Послевоенное поколение, радуйтесь! Наше зрение может ухудшиться, но наше видение, безусловно, становится лучше.

Томас Давенпорт — профессор, занимающийся вопросами управления информационных систем в Школе менеджмента Бостонского университета, директор Института стратегических изменений компании Andersen Consulting. С ним можно связаться по электронной почте: thomas.h.davenport@ac.com

Более старые сотрудники, которых уже не заботят их карьерные передвижения, могут дать ряд ценных советов другим о том, как именно нужно строить свою карьеру.

Недавно я предложил для рецензирования предварительную версию главы из своей книги консультанту, которому едва исполнилось 20 лет. В этой главе упоминается конкретный шрифт (Orator — вероятно, он вам знаком) пишущей машинки IBM Selectric. Мне представлялось, что я привел яркий пример, свидетельствующий о том, насколько далеко мы продвинулись в области отображения информации. Но этот самонадеянный мальчишка спустил меня с небес на землю. «Вы знаете, ваше замечание по поводу пишущей машинки сразу заставляет вспомнить о вашем возрасте», — заявил он. Почувствовав себя несправедливо обиженным, я решил отплатить ему той же монетой, но отложил свою месть до момента, пока в разговоре этот представитель «поколения X» не упомянул о push-технологии. Тогда я мимоходом заметил, что push-технология уже несколько устарела. «Мне кажется, что представитель ?поколения Y? даже не поймет, о чем идет речь, если вы упомянете об этой технологии через несколько лет», — самодовольно заявил я. Одно очко в пользу старых седых зубров — представителей послевоенного поколения.

И уже после этой победы я осознал, что на меня напал приступ ужасной «вычислительной ностальгии». Когда я был молодым щеголем, я поклялся, что никогда не позволю себе разговаривать в таком ужасном тоне. Много лет назад я испытывал глубочайшее отвращение, когда какой-нибудь старый чудак начинал предаваться воспоминаниям: «Да, это напоминает мне времена, когда приходилось вручную менять положение переключателей на 1401 Autocoder!»

Я относился к этому с отвращением до тех пор, пока до меня вдруг не дошло, что со мной происходит нечто аналогичное: «Подождите минутку. Я представитель послевоенного поколения. Когда мои сверстники начинают вести себя так, как это свойственно людям их возраста, это не значит, что к их словам следует относиться как к комментариям техностарикашки. Их следует воспринимать как нечто современное и очень модное!» Как и большинство представителей послевоенного поколения, я с удовольствием повторял себе эти утешающие слова.

Все стало понятно. Через одно-два десятилетия представителям моего поколения исполнится по 60-70 лет. И если нас уже начинают считать устаревшими, особенно в том, что касается технологического опыта, то эти возмужавшие старики будут считаться хранителями знаний об информационных технологиях. Неприятные комментарии относительно переключателей автокодера заменят мудрые, даже глубинные соображения о написании программ на Basic на первом ПК корпорации IBM или о базовой динамике рынка в те времена, когда Lotus 1-2-3 пришел на смену Visicalc. Наши знания технологий не устареют, а станут зрелыми и проверенными.

Изменение моды

Почему это происходит? Потому что миру нужны мы, представители послевоенного поколения. Демографы уверены в том, что среди представителей поколений X и Y уже не будет достаточно знающих специалистов (прошу прощения, но у меня есть несколько вопросов в связи с этим: «почему бы нам, послевоенному поколению, не стать поколением W? кто решает, когда наступает время перейти от одной буквы к другой? И что будет после того, как мы дойдем до буквы Z?), чтобы сделать всю эту работу. Представители послевоенного поколения, которые стремятся быть в курсе последних достижений технологии, вероятно, смогут работать до тех пор, пока они не упадут, строча исходные тексты или планы тестирования сети в промежутке между играми в шаффлборд. Они будут прекрасно выполнять свою работу, слушая последние записи «Роллинг стоунс» на своих плейерах, поскольку «Роллинги», совершенно очевидно, будут по-прежнему играть даже тогда, когда им исполнится лет по 80. А голосовой ввод станет использоваться столь широко, что позволит избежать всяческих артритов, возникающих от длительной работы с клавиатурой.

Многие читатели этой статьи (а как показывают исследования читательской аудитории, далеко не все из вас желторотые птенцы) уже поняли, в чем состоит настоящий секрет нашего общества. Разве мы теряем знания, когда нам становится по 45, 55 или 65? Люди могут по-прежнему оставаться прекрасными, знающими специалистами, даже если их возраст приближается к довольно преклонному. Во многих других областях мы признаем, что преимущества интеллектуальной зрелости и умения видеть перспективу перевешивают любые небольшие потери в способности запоминать такую ерунду, как имена (не оправдываюсь ли я?). Если Рональд Рейган смог стать президентом во второй раз в 73 года, возможно, столь значительных усилий не требуется и тому, кто выполняет обязанности руководителя проекта, Web-мастера или директора по ИТ. Возможно, Гиппер и забыл кое-что, но его по-прежнему называют Великим Коммуникатором.

Уже вполне очевидно, что мир технологии получил немалые преимущества от использования возможностей своих зрелых мыслителей, даже если некоторые из них и относятся к довоенному поколению (которое, увы для них, так и не получило громкого имени). К примеру, Бену Розену, по-прежнему железной рукой управляющему Compaq, уже далеко за 60. Джиму Кларку, который основал Silicon Graphics, Netscape, а теперь еще и Healtheon, около 55. Даже Стивен Джобс, enfant terrible корпораций Apple и Pixar, — вполне крепкий представитель послевоенного поколения, хотя свой сороковой день рождения он справил уже давно. Кто сказал, что с возрастом эти великие люди перестанут генерировать новые идеи? Если у вас появится возможность пригласить кого-нибудь из них в свою компанию, разве вы не будете этого добиваться, даже если до этого момента пройдет еще лет двадцать?

В нашем разговоре о ценности зрелых руководителей весьма уместно вспомнить о Джордже Шахине, бывшем исполнительном директоре компании Andersen Consulting, «уволенном» из этой фирмы, чтобы стать исполнительным директором компании Webvan, торгующей бакалейными товарами по сети. Конечно, он имеет немалые привилегии и без сомнения зарабатывает огромные деньги. Но деньги — не самое важное в этой истории. Шехину 55 лет, то есть на один год меньше, чем принятый в Andersen пенсионный возраст (да-да, на консалтинговой работе люди сгорают быстро!). Самое поразительное то, что, находясь в предпенсионном возрасте, Шехин начинает новую карьеру в одной из самых динамичных отраслей современного мира. Размышления об этом заставили меня с гордостью выпрямить спину.

Управление стариками

Появление стариков в мире информационных технологий заставляет сообщество искать новые подходы к управлению. Некоторые из этих решений довольно тривиальны, вроде установки автоматов с газированной водой в Metamucil или Geritol по пятницам вместо пива (обратите внимание, умышленно не упоминаю о «виагре»). Мы можем по-прежнему заказывать пиццу, когда сжатые сроки заставляют нас долго задерживаться по вечерам на работе, но каждому перед этим придется принять свои противокислотные таблетки. И когда менеджеры этих зрелых сотрудников станут говорить о недостаточно высокой производительности, стоит принять во внимание вероятность снижения уровня железа в крови.

Руководство такими сотрудниками действительно должно быть иным. Многие из них не обязаны работать — они будут это делать потому, что хотят работать. Поэтому их труд должен быть интересным и увлекательным, иначе они бросят такую работу. Если кто-то, несмотря ни на что, продолжает выполнять свои обязанности, в первую очередь руководители должны позаботиться о его поощрении и погружении в социум. Поэтому оставьте нудную офисную работу для молодых. Вполне вероятно также и то, что эти заслуженные специалисты захотят иметь гибкое расписание работы. Многие из них, учитывая их пенсионный возраст, предпочтут неполный рабочий день. Другие, возможно, захотят отказаться от прелестей живого общения и предпочтут трудиться дома. Если они захотят работать так, я бы согласился с их условиями. Ведь, по сути, главное, чего мы от них ждем, — это мудрость, а это как раз то лекарство, которое в любом случае лучше всего принимать в относительно небольших дозах.

Сотрудники пенсионного возраста могут также стремиться работать не там, где они трудились в последние годы, желая вернуться туда, где они были молодыми. Я не рассчитываю на то, что компании переедут, к примеру, из Норхеста в Санкт-Петербург (шт. Флорида). Однако, возможно, это неплохая идея — открыть офис в этом солнечном крае, который привлечет многих молодых и пожилых сотрудников. Сочетание молодости и старости, которое вы можете найти в таких местах, вполне вероятно, окажется весьма многообещающим.

Дополнительное преимущество объединения таких людей состоит в том, что зрелые сотрудники особенно хорошо подходят на роль, которая сегодня часто обсуждается, но редко работает эффективно: быть наставником или учителем для молодого, менее опытного персонала. Лично я при реализации этой идеи столкнулся с проявлением так называемого ролевого конфликта, который возникает, когда кто-то пытается одновременно быть наставником и боссом. Очень трудно выполнять роль, которая, с одной стороны, требует от вас опеки и помощи в формировании чьей-то карьеры, а с другой — вы же должны оценивать работу этого человека и определять успех его карьерных продвижений. Более старые сотрудники, которые добились достаточного успеха в жизни, чтобы перестать заботиться о своем продвижении по иерархической лестнице в компании, могли бы помочь другим советами о том, как правильно выстраивать свою карьеру.

Мы все станем мудрее

Возможно, эта дополнительная мудрость в конце концов избавит нас от некоторых «болезней», которые уже давно поразили наш бизнес. Возможно, присутствие людей, понимающих перспективу реформы информации, технологии и бизнеса, заставит нас понять, что ответы на большинство наших проблем не могут быть найдены в картонной коробке. Возможно, эти мудрые люди помогут нам признать, что новая технология совсем не обязательно лучшая и что поспешное объявление о кардинально новых продуктах на самом деле никак не влияет на наш мир.

Люди, обладающие способностью видеть дальнюю перспективу, могут также помочь нам избавиться от близорукости в оценке стратегической перспективы и попыток добиться кратковременных целей. Они могут помочь нетерпеливым пользователям понять, что работа — это не только количество опционов, которые ты получаешь, и что карьера — это не только работа. Те, кто прожил большую жизнь, могут помочь нам осознать, что некоторые аспекты управления информацией существуют вне времени, они существуют как потребность в изменении самих людей и методов их работы. Слава богу, меня уже можно назвать человеком 2000 года, хотя мне только 44.

Молодые сотрудники уже получили признание в области ИТ за свежие идеи, и я предполагаю, что более пожилые люди будут цениться за мудрость и чувство перспективы. Возможно, что люди среднего возраста, такие как я, должны побеспокоиться об этом в первую очередь. Я отправляюсь в магазин за краской для седых волос.

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями