Вокруг кибер-муз

Король Полеандр Партобон — Воемуж Храбрунишка, владыка Киберии, был преславным воителем, а почитая методы новейшей стратегии, более всего ценил кибернетику как военное искусство. Королевство его кишело мыслящими машинами; ибо Полеандр размещал их всюду, где только мог; не только в астрономических обсерваториях или в школах устанавливал, но и в камни на дорогах помещать приказывал электронные мозги, которые громким голосом предостерегали в путь шествующего, чтобы тот не споткнулся; равно же и в столбы, стены и деревья приказывал он вставлять машины, дабы всюду можно было разузнать, какая впереди дорога. Он подвешивал их к тучам, чтобы они возвещали сверху о дожде, придавал их горам и долам; словом, невозможно было в Киберии шагу ступить, чтобы не споткнуться о разумную машину.

Хорошо было на планете!

С. Лем. Сказка о Цифровой Машине, которая сражалась с драконом

В начале декабря в Театральном центре «На Страстном» состоялась премьера мультимедийного театрального проекта в форме Active Fiction Show по книге В. Пелевина «Шлем ужаса».

Сложно реально, давай виртуально...
Витас. Поцелуй

Вначале были слова. Спроецированные на невидимую сетку перед сценой, чужие и в то же время такие привычные каждому, кто проводил ночи в чатах, они растворялись в черноте кулис подобно струйкам сигаретного дыма. А память услужливо подсовывала знакомые ники... Узнаваемые буквально «по почерку» персонажи на сцене обыденно балагурили, задирая друг друга и модератора, — каждый в своем образе и мире, ограниченном рамками светящегося окна монитора. Все подлинно, но что-то не так... Когда ты в одиночку клавиатурно общаешься с такими же втянутыми в заэкранную паутину, вся эта жизнь — только буквы перед глазами. Здесь же навязанный правилами игры невольный вуайеризм сделал псевдоонлайн объемным.

Различны наши виртуальные имена и образы, несхожи лабиринты, поджидающие за дверями из онлайна в офлайн. Или эти лабиринты внутри нас? Существование одновременно по ту и эту сторону — монитора, сцены, жизни — всего лишь бутылка Клейна, не так ли? Как и сам Шлем ужаса... Он способен порождать монстров как отражение человека. В каждом живет и Тесей, и Минотавр... Убить Минотавра — значит победить свой страх и найти самостоятельный выход из своего лабиринта... И уже совсем не странно, что тени текут не вниз, а вверх; сполохи и протуберанцы от смешения наших «религий» лишь на мгновения приобретают пугающе-строгие направления и очертания; беззвучная музыка оглушающе рвется из зала на сцену... И зритель прячется от лишенного точек опоры существования за обыденные слова в параллельном чате на экране пристроенного на коленках ноутбука. Впрочем, реплики типа «Выпили, покурили, початились — чем не дома?», «А секс будет? — Будет, но не здесь » вполне органично вплетались в пелевинскую канву.

Чуть более двух часов фантасмагории, и вот уже зрителя ловит ледяными щупальцами слякотная московская ночь... Ветер подталкивает в спину к подземным лабиринтам Пушкинской... «Построю лабиринт, в котором смогу затеряться с тем, кто захочет меня найти...» — пересказывать или объяснять Пелевина нет смысла. Всякий, кто рискнет погрузиться в эту его книгу таким странным «интерактивно-мультимедийным» способом, сможет создать из театрально-виртуального пространства свою реальность. Здесь имеет место редкий случай, о котором в спектакле говорит Organizm: «Из софта сделали хард!»


Позвольте поворчать

Итак, во что превратился «Шлем ужаса» для пришедших на спектакль с ноутбуком?

В небольшом зале оборудованных стандартной «проводной» сетью мест было недостаточно, и мы воспользовались Wi-Fi на балконе. И тут возникла первая проблема: монитор беспроводной сети сообщал, что сила сигнала и его качество равны нулю. Так что принесенная с собой Toshiba с PCMCIA-картой D-Link DWL-650+ оказалась бессильна. Местная техподдержка в меру своих знаний пыталась оказать помощь, проверяя правильность настроек и игнорируя то обстоятельство, что при таком сигнале даже грамотно сконфигурированная сеть работать не способна... Нам установили программу-оболочку для «интерактивного участия» в спектакле, но из-за отсутствия связи воспользоваться ею мы не смогли. Так что первым действием наслаждались традиционно, не мучая клавиатуру и не вертя головами от сцены к монитору.

В антракте удалось договориться о подключении к проводной сети. Легкая паника в партере: «Проводная сеть не работает — пусть все переходят на беспроводку», — к счастью, оказалась необоснованной. Тут уже выяснилось, что при общении с нашим ноутбуком местная техподдержка зачем-то отключила в настройках сетевую карту. После ее включения компьютер стал зависать при запуске интерактивной программы. Впрочем, как только брандмауэр был переведен в пассивный режим, эта проблема решилась. Чья тут вина — непонятно. На этом все трудности (кроме одной, но о ней позже) закончились, и оболочка все-таки заработала. На экране появилось несколько окон с действующими лицами спектакля. Каждое из них можно было увеличить, дабы в подробностях проследить, чем занят актер под объективом веб-камеры. Присутствовали на мониторе кнопки (впрочем, прорисованные довольно невнятно), ответственные за включение саундтрека, выход из оболочки и, наконец, небольшое окно чата. Дизайн оболочки несколько спорен, работать с ней было непривычно. Особенно раздражал маленький размер активной области. Похоже, разработчики рассчитывали на режим 800Ё600 точек (интересно, на каком относительно современном ноутбуке это стандартное разрешение для экрана?). Изредка появлялось приглашение администратора поиграть в игру — пройти в лабиринте от точки А до точки Б, не касаясь стенок. Прошедшим — призы. Окно чата оказалось слишком маленьким, длинные реплики собеседников не всегда можно было успеть прочитать. И вот тут уже в полной мере проявилась последняя проблема. Не обладая навыками письма «вслепую», печатать пришлось в транслите, поскольку различить в темноте темно-красные буквы на черных клавишах ноутбука было просто невозможно.

Какая судьба уготована этой постановке? Не совсем понятно. Большие залы ей противопоказаны, в то же время требуется дорогостоящая аппаратура и — самое главное — подготовленный (отравленный Интернетом) зритель.

Начало ХХ в. было отмечено первыми опытами создания цветомузыки (тандем Врубель—Скрябин). Может быть, через много лет мы станем говорить, что в начале ХХI в. делались первые попытки скрестить театральное действие с киберпространством. Опыт получился любопытным. Сложно сказать, положительный он или отрицательный, — он просто первый. И завораживающий, несмотря на все технические проблемы.


SHLEM.COM

А может, и правда нам довелось присутствовать при рождении нового вида искусства? Кибертеатр — синтез мультимедийных технологий, сценографии, fashion-индустрии и даже политики. На сцене — видеопроекции, вместо текста — чат, а реальность — то, что домысливает себе зритель. Все линии взаимодействуют, и по замыслу авторов в этом шоу ноутбук с Wi-Fi-подключением является неотъемлемым аксессуаром. Подсоединенный к Сети, он позволяет наблюдать за действием на экране монитора, открывать двери, за которыми спрятаны персонажи, менять музыку, общаться в чате с другими зрителями.

Режиссер Живиле Монтвилайте.

Персонажи и актеры:
Organizm — Андрей Бартенев
Romeo-y-cochiba — Юрий Квятковский
Isolda — Екатерина Конисевич
Monstradamus — Амаду Мамадаков
Ariadna — Елена Великанова
Nutscracker — Артур Смольянинов
UGLI 666 — Тандалай
Sliff_zoSSchitan — Михаил Ефремов


Замкнутый путь изнутри наружу

В математике бутылка Клейна — определенная неориентируемая поверхность первого рода, т.е. поверхность (двумерное топологическое пространство), у которой нет различия между внутренней и внешней сторонами. Бутылка Клейна впервые была описана в 1882 г. немецким математиком Ф. Клейном. Чтобы смоделировать такую поверхность, необходимо взять бутылку с отверстием в донышке, вытянуть горлышко, изогнуть его вниз и, продев через отверстие в стенке бутылки, присоединить к отверстию на дне. Для настоящей бутылки Клейна в четырехмерном пространстве это отверстие не нужно, но без него нельзя обойтись в трехмерном евклидовом пространстве. У бутылки Клейна нет «края», т.е., двигаясь по поверхности, можно пройти путь изнутри наружу, не пересекая ее. На самом деле у этого объекта нет ни «внутри», ни «снаружи». Название, по-видимому, происходит от неправильного перевода немецкого слова Flache (поверхность), которое в немецком языке близко по написанию к слову Flasche (бутылка).

Самому построить бутылку Клейна можно, посмотрев avi-фильм на сайте http://www.cut-the-knot.org/shortcut.shtml.

По материалам Википедии

1099