Перспективы российской экономики на пути интеграции с экономикой мировой не могут не волновать тех, кто работает в России. Особенно этот вопрос актуален для предпринимателей и топ-менеджеров, которые ведут здесь свой бизнес.

 Грэм Нортон-Стандэн, председатель совета директоров и генеральный директор компании Applied «Недавно я приезжал в Россию и, принимая участие в одной из конференций для ИТ-руководителей, был приятно удивлен», — говорит Грэм Нортон-Стандэн, известный аналитик, председатель совета директоров и генеральный директор компании Applied Intelligence Group, в недавнем прошлом — генеральный директор Gartner International (в зоне ответственности этого подразделения — бизнес компании Gartner за пределами США). Он имеет продолжительный опыт работы с российскими компаниями, в частности в рамках сотрудничества с HP, что позволило ему сформировать глубокий взгляд на нашу экономику и управление. «Обсуждение тем, о которых шла речь на конференции (интернационализация, стандартизации, закон Сарбейнса — Оксли и корпоративное управление) практически невозможно было услышать в России два года назад».

По словам Нортона-Стандэна, сейчас происходит очень серьезный сдвиг в ожиданиях и политике российских компаний. Причин тому две. Первая состоит в том, что на российский рынок пришло много западных компаний и инвестиций. Вторая причина в том, что происходит реальная глобализация деятельности российских компаний, они активно работают на мировых рынках, размещают свои акции на западных биржах, а потому вынуждены переходить на использование международных, а не только российских, стандартов управления. Отечественные концерны нередко придерживаются консервативных взглядов на управление, и поэтому не ставят на первое место снижение себестоимости, делят компании на российские и нероссийские по критерию организации взаимодействия и оказывают большее доверие отечественному персоналу. Все это должно измениться, поскольку перемены назрели, в том числе в характере использования ИТ российскими компаниями.

Нельзя сказать, что процесс вхождения в глобальную экономику начинается исключительно с большого бизнеса. Разумеется, реальный процесс изменений начинается именно с него, но импульс доходит до всех организаций, региональные (локальные) игроки должны преобразовать свои коммерческие предложения, продукты и услуги таким образом, чтобы суметь успешно конкурировать за внимание большого и среднего бизнеса.

В ближайшие годы следует ожидать сдвига в позициях российских предприятий в отношении игроков мирового рынка: все большее значение будет приобретать рост доходов и экономия ресурсов. Как следствие, изменятся производительность труда, эффективность сотрудничества, а также роль ИТ в деятельности предприятий. В частности, ИТ будут скорее движущей силой бизнеса, а не только технологического развития. Отечественные компании будут использовать глобальные стандарты и глобальное планирование и, по всей видимости, смогут сами выступить с глобальными инициативами в области ИТ.

Проблемы реальные и мнимые

Не смолкают дебаты вокруг предполагаемого вступления России во Всемирную торговую организацию (ВТО). Многие из тех, кто хорошо знаком с жизнью российской «глубинки» и «глубинки» развитых стран, весьма осторожны в оценке перспектив этого вступления. Нортон-Стандэн согласен с тем, что эта проблема особенно актуальна для среднего и малого бизнеса, но все же считает, что российские специалисты вполне конкурентоспособны.

Нельзя не учитывать тот факт, что российский технологический персонал всегда играл заметную роль в глобальном развитии бизнеса. Многие ИТ либо уходят корнями в Россию, либо созданы русскими эмигрантами. «Россия и российское образование всегда играли значимую роль в развитии технологий, — считает Нортон-Стандэн. — К тому же российские топ-менеджеры часто оказываются значительно более сообразительными и хитроумными, чем их зарубежные коллеги. Многие российские бизнес-лидеры могли бы играть заметную роль в любой компании мира».

С его точки зрения, наши проблемы сосредоточены в среднем управленческом звене. Многие из его представителей выдвинулись, не имея необходимых навыков менеджмента, тогда как бизнес-лидеры получили их, пройдя обучение в зарубежных бизнес-школах или работая в глобальных компаниях и организациях. Следует озаботиться обучением среднего управленческого звена для того, чтобы обеспечить необходимый уровень его возможностей и экспертизы. Это обучение призвано улучшить понимание деятельности предприятий управленческим персоналом, в частности в ИТ-подразделениях, поскольку, как известно, именно динамика проблем бизнеса определяет роль, которую ИТ будут играть в будущем.

Рассматривая перспективы использования ИТ, российские компании уже обратили серьезное внимание на аутсорсинг. Это произошло по множеству причин, в числе которых — необходимость приобретения организацией новых знаний, контроль над издержками, снижение операционных рисков, повышение эффективности и выведения за штат подразделений, занимающихся непрофильной деятельностью.

Создается впечатление, что в области ИТ на сегодняшний день ключевым вопросом является внедрение SOA и что эта архитектура на обозримый период должна определять способ гармонизации ИТ и бизнеса. Вместе с тем очевидно, что многие российские ИТ-менеджеры не готовы к восприятию этих идей. Это обстоятельство может обусловить разрыв между российскими и зарубежными компаниями в области не только технологий, но и культуры бизнеса. Кроме того, распространение SOA существенным образом меняет структуру рынка ИТ-специалистов, которая не будет соответствовать тому, что мы наблюдаем в России.

Нортон-Стандэн считает, что SOA — всего лишь новое модное слово и не следует придавать ему столь «глобального» значения. «Будете ли вы использовать этот термин, или понятие “вычисления по модели коммунальных услуг” (utility computing), или любой другой подобный термин, на
самом деле речь будет идти о своего рода технологическом и инфраструктурном агностицизме: вы можете строить для компании среду приложений или решений, которая не зависит от конкретного фрагмента инфраструктуры», — утверждает он.

