Письменная устная речь
Тем не понять, кто кактус не любил
"Реальность" сказочного мира
Чувства всегда истинны

Мы нисколько не уводим детей от действительности,
когда рассказываем фантастическую сказку, если
только возникающие при этом чувства обращены в жизнь...
В этом смысле умной сказке принадлежит оздоровляющее
и целебное значение в эмоциональной жизни ребенка.

Л. С. Выготский. Педагогическая психология


Письменная устная речь

Искусство слова, возникшее на заре человечества в устной речи, сегодня получило еще одно воплощение в письменной форме в Internet. Не будем говорить о научной или деловой литературе, находящейся в Cети. Рассмотрим в этой статье только сетевые разговоры, называемые по имени программ, с помощью которых осуществляются, IRC, ICQ или просто - "электронная болтовня". Если внимательно приглядеться, можно заметить, что письменность сетевого общения - особого рода. Эти сообщения передают речь человека такой, какой она была бы, если бы эти фразы произносились вслух, со всеми интонациями, свойственными разговорной речи. И назначение этой речи также весьма специфично и интересно.

Текст в "электронных беседах" пишется так, "как слышится": опускаются слова, переставляются части фраз, используется жаргон и т. п. Вот, например, отрывок из такой беседы: "Утром дальше по тайге двину... Синица - она не могла тю-тю... у нее подготовка профессиональная, по выживанию в любых условиях... тока найти бы...". Этот весьма специфический текст выявляет очень важное свойство, характерное для Internet, - сказочность создаваемого мира. Интонационные особенности речи, отражаемые письменно, свойственны повествованию в форме сказа.

Для примера можно предложить отрывок из сказки "Фома Бердников", вошедшей в сборник "Русские народные бытовые сказки Сибири". (Записана в 1937 г., когда Internet еще и в помине не было.)

"Это был Фома Бердников, мужик такой. Слыхал, что слаще меду ничего нету. Взял и купил копеек на пятьдесят меду. Теперь, када наелся меду и уснул крепким сном на солнышке, обпачкался сам медом, конечно.

Голос: Мед у него везде!

Теперь, когда он разбудился, его одолели мухи. Они на сонного-то напали на него. Теперь он рукой хлопнул по себе. Пересчитал их - пятьсот штук убил зараз!

Голос: Это присказка?

...

Второй голос: Да нет!"

Вы когда-нибудь "сидели на диване" или "на кроватке" (жаргонные названия серверов для проведения "электронных бесед". - Прим. ред.)? Эта сказка ничего вам не напоминает? Обратимся теперь к реальным текстам, возникающим в "Internet-болтовне", и посмотрим, как в них формируются повествование и письменная речь.

В сетевом тексте нередко вместо заглавных букв ставятся строчные (некогда тратить время на орфографию), отсутствует пунктуация (настроение важнее запятых, и к тому же никто об этом не думает). Знаки препинания вообще могут использоваться не по правилам, а просто для выражения настроения и обозначения паузы, которую рассказчик сделал бы при чтении текста вслух, например: "Но. Однажды..." Настроение можно передать и прямо в тексте, написав о себе: "отвернулся от всех... и начал грустно петь", или выдав серию выразительных смайликов, завершающихся "звонким чмоком".

Количество точек, разделяющих слова, характеризует темп речи. Например, сонный корреспондент в очень медленном темпе сообщает о себе: "щас устал... спать буду.... наверно.... а может и не буду..... наверно...." Интонацию и замедление речи можно также выразить текстом, в котором растянуты слова, например, повтором букв: "ни чччерта ни в чем не понимаю". Отсутствие заглавных букв может также передавать печаль по поводу тщетности усилий и суетности бытия: "остался один. снова". "Снова" в данном случае не новое предложение, а продолжение старого после паузы со вздохом, обозначенной точкой.

Устный рассказ в различные эпохи был формой передачи культурной, социальной, этической и эстетической информации. Так, Василий Шукшин писал: "Я вырос в крестьянской среде, где представления о том, что есть искусство и для чего оно существует, были особыми. А представления эти таковы, что они уводят больше к песне, к сказке, к устному рассказу или даже складному вранью, но весьма творческого, замечу, характера". Хотя Шукшин ничего про Internet не знал, но слова его очень точно описывают процесс создания текста в Сети и позволяют подойти к нему как к "особому виду искусства".

Суть историй, которые можно отнести к фольклору, заключается обычно в следующем: перед героем (героями) повествования стоит задача, которую в процессе развития сюжета он (они) либо решают, либо терпят поражение. Смысл историй в том, что те действия, которые предпринимает главный герой на пути к достижению своей цели, могут помочь другим людям в аналогичной ситуации. Чем фундаментальнее задача и удачнее ее решение, тем скорее благодарные слушатели запомнят ее и тем вероятнее ее сохранение в фольклоре. Слушая сказку, притчу, песню, вы испытываете определенные чувства, как бы проживаете эти события, что, возможно, поможет вам найти выход из какой-то жизненной ситуации и разрешить внутренние проблемы. "В общем смысле метафору можно определить как средство общения, в котором одна область вещей выражается через термины, принадлежащие к другой области вещей, и все вместе проливает свет на характер проблемы" (Ш. Копп. "Гуру: метафоры психотерапевта").

Тем не понять, кто кактус не любил

Психологи знают, что те сказки (терапевтические метафоры), которые используются в психотерапевтической работе, на бумагу, как правило, не ложатся и чужому уху непонятны. А в Сети автор вынужден записывать свои сказки, если он хочет, чтобы их прочитали и ответили ему. Кроме того, особенности такого текста сочетаются с нежеланием и невозможностью создавать большие формы во время "электронной болтовни", что способствует краткости. Следовательно, Internet-сказки часто являются серьезным психологическим и творческим достижением рассказчика. Следует отметить, что все приведенные ниже тексты - это не психологические разработки специалистов, а просто записи "электронных бесед". Скорей всего, авторы этих текстов и не слышали о терапевтических метафорах, а "лечат" себя сами интуитивно.

Вот, так сказать, программное заявление одного из участников: "Я полюбил кактус, он стоял на окне в кухне. (Вместо лозунга: "Эстетика - в красоте формы". - Прим. авт.) Зеленый, колючий, приятный на ощупь. Я поливал каждый день водою, он рос все выше, все больше, все толще. Но. Однажды ему стало скучно в пространстве горшка, а может он просто влюбился в плоскость горизонтальную пола. Что может быть хуже любви терзающей сны и кактус решил стать свободным. Разбив скорлупу глины он из окна выпал, навстречу простору и солнцу! И так я остался один. снова".

Представленный текст - вполне приличная терапевтическая сказка, или метафора, хорошо отражающая проблемы, мучающие пациента. Эта импровизация не только сама по себе является реабилитацией, но и предоставляет возможность проводить психотерапевтическую работу. А в роли "психотерапевта" в Сети может выступать любой другой участник беседы, обладающий достаточной чуткостью. И если он поможет корреспонденту правильно продолжить или изменить представленную в сказке модель поведения, восприятия или интерпретации, то "рассказчик" сумеет сам справиться со своими внутренними психологическими проблемами. Авторы таких сказок создают их не по заказу, а по собственной инициативе, поскольку у них возникла потребность именно так решить свои психологические проблемы.

Подобные рассказы помогают человеку положительно настроиться, например: "в тайге вот сижу у костра..... тишину слушаю..... ночь уже...... темно - ничего не видно.... и спорить нечего..... я сейчас не хочу ни с кем спорить..... передо мной потрескивает костерок... справа темень хоть глаз выколи, даже деревьев не видно, хотя они совсем рядом стоят... слева то же самое.... сзади тоже подо мной пенек.... надо мной среди черных крон деревьев проглядывают звезды.... и тишина........." В последних словах можно даже почувствовать ритм авторской речи - паузы, замедление, уход в себя...

"Реальность" сказочного мира

Как писал Л.С. Выготский, в искусстве все фантастично и все реально, потому что все условно, и реальность искусства означает только реальность тех эмоций, которые с ним связываются.

Для автора и слушателя приведенных терапевтических метафор дело вовсе не в том, может ли реально происходить что-либо подобное описываемому. Ему важнее знать, что это только сказка. Они должны научиться именно так воспринимать этот текст, потому что тогда он может способствовать разрешению их личных проблем.

Специалисты в области терапевтических метафор считают, что с помощью сказок можно, например, изменить свое отношение к окружающему миру, поведение или круг общения.

Когда рассуждают о фантастике и виртуальных мирах, в том числе об Internet, зачастую высказываются предположения, что виртуальная реальность может стать своего рода наркотиком. Эти опасения не беспочвенны: уже возник термин "Internet-зависимость". Кроме того, корреспонденты иногда обманывают друг друга: одни люди выдают себя за других, называют другой пол или возраст.

Однако, подводя итог, можно сказать, что все-таки Internet - это хорошее средство личностного развития и психотерапии. Тогда, в частности, перестает возникать вопрос о том, произошло ли в действительности описанное в сетевом рассказе событие. Для того чтобы наслаждаться сказкой или работать с ней, не нужно верить в реальность ее сюжета.

Чувства всегда истинны

Связь между фантазией и реальностью хорошо объясняется Л. С. Выготским, который приводит такой пример: "Если я галлюцинирую и, входя в пустую комнату, вижу в углу стоящего разбойника, то фигура эта является, конечно, бредом, и связанная с ней система моих представлений нереальна, потому что ей не отвечает никакая действительность; но страх, который я испытываю от встречи, связанной с галлюцинацией, эмоции совершенно реальны, даже в том случае, если они подавляются успокаивающим сознанием своей ошибки. То, что мы чувствуем, всегда реально".

Этим и объясняется такая привлекательность фантастических произведений. Потребность в них взрослых и детей вполне обоснованна.

Чувства, испытываемые человеком, отражаются не только на его мимике и чисто внешних физических проявлениях, но и влияют на создаваемые человеком образы и представления. Так, чувство грусти заставляет принимать определенные позы или совершать какие-либо движения, а также вызывает грустные воспоминания, фантазии и сны. Зачастую эмоции, не реализованные в жизни, выплескиваются наружу в виде фантастических образов и реализуются в искусстве. При этом происходит освобождение психики от гнета эмоциональной нагрузки.

Это свойство искусства сближает психологическое воздействие сказки и игры. Игра - это подготовка к жизни и одновременно форма детского творчества. Ребенок, играя, всегда творчески преображает действительность. Люди и вещи у него легко перевоплощаются, и хотя он понимает, что палка - не лошадь, на которой можно кататься, а кукла - не сестра, с которой он ссорится, во время игры фантазия позволяет ему скакать на палке и говорить с куклой. Таким образом он воплощает и переживает столь необходимое для него эмоциональное событие. Он в игре создает ситуации, не происходящие в его реальной жизни, отрабатывает нормы поведения, пытается изменить течение событий и т. д. И такое воплощение действительности всегда направляется эмоциональными запросами ребенка.

Вот фрагмент из "Internet-болтовни":

"Mapгo: Дoн: Хочу, чтобы в моем королевстве перестал идти дождь!

Boлaнд: Ладно, всем пока - у меня аудиенция у Господа Бога!!!

Дoн: Mapгo: Можно позвонить в гидромедцентр и устроить та-а-акой скандалище...Помогает.

Mapгo: Boлaнд: Замолви пару слов за меня!

Синица: Гнoм: Привет!!! Встань на цыпочки, чтоб виднее был!!!

Гнoм: Синица: я на стульчике :))

HELLRAISER: Диван стоит, свет горит. Из окна видна даль, так откуда взялась печаль. И вроде жив и здоров. И вроде жить не тужить. Так откуда взялась печаль?"

Конечно, участники приведенного разговора не верят, что пользователь под именем Воланд пошел встречаться с Господом Богом, как он заявляет, однако Марго поддерживает игру и просит замолвить за нее словечко. В данном случае неважно, кто реален, - главное, что чувствуют Воланд и Марго, и зачем им эта игра. Марго, конечно, не рассчитывает на то, что гидромедцентр (по остроумному замечанию Дона) поможет ей в разрешении проблем. Однако "в моем королевстве идет дождь" - это очевидное начало терапевтической метафоры и запрос для психологической работы. А чтобы увидеть, что Hellraiser говорит сам с собой и пишет "сказку на одного" в отличие, например, от Дона с Марго или Синицы, создающих "коллективное" произведение, не нужно никакого психологического образования. А Гном вообще отлично живет в своем образе и на остроту Синицы: "Встань на цыпочки, чтоб виднее был!!!" - немедленно добродушно парирует: "Я на стульчике :))".

В сказке взрослый или ребенок также может создавать свой мир, отражая в фантастических образах реальную проблему или переживания в такой форме, которая позволила бы проиграть жизненную ситуацию и найти приемлемый выход. "Мы не потому играем, что мы молоды, но нам дана молодость для того, чтобы мы могли играть", - сказал психолог К. Гроос. А ведь в Сети любому из нас столько лет, сколько он сам себе назначит, и поэтому сказка, как и игра, - естественная "освободительница", которая помогает "ребенку", любому человеку - взрослому и маленькому. :)


Наталья Петрова - руководитель сервера www.VisualTech.ru. Контактный телефон: (095) 122-72-60

983