Цунами иррационализма. Так можно охарактеризовать ситуацию, сложившуюся после появления во втором номере нашего журнала статьи Д. Рамодина "Borland C++ Builder: как избежать ошибок". Дело в том, что спустя некоторое время в редакцию пришло письмо... с категорическим требованием опубликовать его полный текст (на несколько журнальных полос) в ответ на упомянутую статью.

Письмо, написанное Юрием Барминым, программистом ООО "Компас" (С.-Петербург), делится строго на две части. В первой автор письма уличает автора статьи во всех мыслимых и немыслимых прегрешениях, вторая - из четырех пунктов - является комментарием к опубликованному материалу.

Теперь, что называется, по существу вопроса. Как известно, в любой программе, поскольку ее создают люди, возможны те или иные, мягко говоря, недочеты. Вообще-то, если вы встретите большой серьезный пакет, работающий всегда безошибочно, то, как говорил Михаил Светлов (правда, по другому поводу), разрешаю разбудить меня среди ночи. Так вот, работая с пакетом Borland C++ Builder, г-н Бармин обратил внимание на некоторые особенности поведения программы и, собрав ряд примеров, вступил в переписку с Московским представительством компании Borland.

Как нам сообщили из представительства в ответ на официальный запрос редакции, г-н Бармин был далеко не одинок: "Иногда проявляющаяся особенность поведения C++ Builder при автоматическом (не явном) конструировании экземпляров классов объектов была замечена несколькими внимательными пользователями продукта. Им всем было сообщено о том, что такая ошибка была зарегистрирована в Inprise (Borland) под кодом #42161. Одно из писем, сопровождаемое примерами (разговор вокруг класса TЕv), поступило от г-на Ю. Бармина. Это письмо вместе с другими поступившими обращениями на эту тему было передано для комментирования редактору журнала "Мир ПК" Дмитрию Рамодину в едином файле. Мы хотели бы поблагодарить его лично и журнал "Мир ПК" за то, что Дмитрий нашел время рассмотреть некоторые повторяющиеся в письмах вопросы, связанные с особенностями работы C++ Builder, а журнал нашел возможность напечатать его комментарии к уже несколько раз поднимавшемуся вопросу".

Результатом работы Д. Рамодина, отобравшего наиболее часто повторяющиеся сообщения об ошибках (куда, конечно же, попали и примеры, присланные г-ном Барминым), стала статья, явившаяся, в свою очередь, поводом для раздраженного письма в редакцию.

Оставляя на совести г-на Бармина ничем не обоснованные выпады в сторону нашего коллеги и ничуть не умаляя достоинств проделанной им работы, невольно задаюсь вопросом: что же послужило причиной недовольства г-на Бармина?

Оказывается, он "в течение нескольких месяцев <...> пытался получить от <...> Borland какой бы то ни было полезный ответ" (здесь и далее курсивом приведены выдержки из письма г-на Бармина в редакцию. - Е. К.), но "получил довольно невнятное сожаление". (С любезного разрешения Сергея Орлика, менеджера по продуктам Borland Russia, я заглянула в переписку компании с Юрием Барминым. И позволю себе не согласиться с его оценкой ответа, присланного из компании.) Трудно сказать, на какую именно реакцию рассчитывал г-н Бармин и какова предполагаемая степень ее полезности. На мой взгляд, гораздо плодотворнее было бы одновременно связаться с редакцией, что, собственно, и рекомендовали сделать специалисты Borland. Тогда бы он действительно получил возможность "первым долгом предупредить своих коллег по роду занятий. Например, написав письмо в "Мир ПК"".

Однако в тот момент г-н Бармин решил отмолчаться. И что, скажите на милость, странного в том, что журналист предал гласности (сославшись, заметьте, на источник) материалы, переданные ему компанией Borland вполне официально, при том, что его профессиональной обязанностью как раз и является, согласно "Московской хартии журналистов", распространение, комментирование и критика той информации, в достоверности которой он убежден и источник которой ему хорошо известен.

А г-н Бармин все чего-то ждал. Вот только чего? Того, что зарубежные коллеги изумятся тщательности его работы и (чего уж там!) вдруг да и выразят свою признательность неким числом-количеством, поддающимся, в отличие от порядкового номера ошибки на Web-сервере, органолептическому восприятию? Я не перестаю удивляться какой-то мистической убежденности наших соотечественников в собственной исключительности.

Конечно, каждый, кто пишет (...исходные тексты; ...для денег; ...в редакцию), хочет быть замеченным. Однако журнал не может быть заложником чьих бы то ни было амбиций.

И все же редакция предложила г-ну Бармину, "не нашедшему ни слова благодарности, ни единого упоминания своего имени" в статье Д. Рамодина, место в журнале, правда, при условии, что он сократит свой опус до приемлемых для публикации размеров. Категорический отказ автора письма от сотрудничества не совсем понятен. И уж совсем непонятно, почему уважаемый г-н Бармин предпочел столь "изысканную", сколь и бесполезную, форму признания своего труда, как поношение работы других людей, тем более если он считает "необходимым объясниться перед <...> друзьями".

Что ж, невозможно упростить эмоции до двоичной системы - прав/не прав. Да и надо ли? Из философических рассуждений ухи не сваришь. Простите мне невольный ряд ассоциаций, но хороший вкус не привьется лишь от рассказов, как готовить пищу (в том числе и интеллектуальную). Лучше всего самому попробовать настоящее, хорошо приготовленное высококалорийное "блюдо", называемое Доброе Имя.

И тогда, не сомневаюсь, не будет повода для подобной хроники несостоявшейся дуэли. Мне в этой истории досталась роль секунданта, которую я старалась исполнить, крепко помня слова Дж. Р. Киплинга: "Когда начинается война, первой жертвой надо считать истину".

Творческих - озаренных будущим, а не настоящим - удач всем!

594