«Я верю в то, что Россия сможет перескочить через многие годы развития, которые прошел Запад, — говорит Нортон-Стандэн. — Я не могу сказать в точности, когда это произойдет, но это произойдет обязательно». Он не сомневается в том, что, во-первых, в России есть где развернуться в области ИТ и, во-вторых, в ближайшие два-три года здесь сформируется сообщество, которое будет рассматриваться как основная движущая сила в использовании бизнес-технологий наравне с аналогичными сообществами в Индии и Китае. Конечно, наверняка останутся области, в которых будет наблюдаться некоторое отставание, но его причиной будет не отсутствие возможностей, а определенная позиция российских предприятий, вытекающая из российской культуры бизнеса.

Хождение за три моря

В качестве примера экономики, совершившей быстрый и удачный скачок, Нортон-Стандэн приводит Индию. Десять лет назад контакт-центры в этой стране представляли собой очень маленькие организации. В наши дни семь из десяти контакт-центров крупнейших аутсорсинговых игроков мира — индийские компании. Индия стала одним из крупнейших игроков на глобальном рынке. Нортон-Стандэн считает, что Россия будет развиваться аналогично, правда, возможно, не такими темпами, поскольку наша страна сталкивается с рядом специфических проблем на этом пути (в частности, с проблемой знания иностранных языков).

«Здесь есть деньги, есть необходимые мощности, есть сильное желание добиться высоких результатов, — говорит Нортон-Стандэн. — Я думаю, что у вас имеется достаточно интеллектуальных ресурсов». То, что происходит в России, в свое время имело место и в Индии, утверждает он. Две трети американских ИТ-компаний сейчас используют российский, украинский или казахстанский персонал для выполнения широкого круга разработок, поскольку это обеспечивает наилучшее соотношение цены и качества. Подобно индийским компаниям, за последний год многие российские компании заявили о желании стать публичными. К сожалению, как и большинство стран, проходящих через подобные изменения, Россия испытывает трудности. Тем не менее, если российский бизнес сумеет сориентироваться не только на локальные, региональные цели, но также воспользуется благоприятным стечением обстоятельств, то России смогут позавидовать очень многие страны.

Нельзя сбрасывать со счетов и тот факт, что географические и климатические условия России делают производство на ее территории более затратным, чем в других странах. Как отмечал Андрей Паршев в своей книге «Почему Россия не Америка», наш персонал должен получать больше, чем за рубежом, поскольку ему нужны теплая одежда, теплые дома, более жирная пища и т.д. Капитальное строительство у нас дороже, поскольку стены должны быть толще и коммуникации должны проходить на большей глубине по причине большей глубины промерзания.

Нортон-Стандэн согласен с тем, что основные операционные издержки, например в Индии, ниже, чем в России. В то же время, по его утверждению, в настоящий момент 30% рабочих мест в индийских компаниях, оказывающих услуги аутсорсинга бизнес-процессов, пустуют. Их руководство вынуждено дважды в год осуществлять дополнительные выплаты от 21 до 26% годового заработка для сохранения персонала. В результате относительно небольшая группа высококвалифицированных ИТ-специалистов кочует по рынку труда. Сейчас заметное количество индийских предприятий, образованных на волне спроса, не могут вести хозяйственную деятельность, поскольку делать это попросту некому! Проблема квалифицированного персонала в Индии за последние пять-шесть лет значительно выросла, и Индия больше не является источником дешевой офшорной рабочей силы. Эта страна осваивает новые направления бизнеса.

Нет смысла все делать в России

Российский бизнес беспокоит перспектива того, что индийские компании захотят прийти в Россию с целью поиска дополнительного бизнеса. Вместе с тем, для привлечения инвестиций в российскую экономику необходимо заботиться не столько о минимизации налогов, сколько о развитии системы образования и подготовке квалифицированного персонала. «Думаю, что важнейшей задачей на ближайшие несколько лет остается привлечение инвестиций в Россию — они значительно усилят ваши возможности, — полагает Нортон-Стандэн. — Одной из наиболее сильных сторон России всегда была система образования. Таким образом, у вас есть все возможности для привлечения талантов».

Кроме того, считает он, нет причин для того, чтобы производство товаров и услуг от начала и до конца осуществлять на территории России, необходимо лишь позаботиться о сохранении административного управления. Например, российским компаниям не следует отказываться от использования возможностей индийских офшорных компаний, это поможет осуществлять хозяйственную деятельность с низкой себестоимостью, дифференцируя свои услуги и сохраняя при этом административное управление. «Если в Сибири очень холодно, это дорогой регион, и с ним тяжело работать, ну что же, приобретайте ресурсы в Индии — там их можно получить дешевле», — советует Нортон-Стандэн.

Мы должны лучше разобраться в наших возможностях, чтобы выиграть в конкурентной борьбе. Основная проблема России, которая может осложнить ее соревнование с другими странами, с точки зрения Нортона-Стандэна, состоит в том, что мы нуждаемся в привлечении знаний в страну: нужно взять знания, сосредоточенные на Западе, и перенести их в Россию. Это позволит нам значительно снизить затраты. «После того как вы решите эту задачу, уже можно думать об упомянутых проблемах вроде холодных зим, жирного питания и т.д. Если, скажем, вы приобретаете отопительную систему, сделанную, например, в США, то оплачиваете также стоимость ее доставки в Россию. Если перенесете необходимые знания из Америки в вашу страну, то приобретенных ценовых преимуществ будет достаточно для того, чтобы обогреть все центры затрат в Сибири. Их хватит, чтобы оплатить все неудобства российского климата», — уверен Нортон-Стандэн.

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями