Служба новостей IDG

Надежды на создание общеевропейского механизма поиска информации в Internet рухнули из-за несовпадения интересов его разработчиков.

франко-германский проект Quaero, который координировала французская компания Thomson, стал объектом всеобщего внимания, когда в начале января 2006 года президент Франции Жак Ширак заявил: «Мы должны принять вызов, брошенный американскими гигантами Google и Yahoo».

Его выступление натолкнуло некоторых аналитиков на идею сравнить Quaero с авиастроительной корпорацией Airbus, которая соперничает с Boeing и является символом экономической конкуренции между Европой и Соединенными Штатами. Пристальное внимание к проекту показалось чересчур обременительным председателю совета директоров Thomson Франку Дангарду. Он запретил сотрудникам пресс-службы компании давать какие-либо комментарии и приказал закрыть доступ к сайту проекта.

Желания и амбиции

Из-за отсутствия информации определить истинный масштаб и задачи Quaero было затруднительно. Однако, вопреки заявлениям Ширака, стало ясно, что скорого появления прямого конкурента Google и Yahoo ожидать не приходится.

По всей видимости, Quaero должен был представлять собой не отдельный продукт, а проект создания технологий поиска и управления мультимедиа-контентом в Web. Согласно описанию, представленному франко-германской рабочей группой, он предусматривал разработку технологий аннотирования и поиска всех видов контента (в том числе видео и текста), а также перевода результатов поиска на разные языки.

В состав членов консорциума первоначально входили France Telecom, Deutsche Telekom, обладатель собственного механизма поиска Exalead, специализирующаяся на машинном переводе компания Bertin Technologies и французский институт National Institute for Research in Computer Science and Control (INRIA), который должен был создать технологии обработки изображений. Миссия проекта формулировалась высокопарно: Quaero призван способствовать не только экономическому росту, но и сохранению культурного наследия Европы в виде текстовых и мультимедийных документов, к которым граждане смогут получать доступ при помощи разрабатываемых в Старом Свете механизмов поиска.

«С политической точки зрения поводом к запуску проекта, скорее всего, стало осознание того, что доступ к знаниям и информации осуществляется с помощью инструментов, созданных за океаном, — отмечал Алекс Вейбел, директор центра InterACT Center университета в Карлсруэ, который разрабатывал технологии обработки речи для Quaero. — Отсюда — и желание значительно расширить возможности поиска, в частности добавить поддержку мультимедиа и многоязычной обработки запросов».

Год назад было неясно, как пойдет работа над общеевропейским поисковиком, но многие соглашались, что вряд ли пользователям вскоре удастся воспользоваться готовыми продуктами Quaero. Участники проекта тогда еще не определили, как следует делить между собой работы, а Вейбел предположил, что создание некоторых языковых технологий займет несколько лет.

Ведущий аналитик английской компании Ovum Дэвид Бредшоу признал, что участники проекта выиграют даже в том случае, если в его рамках будут созданы лишь более эффективные технологии управления контентом и аннотирования документов.

Цивилизованный развод

К сожалению, далеко не всем радужным планам европейцев суждено было сбыться. В конце декабря 2006 года Хартмут Шауэрте, государственный секретарь федерального министерства экономики и технологии Германии, на встрече с политиками и руководителями бизнеса сообщил о намерении страны выйти из консорциума Quaero. Она решила сосредоточить усилия на национальной программе Theseus, которая посвящена разработке технологий поиска для следующего поколения Internet. «Теперь будут развиваться две отдельные программы — немецкая Theseus и французская Quaero, — подчеркнул представитель министерства Хендрик Лухтмайер. — Мы по-прежнему намерены сотрудничать на уровне рабочих групп, но взаимодействие между немецким и французским правительством в этой области свернуто».

Жан-Луи Беффа, глава исполнительного совета Агентства по промышленным инновациям Франции, отметил, что консорциум столкнулся с проблемами на уровне ключевых технологий. Как пояснил Беффа, французская компания Thomson хотела сосредоточить усилия на управлении мультимедийными ресурсами, в то время как ведущий немецкий партнер Empolis считал приоритетным управление знаниями.

Empolis — дочерняя компания корпорации Bertelsmann, которая возглавит группу Theseus. Она работает с SAP, Siemens и другими немецкими фирмами, а также с German National Library и рядом исследовательских лабораторий из университетов Карлсруэ, Мюнхена и Дрездена. Университет Карлсруэ с самого начала входил в консорциум Quaero. В состав Theseus входят SAP, Fraunhofer Gesellschaft и компания Lycos, возглавляемая Кристофом Моном, семье которого принадлежит мажоритарная доля акций медиагиганта Bertelsmann. Предполагается, что Siemens присоединится к французскому консорциуму вместо Deutsche Telekom, которая вышла из него в начале 2006 года.

Беффа подчеркнул, что его агентство по-прежнему готово финансировать работы в немецких государственных лабораториях, если это будет необходимо для французского проекта. На протяжении следующих пяти лет агентство планирует инвестировать в Quaero 152 млн из общего бюджета 246 млн долл. Агентство передаст деньги конкретным разработчикам лишь после одобрения государственного финансирования проекта управлением Европейской комиссии по защите конкуренции. Это может произойти в I квартале 2007 года.

Лухтмайер отказался сообщить подробности о том, почему германское правительство решило прекратить участие в проекте Quaero. Он лишь отметил, что Theseus не ставит целью разработку конкурирующей с Google технологии поиска. Проект направлен на поддержку организаций, проводящих базовые исследования в таких областях, как технологии поиска и перспективные средства коммуникаций. Вопрос финансирования Theseus должен быть решен правительством Германии в начале 2007 года.


Особенности национального поиска

Поисковые сервисы в Internet представляют собой довольно редкую область ИКТ-рынка, в которой Россия не плетется в хвосте прогресса. Если Франция и Германия только год назад озадачились проблемой создания европейской системы поиска в Internet, то проектам «Яндекс» и Rambler.ru в текущем году исполняется 10 и 11 лет соответственно.

Именно эти поисковые системы долгое время занимали монопольное положение в Рунете, обрабатывая подавляющее большинство запросов от русскоязычных пользователей. Однако сейчас ситуация с потребительскими предпочтениями начала меняться, и связано это с мощным продвижением на отечественный рынок локализованной версии портала Google.

Сумеют ли российские поисковые системы выстоять против натиска заокеанского гиганта онлайновой индустрии? Нужны ли вообще нашим соотечественникам «национальные» поисковые механизмы, или их полностью смогут заменить русифицированные международные проекты? И должно ли государство заниматься поддержкой национальных поисковых ресурсов, дабы мы имели гарантированную возможность пользоваться ими в будущем? На эти вопросы нам ответили глава представительства Google в России Владимир Долгов и руководитель пресс-службы «Яндекса» Михаил Ушаков.

Владимир Долгов считает спорным само определение «национальный» применительно к поисковику. Система, осуществляющая поиск на языке конкретной страны, может считаться национальной. Например, Google — поисковик номер один в Германии и Великобритании, поэтому можно сказать, что пользователи выбрали Google.de и Google.co.uk как «национальные» поисковые системы этих стран.

Необходимость в новых поисковых системах, по мнению Долгова, обусловлена не национальным фактором, а качеством работы ныне действующих проектов. Проблемы качественного поиска и доступа к информации могут одинаково эффективно решаться как международными, так и местными системами.

Михаил Ушаков убежден, что в Internet нет государственных границ, зато есть границы языковые и технологические. Успешным становится тот онлайновый проект, который предлагает пользователю хорошее качество услуг и при этом близок его культурной среде. Примерами «локализованных» сервисов можно считать китайскую поисковую систему Baidu, корейскую Naver и чешскую Seznam. Рассуждать о «нужности» подобных ресурсов для российского потребителя, по словам Ушакова, бессмысленно. Отечественными поисковиками пользуются десятки миллионов людей

Вместе с тем Ушаков допускает, что если международные компании научатся воспринимать русскоязычную культуру «как родную», разница между ними и «местными» Internet-ресурсами исчезнет. Но достичь этого будет очень непросто. Вопрос государственного участия в «национальных» Internet-проектах следует рассматривать в контексте поддержки развития всей отрасли. Создание поисковой машины на государственные деньги может стать одним из способов выражения этой поддержки, но очевидно, что для Европы такой шаг сейчас более актуален, чем для России.

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями