий стояла на третьем месте, поскольку всему этому можно научить. Мы буквально за пару месяцев обучили группу программированию на Java», — отметил Веермен.

Чтобы получить представление о том, как работает партнер, к индийской компании обратились с просьбой предоставить подтверждение своих возможностей. Эта роль отводилась разработке архивной системе Archive Management System (AMS), которая должна была систематизировать работу с документами Fortis, стоящими на стеллажах общей длиной ни много ни мало 30 км. То, что сотрудничество началось с небольшого проекта, тоже помогло переубедить противников аутсорсинга, имевшихся в компании. «Начните работу с проекта, который не имеет стратегического значения и не отличается большой сложностью, чтобы не потерпеть неудачу с самого начала», — советует Веермен.

Чтобы увеличить шансы на успех, Fortis предоставила своему партнеру большое количество рабочей информации, и Веермен советует другим организациям, планирующим прибегнуть к аутсорсингу, поступать точно так же.

«Убедитесь в наличии четких спецификаций проекта и предоставьте стандарты на программирование и разработку сразу, как только начат проект. Укажите ваши критерии тестирования и регулярно проводите экспертизу промежуточных продуктов. У нас в Индии работал менеджер проекта, с которым мы поддерживали тесный контакт», — пояснил Веермен.

Недавно Fortis начал использование второй версии AMS. Около 20 человек ежедневно работают с приложением, которое было написано на языке Java и основано на СУБД Oracle.

По мнению Веермена, хотя пришлось преодолеть некоторые трудности, в целом это сотрудничество можно назвать успешным: «Мы очень довольны качеством, но при этом бюджет проекта оказался несколько превышен. Кроме того, из-за большого расстояния контролировать производительность сложнее, чем отслеживать прогресс проекта, реализуемого в вашей собственной компании».

Йорис Эверс


Россия готова потеснить Индию

Алексей Сухарев: «Россия в состоянии предложить услуги огромных коллективов и может конкурировать на равных»

Аутсорсинг за границей? Отправляйтесь в Индию! Так было до сих пор, но теперь Россия стоит на пороге и требует свой кусок многомиллионного пирога. Между двумя странами растет конкуренция, хотя в России и признают, что Индия, имея более чем 20-летний опыт в подобной деятельности и большую поддержку со стороны правительства, имеет значительную фору в этой гонке.

Индия и Россия не испытывают недостатка в ИТ-специалистах. В обеих странах есть те, кто способен разрабатывать, поддерживать и обслуживать все необходимые программные приложения. Поскольку уровень заработной платы в этих странах довольно низок, они могут выполнять такую работу за меньшие деньги, чем в США или Западной Европе. Большие затраты традиционно были одной из основных причин, побуждавших компании обращаться к услугам аутсорсинга. Американские компании в 2000 году затратили на офшорное программирование 5,5 млрд. долл. Согласно прогнозам International Data Corp., к 2005 году этот показатель вырастет до 17,8 млрд. долл.

«Конечно, индийские компании — наши конкуренты. Некоторые деловые предложения направлены индийским компаниям и моей фирме. Однако Индия намного опережает нас, и мы пытаемся понять, как им это удалось. Я в восхищении от того, что удалось сделать Индии», — заявил Алексей Сухарев, президент компании «Аурига», занимающейся разработкой программного обеспечения. Офисы этой компании находятся в США и в Москве, и в них работают 60 и 110 человек соответственно.

Рон Льюин, председатель комитета по информационным технологиям и телекоммуникациям Американской торговой палаты в Москве, заметил, что каждая из двух стран имеет свои преимущества.

«Россия и Индия предлагают различные виды услуг по разработке программного обеспечения. В Индии лучше делать проекты, которые требуют программирования большим числом людей, а Россия — прекрасный выбор в тех случаях, когда вам нужна небольшая группа специалистов, обладающая превосходными навыками логического мышления, необходимыми для исследований или при разработке», — заметил он.

И Сухарев, и Льюин выступили на конференции ITOO в Амстердаме. По моей просьбе они вместе с Терри Хуком, директором по продажам в Европе индийской компании Satyam Computer Services, и Джимом Воотеном, исполнительным вице-президентом компании Ipulsys, являющейся одним из заказчиков Satyam, приняли участие в импровизированном круглом столе. В Satyam, которая предлагает широкий диапазон услуг, работает более 9 тыс. ИТ-специалистов.

