Ринат Гимранов, начальник управления ИТ ОАО «Сургутнефтегаз», — об устранении задержек в процессе управления

Идея построить «предприятие реального времени», в котором были бы минимизированы все задержки в управлении, уже давно овладела Ринатом Гимрановым, начальником управления ИТ компании «Сургутнефтегаз», и его коллегами. Сейчас Гимранов думает над усовершенствованным вариантом «предприятия реального времени», где задержки сведены практически к нулю. Такие возможности открылись перед бизнесом совсем недавно благодаря появлению нового поколения СУБД, основанных на обработке данных в оперативной памяти. В беседе с нами Гимранов аргументирует свою позицию в отношении «предприятия реального времени» и рассуждает о том, какие изменения в технологиях и бизнесе может повлечь переход на новые платформы СУБД.

Ринат Гимранов, начальник управления ИТ ОАО «Сургутнефтегаз»
Ринат Гимранов
Возраст: 44 года
Образование: Новосибирский электротехнический институт, специальность «ЭВМ»; Московский государственный институт международных отношений МИД России (МГИМО); диплом MBA «Международный нефтегазовый бизнес»)
Послужной список последних лет:1989 – настоящее время
«Сургутнефтегаз», с 1998 года — начальник управления ИТ

Какой смысл вы вкладываете в понятие «предприятие реального времени»?

В октябре 2002 года аналитики Gartner в своем исследовании дали этому термину такое определение: «Real Time Enterprise (RTE) — это предприятие, которое развивается, используя актуальную информацию, и последовательно устраняет задержки в управлении и исполнении критически важных бизнес-процессов». Эксперты Gartner также отметили, что абсолютно все задержки устранить не удастся. А значит, предприятия всегда будут оставаться в какой-то мере неэффективными в своей скорости реакции. Оптимальным поэтому следует считать устранение задержек с наименьшими затратами.

Интересно, что концепцию RTE первыми подхватили поставщики компьютерного оборудования. Например, компания HP выступила с идеей о том, что конвергенция технологий для работы с данными позволит ускорить процессы их обработки и тем самым снизить время реакции предприятий на текущую ситуацию. Идея хорошая, но, чтобы реализовать ее в полной мере, требовались новые программные технологии, а их на тот момент не было. Они появились позже, в последние несколько лет — прежде всего я имею в виду технологии обработки данных в оперативной памяти.

На мой взгляд, эти технологические новшества меняют парадигму RTE, давая возможность полностью устранить задержки в управлении и исполнении критически важных бизнес-процессов. Таким образом, мы приходим к концепции RTE 2.0. Сейчас это, скорее, некий концепт, который предстоит детально прорисовывать. Сегодня он существует только как технологическая возможность, готовых решений практически нет, и в этом замечательная особенность нашего времени — мы будем свидетелями появления революционно новых систем.

Так ли уж нужно полностью устранять задержки в управлении?

Представьте себя за рулем автомобиля, в котором вместо лобового стекла и зеркал заднего вида стоят мониторы, отображающие дорожную ситуацию. Вас устроит вид на дорогу суточной давности? А часовой? А минутной? Нет. Чтобы управлять автомобилем, вам надо видеть то, что происходит в настоящий момент.

ИТ-специалисты приучили бизнес к мысли о том, что система не может дать им сразу всю информацию, которую они хотят иметь. Бизнес привык, что на его мониторах представлена картина вчерашнего дня. Чтобы представить текущую, актуальную картину бизнеса, основываясь на традиционных технологиях и ИТ-архитектурах, потребуются очень большие инвестиции и усилия ИТ-специалистов. Системы с обработкой данных в оперативной памяти обойдутся в разы дешевле и окажутся гораздо менее сложными.

Есть ли реальные экономические предпосылки к тому, чтобы предприятие, в котором отсутствуют задержки в управлении, было востребовано бизнесом уже сегодня?

Думаю, все зависит от особенностей конкретного предприятия, от менталитета руководителей. Сегодня бизнес не может почувствовать необходимости в RTE 2.0 просто потому, что это понятие еще не обрело осязаемых черт. RTE 2.0 пока нельзя приобрести и развернуть на предприятии.

Многие мои коллеги из других компаний жалуются на то, что не могут уговорить руководство инвестировать в системы с обработкой данных в оперативной памяти. Считаю, что это проблема не технологии как таковой, а тех ИТ-руководителей, которые не могут объяснить топ-менеджерам, какую пользу они, их подразделения и компания в целом могут получить благодаря конкретной инновации. Именно ИТ-руководители должны выбрать и предложить бизнесу идеи не очень дорогих, не слишком рискованных, быстро реализуемых проектов по внедрению данной инновации — проектов, способных дать ощутимый эффект.

Инновационные возможности надо показывать на живом примере. Именно так мы и поступили в нашей компании, чтобы показать бизнесу возможности SAP HANA. Мы не инвестировали «живые» деньги предприятия, а попросили коллег из HP и Inline Group, а также IBM привезти и установить у нас серверное оборудование для тестирования HANA. Кроме того, мы попросили SAP допустить нас к процессам разработки приложений. Когда новый комплекс заработал, мы представили его возможности бизнесу: отчет, который формировался 40–45 мин., теперь готовится за 3–5 сек., к тому же в нем фигурируют данные не за вчерашний день, а те, что есть прямо сейчас. Больше нам уговаривать бизнес не понадобилось.

Новая парадигма корпоративных вычислений

В 2007 году группа экспертов, стоявших у истоков создания реляционных СУБД, опубликовала работу «Конец архитектурной эпохи, или Наступило время полностью переписывать СУБД» («The End of an Architectural Era. It’s Time for a Complete Rewrite»), в ней отмечалось, что задачи, которые ставятся сегодня перед информационными системами в части обработки потоковых данных, обслуживания Интернета, бизнес-аналитики и систем принятия решений, не могут быть решены на основе реляционной архитектуры СУБД. По мнению этих экспертов, настало время перейти к другим архитектурам СУБД, полностью их переписав. Чтобы такие изменения произошли, понадобится 15 лет.

В 2009 году Хассо Платтнер представил доклад «Общий подход к поколоночным базам данных, резидентным в оперативной памяти, с позиций OLTP и OLAP» («A Common Database Approach for OLTP and OLAP Using an In-Memory Column Database»), а спустя еще немного времени была анонсирована платформа SAP HANA, основанная на этих идеях. Уникальность технологии обработки данных в оперативной памяти в том, что она не просто новая — она радикально изменяет методику построения бизнес-систем, открывая путь к построению предприятия реального времени с нулевыми издержками — следующему шагу в развитии идеи Real Time Enterprise (RTE), предложенной десять с лишним лет назад аналитиками Gartner.

Эту новую парадигму построения информационных систем для бизнеса (назовем ее RTE 2.0) можно рассмотреть с нескольких точек зрения. Первая — аналитика. Системы с обработкой данных в оперативной памяти умеют делать все то же, что и традиционные аналитические системы, но в тысячу и в десять тысяч раз быстрее, к тому же делают эти вычисления проще. В обычной реляционной СУБД мы имеем дело с совокупностью таблиц, очень сложно между собой взаимоувязанных и специально спроектированных так, чтобы быстро выполнять сложные аналитические запросы. При этом приходится жертвовать деталями: чтобы получить всю детальную информацию, запрос окажется «тяжелым» и будет долго выполняться. Чтобы получить быстрое выполнение запроса, необходима серьезная предварительная подготовка: нужно строить сложные модели данных, предусмотреть процедуры предобработки (ETL) и пр. Системы с обработкой данных в оперативной памяти дают возможность брать «сырые» таблицы, не тратя время и ресурсы на их подготовку, и выполнять очень сложные аналитические запросы в сотни и тысячи раз быстрее реляционных СУБД.

Что также важно, в системах с обработкой данных в оперативной памяти можно легко определить изменения, которые произошли в базе данных за нужный промежуток времени. Современные хранилища данных не умеют оперативно извлекать изменения из транзакционных баз данных — соответствующие процедуры актуализируют данные раз в день, в лучшем случае — раз в час, но никак не в реальном времени. Возможность работать именно с теми данными, которые есть сейчас в транзакционной системе, — еще одно революционно новое качество систем с оперативной обработкой памяти.

Теперь представьте: если транзакционные данные сразу подхватываются в аналитическую обработку (а именно так происходит при использовании систем с обработкой данных в оперативной памяти), то разница между транзакционными и аналитическими базами данных исчезает, следовательно, не нужны хранилища данных — а владение ими, как известно, стоит больших денег. Данные не дублируются, не пересылаются в другое хранилище, не обрабатываются дополнительно — все это означает кардинальное изменение ИТ-ландшафта. Даже если просто внедрить «как есть» СУБД вроде HANA, уже исчезает слой процедур ETL, выполняющих их инструментов, а также задержек, связанных с их работой. Если откажемся от хранилища данных, то ИТ-инфраструктура значительно упростится.

Поскольку запросы при использовании систем с обработкой данных в оперативной памяти выполняются в тысячу раз быстрее, то нагрузка на оборудование радикально меняется, требуется в несколько раз меньше процессорной мощности. Следовательно, можно в несколько раз уменьшить затраты на инфраструктуру.

Возьмем обработку событий. В сегодняшних системах данные о событии надо сначала записать на какой-то носитель, затем извлечь их и только после этого обработать. Таким образом, в архитектуру решения изначально заложены задержки. Используя систему с обработкой данных в оперативной памяти, можно обработать событие сразу, «на лету», и уже после обработки сохранить его, если нужно. Данные о незначительных событиях можно не хранить. Таким образом, можно получить управление потоком событий с реагированием на них в реальном времени — это отправная точка для создания принципиально новых систем поддержки принятия решений. Вероятно, мы даже не представляем себе, какими они будут.

Кардинально изменятся и системы, требующие сложной обработки данных. Как выглядит популярная сегодня трехуровневая клиент-серверная архитектура? Базы данных располагаются на диске, и все процессорные мощности тратятся на то, чтобы правильно с этими данными работать. Для этого выделяется особый сервер — сервер баз данных, а для реализации прикладных функций — сервер приложений, в нем имеются свои процедуры управления, загрузки функций, их выполнения, предоставления результатов. Все это оборачивается новыми задержками времени реакции, неудобством, дополнительными расходами, в том числе на программирование и инфраструктуру. Технологии обработки данных в оперативной памяти в корне меняют картину: в памяти, которая размещается на одной плате с процессором, находятся не только данные, но и процедуры их обработки. А это совершенно иная архитектура информационной системы — она способна обеспечить качественно другую скорость реакции системы на ситуацию! При этом, повторюсь, мы существенно снижаем и затраты на систему, и уровень ее сложности.

Считаю, что уже в ближайшие десять лет мир ИТ благодаря системам с обработкой данных в оперативной памяти очень сильно изменится. Особую роль, на мой взгляд, сыграет синергия инноваций: системы с обработкой данных в оперативной памяти, облака, мобильные вычисления, социальные сетии подключение к Интернету всевозможных систем и устройств будут образовывать причудливые сочетания и переплетения, позволяя добиться прорыва в самых разных направлениях развития ИТ. И я больше чем уверен, что благодаря синергии перечисленных технологий появятся принципиально новые бизнес-модели, которые станут основой для массового перехода к RTE 2.0.

Ринат Гимранов, начальник управления ИТ компании «Сургутнефтегаз»

В чем может состоять польза для бизнеса от реализации идеи предприятия без задержек в управлении?

Эта польза может лежать в одной из нескольких плоскостей и зависит от целей. В самом общем виде эта польза, как часто бывает, выражается в деньгах вследствие увеличения прибыли или снижения расходов. Представим более конкретные ситуации. Если мы сможем «на лету» учитывать остатки на складах, планы производства, особенности производства, текущего местонахождения единиц транспорта и пр., то сможем наконец-то работать «с колес», это выгодно. Или если есть возможность точно управлять своим финансовым потоком, планировать и анализировать на данных реального времени, то, наверное, мы сможем более аккуратно управлять своими финансами и минимизировать наличие свободных средств на наших счетах.

С чего можно было бы начать построение или хотя бы подготовку к реализации принципов предприятия без задержек?

Полагаю, что начинать следует не только с пилотного внедрения конкретных новинок, но и с академических исследований в области построения новых ИТ-архитектур, инфраструктурных решений, моделей данных, процедур их обработки. Наибольший выигрыш получат те, кто изменит свою ментальность и начнет работать не как раньше, а кардинально иначе. Можно применять системы на базе обработки данных в оперативной памяти, используя старые подходы, но это будет неэффективно — задержки устранить не удастся.

