За последние десятилетия использование компьютеров стало элементом современной музейной культуры, не говоря уже об удобстве, которые ИТ привносят в рабочий музейный процесс

«Нам необходимо автоматизировать учет музейных предметов, чтобы в любой момент точно знать, что, где и в каком состоянии у нас хранится»,  Сергей Хрусталев, заместитель генерального директора Государственной Третьяковской галереи по информационным вопросамСергей Хрусталев

Возраст: 40 лет
Образование:
Харьковское высшее военное командно-инженерное училище ракетных войск им. маршала Н.И. Крылова, радиоинженер
Военная Академия им. Петра Великого, инженер-экономист
Институт повышения квалификации Российской экономической академии им. Г.В. Плеханова, экономист
Послужной список последних лет:
2006 — по настоящее время
Федеральное государственное учреждение культуры «Всероссийское музейное объединение “Государственная Третьяковская галерея”», заместитель генерального директора по информационным технологиям
2004 — 2006
ГУП «Главный информационно- вычислительный центр» Министерства культуры Российской Федерации, заместитель генерального директора по производству
2002 — 2004
Отдел персонала при руководстве ФГУП «Главный информационно вычислительный центр» Министерства культуры РФ, научный консультант
2002
4 ЦНИИ МО, старший научный сотрудник

Это кажется почти невероятным, но это факт: задача получения качественных изображений произведений искусств, хранящихся в собраниях Государственной Третьяковской галереи, появилась задолго до рождения информационных технологий. В архиве галереи сохранился документ, свидетельствующий о том, что еще в 1916 году на «соединенном совещании» Совета галереи с представителями городских властей Москвы был поднят вопрос о выделении средств для создания собственной фотографической мастерской для, как тогда говорили, «дактилоскопии музейных предметов» — их качественного фотографирования с целью дальнейшей идентификации произведений искусств, их популяризации и использования механизма защиты от подделок. За минувшие без малого сто лет поставленные задачи сохранили свою актуальность.

Первые попытки использования информационных технологий в Третьяковке были предприняты около 20 лет назад в ходе глобальной реконструкции галереи. С тех пор революционным образом изменились технологии, но задачи, которые стояли тогда перед информационными системами, только расширились.

«Нам необходимо автоматизировать учет музейных предметов, чтобы в любой момент точно знать, что, где и в каком состоянии у нас хранится, — рассказывает заместитель генерального директора Государственной Третьяковской галереи по информационным вопросам Сергей Хрусталев. — Не секрет, что с электронными документами работать гораздо удобнее, чем с бумажными. Как и в любом другом музее, в Третьяковке к работе с оригиналами документов допускаются только сотрудники, да и то не все». Благодаря автоматизированной учетной системе у всех желающих появляется возможность получать доступ к информации, в том числе и к изображениям произведений искусства, хранящихся в Третьяковской галерее.

Банк высококачественных электронных копий подразумевает и создание страхового фонда. Многие произведения искусства прожили уже долгую жизнь, а материалы, на которых они написаны, и краски со временем теряют свой первозданный вид, цвет и фактуру. Будет нелишне оставить следующим поколениям информацию о сегодняшнем виде произведения и характере ранее проводившихся реставрационных работ.

Не стоит забывать и о культурно-просветительских и социальных задачах, связанных с популяризацией искусства, которые стоят перед любым музеем. В мировых музейных хранилищах собрано огромное количество знаний, но, по оценкам самих музейных работников, в среднем в год экспонируют не более 13—14% из того, что хранится в запасниках. Со временем экспозиция меняется, но не вся. Какую-то часть музейных фондов никто, кроме допущенных к ним специалистов, практически никогда не видит.

«Делая высококачественные цифровые копии, мы получаем возможность изготовить высококачественную печатную продукцию — постеры, плакаты, — а также размещать информацию в Internet. Кроме того, передача прав на публикацию изображений из собрания галереи и самих изображений — это еще и дополнительный источник доходов для Третьяковки», — поясняет Хрусталев.

Возможность представить публике изображения экспонатов полезна и во время проведения выставок. В экспозицию каждой выставки всегда хочется включить документы, фотографии, письма, рукописи, но давать их листать посетителям, как правило, нельзя, а пользы от этих документов под стеклом немного. Благодаря средствам современной проекционной техники можно не только увидеть, как внешне выглядят документы, но и детально познакомиться с их содержанием.

Разнообразие технологий

Для получения изображения трехмерных объектов без фотосъемки не обойтись, и результат в большой степени зависит от таланта и мастерства фотографа. Качество съемки живописи и графики зависит от соблюдения технологий сканирования. Кроме того, сканирование — процедура более щадящая по отношению с самому объекту.

Дело в том, что при фотосъемке приходится специально выставлять направляемый на объект свет, и его яркость может достигать 20 тыс. люкс. Для многих объектов, особенно графики, это просто неприемлемо, так как пагубно влияет на бумагу и акварельные краски — под воздействием света они теряют свою цветопередачу. Именно из соображений сохранности экспозиция произведений графики меняется каждые три-четыре месяца и возвращается в запасники на хранение.

«Сейчас для оцифровки живописи и графики мы используем сканеры со встроенным холодным светом. В их спектре излучения отсутствуют ультрафиолетовые и инфракрасные лучи, поэтому не происходит нагревания и выгорания объекта съемки, а общий уровень освещенности не превышает 400—2000 люкс. К тому же этот процесс более технологичен — не требуется предварительное выставление света, и засветка объекта длится не более двух минут, тогда как при фотосъемке засветка продолжается 10—15 минут, а то и больше», — поясняет Хрусталев.

При оцифровке живописи в галерее применяются два типа технологий, и выбор зависит в первую очередь от размера произведения, а также материалов и техники, с использованием которых оно было создано. «Для сканирования картин размером до формата А0 (то есть примерно до 1,2 м) мы используем сканер французского производства I2S, который обеспечивает бесконтактное холодное сканирование живописи, графики, гравюр, офортов, книг, находящихся в горизонтальном положении. Поскольку в сканере свой свет, то все проблемы, связанные с разнородностью освещения в помещении, во многом компенсируются, к тому же не возникают геометрические искажения, которые не исключены при фотосъемке», — рассказывает Хрусталев.

Проблема цветопередачи решается путем калибровки сканирующего оборудования и настройки цветопередачи. Прежде чем оцифровать картину, проводится съемка цветовой мишени из 256 квадратов разных цветов. Цель — добиться того, чтобы даже самые строгие эксперты не смогли отличить цвета на цифровой копии от цветов на оригинале.

«С картинами больших размеров все сложнее. Сейчас при подготовке сводного академического каталога Третьяковской галереи мы оцифровываем коллекции произведений, созданных в XX веке, где большое количество масштабных полотен размерами до трех-пяти метров, а иногда и более. В этом случае объем подготовительных работ существенно возрастает — картины перед сканированием приходится вынимать из рам и ставить в вертикальной плоскости, находящиеся на валах картины надо натягивать на капакартон и только после этого устанавливать вертикально. Проведение таких работ практически в промышленных масштабах стало возможным только благодаря коллективу опытных фотографов, инженеров и реставраторов», — отмечает Хрусталев. По его словам, иногда процесс подготовки картины к съемке занимает три-четыре дня.

Для сканирования картин больших размеров используются фотокамеры Hasselblad, Phase One и Canon. Этот процесс скорее переходный между фотографией и сканированием, здесь очень многое зависит не только от профессионализма сотрудников, но и их таланта. Экспозиция одного кадра может занимать 30—40 минут. Иногда большое произведение условно делится на несколько частей, после чего производится съемка каждой части, затем программными средствами отдельные изображения склеиваются. Правда, такая методология используется крайне редко.

Технология съемки позволяет одновременно решать несколько задач. В первую очередь, конечно, дает возможность получать высококачественные цифровые изображения произведений, причем не только лицевой, но и оборотной сторон. «Многие обороты картин зашиты на протяжении десятилетий, и зачастую уже никто не помнит, что на них написано. Между тем уточнение информации с оборотов зачастую позволяет уточнить описание самих произведений», — отмечает Хрусталев. Кроме того, в ходе съемки уточняются размеры произведений и появляется возможность провести комплекс работ по оценке сохранности этих произведений. «По отдельности все работы нужны. Но хотелось бы большего — поскольку многие службы галереи заинтересованы в том, чтобы эти работы были соединены в единый технологический процесс», — говорит Хрусталев.

Жизнь в цифре

В фондах Третьяковской галереи находится более 150 тыс. единиц хранения. На сегодняшний день коллекция цифровых изображений состоит из более чем 12 тыс. снимков. Некоторые произведения имеют по несколько цифровых изображений, например на батальных полотнах научные сотрудники выделяют сюжетно значимые детали. В результате общее количество самих предметов, которые имеют цифровое изображение, на сегодняшний день составляет примерно 7—8 тыс.

«В первую очередь нам не хватает технологий. В настоящее время ни одна российская компания не занимается разработкой технических средств для сканирования и их массового применения. Все разработки — это, как правило, технологии французских, американских либо немецких компаний, которые оказывают технологическую помощь своим музеям при проведении съемок, обработке и хранении изображений. На Западе развивается взаимовыгодное сотрудничество: фирмы обретают возможность проводить значимые научно-технические эксперименты и рекламировать себя, а музеи получают в свое распоряжение новые технологии, оборудование и знания. В результате в музеи Запада эти технологии поступают на несколько лет раньше, чем в наши. Кроме того, мы получаем лишь серийные продукты, имеющие технологические ограничения, например, по формату сканирования или по разрешению», — сетует Хрусталев.