«Люди, которые сейчас работают в России программистами, — это те самые инженеры, физики и математики, которые прежде создавали космические станции, системы спутниковой связи и атомные системы. А за плечами индийских программистов, как правило, школа программирования», — сказал Льюин.

С мнением Левина согласен и Хук.

«Россия, безусловно, имеет техническое превосходство в отдельных областях. Хотя существуют индийские компании, способные конкурировать в этом с россиянами. Индия настолько большая страна, и ее рынок настолько широк, что ведущие компании способны на равных соперничать с международными корпорациями, такими как Cap Gemini Ernst & Young и Electronic Data Systems. ?Внизу? в конкуренцию вовлечены буквально все на уровне отдельных специалистов. В некоторых секторах индийского рынка работают группы по 500 программистов, которые как блины ?выпекают? программы на Си и Java», — уверен Хук.

Сухарев не разделяет эту точку зрения, считая, что Россия может предложить то же, что и Индия: «Я не согласен с тем, что Россия способна работать только над узкоспециализированными научными проектами. Россия в состоянии предложить услуги огромных коллективов и может конкурировать на равных».

Как заметил Воотен, компании, желающие воспользоваться офшорным программированием, не обращают особого внимания на то, где именно находится перспективный партнер, хотя это, без сомнения, имеет значение.

«Мне кажется, что нельзя говорить о конкуренции на уровне стран. Конкуренция идет на уровне компаний. Однако при определении уравнения риска следует учитывать культуру и местонахождение компании. Работа в ряде стран, предлагающих услуги аутсорсинга, заставила бы меня нервничать из-за определенного политического риска. Это относится и к России, но ситуация в ней улучшается. В равной степени возникают опасения и насчет Индии, причем здесь как раз ситуация становятся хуже, поскольку отношения между Индией и Пакистаном не выглядят безоблачными», — заметил Воотен.

Объясняя, почему он не выбрал российского исполнителя, Воотен сказал, что просто ничего о них не знал, заметив, что российские фирмы плохо себя рекламируют. По его словам, если бы ему было известно о таких компаниях, у них был бы достаточно большой шанс получить контракт.

«Мы посылаем предложения компаниям, названия которых мы знаем. После уровня технической подготовки и риска следующая область, которая действительно имеет очень большое значение, — это опыт работы с конкретными приложениями, а также некоторые аспекты бизнеса. Это намного важнее для меня, чем страна, в которой работает компания, или даже срок пребывания ее на рынке, — подчеркнул Воотен. — Беда в том, что практически ни одна новая компания не может предъявить список своих прежних достижений. Я всегда требую рекомендации, прежде чем предложить крупный контракт на аутсорсинг».

Еще одно различие между Индией и Россией, по словам Сухарева, заключается в том, что правительство Индии оказывает большую поддержку компаниям, работающим в области ИТ, и России следовало бы последовать этому примеру.

«Правительство Индии всегда было сторонником ?экспорта мозгов?. Индийцы начали иммигрировать в США в 50-е годы и сейчас занимают серьезные посты как на среднем, так и на высшем уровне руководства многих компаний, что позволяет им отдавать предпочтение ведению бизнеса в Индии. К сожалению, российское правительство стремится предотвратить ?утечку мозгов?», — заключил Сухарев.

Хук с этим также согласен: «Сейчас очень многие из тех, кто отвечает за принятие решений, в частности, директора информационных служб крупных корпораций, — выходцы из Индии». По мнению Льюина, компании, которые отдали предпочтение России, сделали это, как правило, исключительно по воле эмоций, поскольку они сами русские и их друзья проживают в этой стране. Иногда определяющее значение приобретают специфические требования.

Как заметил Сухарев, субсидируемая государством телекоммуникационная инфраструктура и сильное лобби в лице таких организаций, как NASSCOM (национальная ассоциация компаний, предлагающих программное обеспечение и ИТ-услуги), — еще одно преимущество Индии.

В пользу этой страны говорит также свободный импорт оборудования в Индию, в то время как в России действует масса ограничений.