Что очень важно, не потребуется полностью отказаться от существующих технологий, прежде чем внедрить новые. Можно для начала обозначить точку роста и развития новых технологий и постепенно наращивать связанную с ними функциональность, шаг за шагом выводя из эксплуатации прежнюю. Таким образом, это инновация эволюционная, не разрушающая все «до основанья».

Придется ли менять бизнес-процессы, чтобы получить серьезный эффект от внедрения систем с обработкой данных в оперативной памяти?

Обязательно! Потребуются совсем другие бизнес-процессы. Без их изменения устранить задержки не получится.

Могу предположить, что предприятие без задержек предъявит качественно иные требования к менеджерам — им придется работать заметно быстрее. Готовы ли они к этому?

Полностью согласен — менеджменту меняться придется. Не исключаю, что изменятся базовые принципы управления компаниями. И не только за счет сокращения административных расходов. Например, вполне возможно, что некоторые менеджеры среднего уровня окажутся не у дел, поскольку их деятельность порождает дополнительные задержки. Впрочем, не исключаю, что система принятия решений в рамках RTE 2.0, если она правильно построена, не заставит менеджеров крутиться все быстрее и быстрее, подобно белке в колесе, а напротив — сфокусирует их внимание и силы на действительно нужных в данный момент вещах. Особая ответственность при этом ляжет на тех менеджеров и консультантов, которые будут выстраивать бизнес-модель компании и ее бизнес-процессы, — от качества их работы напрямую зависит успех менеджеров-исполнителей, которые отвечают за операционную деятельность на тех или иных участках.

Приведет ли переход к нулевым задержкам в управлении к увеличению доли менеджерских решений, принимаемых автоматически информационными системами без участия руководителей, например, среднего звена?

Почему бы и нет? В каких-то компаниях наверняка именно так и произойдет. А в каких-то этот переход приведет к тому, что менеджеры среднего звена будут тратить меньше времени на поиск информации, на сравнительный анализ вариантов будущих решений, оценку их последствий, на согласование решений и пр. В этих аспектах деятельность менеджеров может измениться очень сильно.

Вероятно, чтобы перейти к нулевым задержкам в управлении, предприятию придется изменить не только себя, но и, с одной стороны, контрагентов, а с другой — свои инсорсинговые дочерние компании, выполняющие вспомогательные функции, не так ли?

Любая стратегия реинжиниринга бизнеса предполагает фазу развертывания. Думаю, классический подход к реинжинирингу подойдет и здесь, поскольку эти инновации не требуют немедленных революционных изменений.

Впрочем, как я уже сказал, даже если какое-то предприятие захочет прямо сегодня перейти к RTE 2.0, то не сможет, потому что готовых бизнес-решений для перехода к этой методике и ее реализации еще не существует. На повестке дня — начать работать в этом направлении. Полагаю, за пять-десять лет сможем создать решения для настоящего предприятия реального времени. Но для этого понадобятся усилия.

Могу предположить, что при переходе к предприятию реального времени придется изменить не только скорость принятия решений, но и их качество. Насколько это реально?

Считаю, что гораздо важнее изменить качество принимаемых решений, чем их скорость. Почему я говорю о создании нового класса систем поддержки принятия решений? Потому что сегодня у нас есть отдельные, почти никак не связанные классы систем, помогающих принимать решения: экспертные системы, аналитические, системы для обработки событий и пр. Технологии обработки данных в оперативной памяти помогут собрать их воедино и получить систему, которая дает возможность принимать обоснованные решения, проверенные на различных вариантах развития событий и разных сценариях реагирования на эти события, и тут есть возможность обеспечить принятие решений значительно более высокого качества. Очевидно, что этого не удастся достичь, если оперировать недостоверными или неактуальными данными.

Потребуются ли изменения в ИТ-процессах?

Ну конечно потребуются. Если ИТ-архитектура меняется, то, естественно, ее и сопровождать нужно не так, как прежде, и разрабатывать совсем по-другому. Предполагаю, что изменятся и ИТ-процессы программной разработки ИТ-систем.

Как изменится роль ИТ-руководителя при переходе к нулевым издержкам в управлении? Куда сместятся основные области его активности?

Если предприятие — активный инноватор, то его ИТ-руководитель должен быть человеком нового времени, готовым принимать свежие идеи и проверять их на практике. Если предприятие предпочитает следовать за основной массой пользователей, то роль ИТ-руководителя, скорее всего, мало изменится.

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями

Купить номер с этой статьей в PDF