На сегодняшний день локальная сеть галереи объединяет более 600 компьютеров, в том числе рабочие места научных сотрудников, технического персонала, финансово-экономических служб и пр. Используется несколько информационных систем. Первая предназначена для научных работников, хранителей, сотрудников отделов учета и обеспечивает описание всех этапов оборота культурных ценностей, начиная от их поступления на временное хранение и до постановки на постоянной учет и выдачи на выставки. В электронной версии учетной карточки содержится практически вся информация о произведении: его описание, состояние, участие в выставках, списки документов, которые при этом оформлялись, и пр. Изображения в этой системе хранятся с относительно небольшим разрешением в формате JPEG, чтобы сотрудники музея могли их использовать для печати рабочих документов. Это сугубо внутренняя система.

Вторая система, к созданию которой галерея только приступила, предназначена для хранения высококачественных цифровых изображений и формирования производных от них. С одной стороны, она должна будет обеспечить гарантированное хранение и защиту от несанкционированного доступа к хранилищу изображений, с другой — предоставит сотрудникам возможность контролируемого использования накопленных данных, в том числе и при работе со сторонними организациями. При проведении работ, связанных с написанием научных статей или каталогизацией, отпадет необходимость идти в хранилище и поднимать само произведение — достаточно будет посмотреть его на экране компьютера. Существующие в настоящее время программные продукты специалистов Третьяковки не устраивают. По словам Хрусталева, это либо продукты, которые обеспечивают хранение метаданных (то есть данных, описывающих само изображение), но не дают возможность хранить изображения, либо продукты, обеспечивающие хранение данных и метаданных, но не дающие возможность работать с самими изображениями, поскольку в составе этих продуктов нет подсистем, которые позволяли бы формировать файлы изображений требуемых форматов и размеров.

«Сейчас в Третьяковке создается электронный депозитарий. Он будет охватывать всю технологическую цепочку создания цифрового изображения. Мы ставим перед ним три задачи: управляемое накопление, гарантированное хранение и контролируемое использование электронных ресурсов Третьяковской галереи. Коротко поясню. В процессе работ по оцифровке создается большой объем рабочих материалов либо производные для специальных проектов, хранить которые нет смысла по причине их низкого качества и дублирования. В ходе хранения ни одно цифровое изображение не должно быть утеряно — именно это мы называем гарантированным хранением. Принцип контролируемого использования означает, что изображения, которые уходят от нас, должны быть достойного качества и, кроме того, мы должны точно знать, кому их передали, для чего и т.п.», — делится планами Хрусталев.

В качестве системы обработки и хранения в Третьяковке используются более трех десятков серверов и RAID-массивы объемом более 15 Тбайт. Резервное копирование выполняется на DVD-дисках. «Сейчас идет серьезная перестройка всей ИТ-инфраструктуры галереи. Мы создали новое серверное помещение, планируем создать резервное хранилище данных, которое будет находиться в здании депозитария как наиболее безопасном и защищенном. Сейчас выбираем технологии, для чего проводим консультации с крупнейшими производителями такого оборудования. Предстоит обеспечить гарантированную сохранность электронных ресурсов», — рассказывает Хрусталев.

Несмотря на то, что уже подготовлены большие массивы информации в виде цифровых изображений произведений из собрания Третьяковки, на публичном сайте галереи представлено только несколько сотен картин. Это объясняется объективными и субъективными причинами.

Ежегодно в свет выходит по одному тому академического каталога Третьяковской галереи. К каждому каталогу готовится 1,5—2 тыс. изображений. «Съемка для каталога Третьяковки — это только один из элементов подготовки. Параллельно ведется процесс каталогизации и описания, уточняются даты, надписи, подписи и пр. Можно было бы эти изображения выложить на сайте, но описывать произведения для публичного портала нужно все-таки не так, как их описывают для научных целей. Кроме того, существуют еще технологические и юридические проблемы, в частности связанные с авторскими правами. Раньше авторское право сохранялось 50 лет, а теперь его продлили до 70, и при работе с цифровыми изображениями произведений искусства XX века это превращается в непреодолимую проблему», — поясняет ситуацию Хрусталев.

Проникновение информационных технологий в Третьяковку приносит свои плоды. За последние десятилетия использование компьютеров стало элементом современной музейной культуры, не говоря уже об удобстве, которое они привносят в рабочий музейный процесс. Например, без информационной системы невозможно принятие на хранение, оформление временной выдачи и прочие операции при оформлении актов на выдачу ценностей и различных разрешений. «Практически все отделы Третьяковки, за исключением реставрационных, уже связаны комплексной автоматизированной музейной системой. Подключение реставраторов к системе запланировано на следующий год. Технически они в сети, но предстоит внедрить новые программные модули, обеспечивающие хранение всей реставрационной истории по каждому предмету, проходящему реставрацию», — делится планами Хрусталев.

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями

Купить номер с этой статьей в PDF