«Существуют очень строгие правила на импорт и экспорт технологии шифрования. В силу этого очень сложно импортировать как для временного, так и для постоянного использования программы или оборудование, созданные на основе иностранных технологий», — заметил Сухарев.

Продолжая перечислять преимущества индийских компаний, Сухарев отметил отсутствие языкового барьера: «Индийцы владеют английским языком. А мы не можем найти менеджеров проектов, свободно владеющих английским. Впрочем, у разработчиков в этом смысле все прекрасно, они могут посылать любые сообщения по электронной почте, что самое важное».

В Индии люди, работающие в центрах телефонного обслуживания международных компаний, таких как Citibank и American Express, учатся говорить по-английски с особым акцентом — например, британским или южным. Они предлагают сводку погоды в тех регионах мира, где они работают, и успевают следить за событиями, новостями и даже мыльными операми.

«Оператор в Индии может говорить с клиентом из Великобритании, к примеру, о том, что показывают по телевизору», — заметил Хук.

«Научить русского говорить, как американец или англичанин, неизмеримо сложнее, — согласен с ним Льюин. — Развертывать подобные центры телефонного обслуживания в России — дело нереальное».

Россия привлекла внимание крупных корпораций, таких как Motorola, Intel, Boeing и других, а также множества других компаний, создающих центры компетенции. Большинство таких центров появилось в последние три-пять лет, а их обороты ежегодно увеличиваются в полтора-два раза. Однако российские представительства, как правило, входят в состав международной сети.

«Мои коллеги в крупных компаниях говорили мне, что им хотелось бы иметь не одного партнера по офшорному программированию, а как минимум два. Они должны находиться в различных регионах мира, чтобы распределить риск», — заметил Воотен.

«Рынок аутсорсинга по-прежнему закрыт для небольших, насчитывающих не более 100 человек компаний. Крупные корпорации отдают предпочтение Индии. Компании среднего размера представления не имеют об аутсорсинге, в лучшем случае они о нем слышали. В этой ситуации повезет тому, кто будет первым», — со своей стороны уверен Сухарев.

Йорис Эверс


Знать Россию

Брук Хоровицпредставитель поколения предпринимателей, начинающих свой бизнес в расчете на то, что услуги и продукты российской ИТ-отрасли найдут спрос на Западе. Такие компании невелики и о миллионных инвестициях речи пока не ведут, однако имеют шанс сыграть заметную роль на данном этапе отечественного офшорного программирования, не поднявшегося пока до по-настоящему индустриальных масштабов. Хоровиц в этом деле человек неслучайный. В начале 90-х он работал в корпоративном отделении General Electric в Москве, потом два года в Венгрии, а в 1995 году возглавил GE Lighting в России, где, помимо прочего, вел большой и интересный проект по освещению центра Москвы энергосберегающими источниками света. Он прекрасно говорит по-русски, русскую культуру начал изучать еще в Англии.

Почему вы решили начать бизнес с Россией?

По собственному опыту я хорошо знаю, что в России есть хорошие товары, услуги и много компетентных специалистов. Однако хотя внутренний менеджмент компаний может быть очень хорошо организован, им часто не хватает возможности развивать и поддерживать прочные и продолжительные контакты с западными партнерами, да и маркетинг тоже не самая сильная их сторона. Компания, которую я создаю, как раз и поможет именно с маркетингом и продажей российских услуг в Западной Европе.

Одна из моих задач — помочь российским компаниям понять требования заказчика; надеюсь, благодаря этому и на Западе изменятся взгляды на возможности российской ИТ-отрасли. Как только потенциальный заказчик увидит, что поставщик ИT-услуг действительно способен помочь увеличить прибыльность его бизнеса, он уже станет не потенциальным, а реальным: дело пойдет.

В каких странах вы будете работать?

В странах Западной Европы. Я сам англичанин и моя база находится в Лондоне, самом большом в Европе центре по использованию офшорного программирования. Последние годы я занимаюсь сбытом в Западной Европе, знаю несколько европейских языков, у меня там много контактов. Это поможет развивать сбыт во всех европейских странах.

Помогла ли выставка в определении места российских информационных технологий на мировом рынке?

Для меня эта выставка очень интересна: здесь предлагается немало российских ИT-услуг, которые имеют хорошие перспективы на Западе. Сейчас индийский вариант более популярен, но ниша для россиян безусловно есть. Думаю, они будут успешно конкурировать там, где требуются творчество, воображение и оригинальные решения.

На Ваш взгляд, имеют ли шансы готовые программные продукты?

Я думаю, у них есть шансы, но надо рассматривать каждый случай в отдельности. Это очень специфический рынок.

С какими фирмами Вы будете работать?

Я буду работать сначала с небольшим числом фирм; называть их рано. Сейчас веду переговоры с несколькими, буду концентрироваться на самых перспективных.

Что вы думаете о перспективах западных инвестиций?

Интерес к инвестициям в Россию поднимается, но они зависят не только от сегодняшней и будущей прибыльности самих фирм, но и от экономической стабильности и благоприятных условий для бизнеса. Мне кажется, в этом отношении в России за последний год достигнут большой прогресс. Как только инвесторы начнут возвращаться в ИТ-сектор после недавнего кризиса (наверное, это произойдет не раньше следующего года), ведущие российские компании, и особенно те, которые приобрели удачный опыт в офшорном программировании, безусловно, будут иметь шанс привлечь их внимание.


Россия ждет инвестиций

Представители российского правительства утверждают, что стремятся улучшить инвестиционный и правовой климат, чтобы привлечь в страну капитал небольших и средних иностранных предприятий. Россия получила инвестиции ряда международных корпораций, но было бы крайне желательно, чтобы этому примеру последовали и более мелкие фирмы.

По мнению Сергея Баева, директора департамента инвестиционной политики российского Министерства экономического развития и торговли, высказанного в интервью во время Европейского экономического саммита в Зальцбурге, самый безопасный для международных корпораций способ инвестировать в бывшие страны Советского Союза — создавать дочерние компании.

«Но сейчас мы к этому не стремимся. Не хотелось бы, чтобы 150 крупнейших заводов принадлежали международным корпорациям. Это не способствует созданию местного финансового рынка и укреплению конкуренции. Мы заинтересованы в небольших и средних компаниях», — заметил он.

Среди корпораций, создавших совместные предприятия в России, — Motorola и Boeing.

«Крупные предприятия с самого начала получают хорошую политическую поддержку. Сейчас, я должен признать, выживают только крупные компании. Однако мы не хотим иметь правовую систему, ориентированную только на крупные компании и препятствующую развитию небольших предприятий», — сказал Баев.

Правительство заявляет о своем стремлении помочь развитию отрасли информационных технологий. Компании могут рассчитывать на помощь из бюджета и финансирование другого рода, а также на снижение налогов.

«Необходимы стабильные налоги, эффективная система введения в действие новых законов и структура затрат, а также защита интеллектуальной собственности и понятные финансовые рынки с высоким уровнем конкуренции», — подчеркнул Баев.

Квалификация российских разработчиков программного обеспечения соответствуют самым строгим требованиям, предъявляемым в других странах. Однако очень трудно импортировать, как для постоянного, так и временного использования, любое программное и аппаратное обеспечение, созданное на основе иностранных технологий.

Баев согласился, что «хотя правила меняются, фактическое введение их в действие сильно запаздывает».

«Мы поменяли руководство таможни, но это оказалось очень сложно. Сейчас мы меняем не листок бумаги, на котором прописан закон, а людей, политику и процедуры», — заметил он, добавив, что привести все в порядок удастся только через несколько лет.

Чтобы обеспечить свое будущее, российские ИТ-компании должны стремиться к тесной интеграции в бизнес международной корпорации.

Этого, по словам Баева, к примеру, можно достичь, подписав долговременные контракты на поддержку и адаптацию программного обеспечения.

Джо Шоендорф, партнер венчурной фирмы Accel Partners, заявил о своем нежелании пока работать в России. Accel, офисы которой находятся в Калифорнии и в Лондоне, недавно подписала договор, предусматривающий инвестиции в размере 500 млн. долл. в развивающиеся европейские фирмы, работающие в области ИТ.

«В России отсутствует ликвидность компаний, а нам необходима возможность вывести инвестируемую компанию на фондовый рынок», — заявил Шоендорф, выступая на семинаре в рамках Экономического саммита.

Йорис Эверс

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями