Благодаря либерализации отрасли связи государственные и коммерческие операторы получили возможность выбора из множества продуктов и решений, предназначенных для построения телекоммуникационных сетей и предоставления услуг. Зачастую этот выбор оказывается не в пользу российских компаний, выпускающих средства связи. И если на политику предприятий государственного сектора органы власти и управления еще как-то могут повлиять, рекомендуя им поддерживать отечественного производителя, то куда более многочисленный коммерческий сектор полностью независим в выборе поставщиков.

С одной стороны, появление в России свободного рынка — весомый аргумент для принятия нашей страны в международное сообщество. А как известно, эта задача входит в число государственных приоритетов. С другой стороны, формирование неуправляемого конкурентного рынка больно ударит по отечественным производственным компаниям, которые только начинают подниматься на ноги.

Стратегия завоевателя

Заместитель генерального директора РАСУ Сергей Алексеевич Муравьев не скрывает, что его ведомство намерено лоббировать интересы отечественного производителя средств связи. Он обосновывает эту позицию тем, что иначе невозможно остановить экспансию иностранных компаний в Россию. Для завоевания новых рынков сбыта они не гнушаются применять недозволенные методы. И один из самых распространенных — ценовой демпинг. Муравьев рассказывает, что собственными глазами видел телевизоры Sony сингапурской сборки, которые в Москве продаются по 195 долл., а в самом Сингапуре — по 230 долл.

Крупнейшим производителям телекоммуникационного оборудования выгодно «посадить на иглу» местных клиентов, продавая свою продукцию по цене, заведомо меньшей ее себестоимости. Более слабая российская ИТ-индустрия, конечно же, не сможет долго выдерживать ценовое давление западных корпораций, и наши предприятия рано или поздно потеряют заказчиков. Правда, последним это тоже невыгодно, поскольку импортеры-монополисты тут же сменят условия игры и начнут диктовать покоренному рынку свои условия. Схожая картина наблюдается и в сфере бытовой электроники: после открытия границ для импортных товаров производство отечественных телевизоров упало с 12 до 1,5 млн штук в год, а российскую аудио- и видеотехнику поминай как звали.

РАСУ достаточно жестко отстаивает интересы отечественного производителя. Это и понятно, ведь в его ведении находятся предприятия оборонного комплекса страны, являющегося вторым (после сырьевого сектора) донором национальной экономики. С точки зрения РАСУ, все выпускаемые в России системы связи имеют «двойное назначение». Иными словами, их можно применять как в военной, так и в гражданской сфере — в зависимости от комплектации средствами защиты информации, помеховыми фильтрами или сверхчувствительными приемниками.

В полномочия РАСУ входит проведение антидемпинговых расследований в отношении зарубежных конкурентов российских компаний. Но в нашей стране есть и такие службы, которые проверяют обоснованность аргументов РАСУ в пользу поднятия таможенных пошлин. По сути, они являются своеобразными адвокатами зарубежных импортеров. Таким образом, можно надеяться, что «второго автопрома» на российском рынке телекоммуникаций не возникнет.

Методика вытеснения

Западные производители, призывающие нашу страну к скорейшему вступлению в ВТО, полагают, что международные декларации станут действенным ограничителем таможенных барьеров на пути продвижения их продукции на российский рынок. Однако в запасе у лагеря отечественных производственников есть и другие рычаги воздействия на импортеров, например соответствие той или иной продукции национальным стандартам качества, техническим требованиям и ГОСТам. При наличии отклонений от действующих норм Россия будет вправе увеличивать размер таможенных пошлин.

Впрочем, административные методы не решают задачу обеспечения конкурентоспособности отечественных средств связи. Главная проблема кроется даже не в качестве продукции (которое за последние годы существенно повысилось), а в недостаточно мощной маркетинговой и рекламной поддержке наших предприятий. Вывод любого продукта на рынок сопряжен с большими затратами на рекламу, а соответствующими бюджетами российские компании похвастаться не могут. В результате РАСУ приходится проводить «разъяснительную работу» с самыми крупными потенциальными заказчиками оборудования, подчеркивая, что отечественные товары, как правило, отличаются от импортных аналогов дешевизной, гарантированным обслуживанием и меньшей совокупной стоимостью владения. Но массовый рынок по-прежнему живет по своим законам.

В активе головного ведомства российской оборонки уже есть ряд успешных «операций» по вытеснению с внутреннего рынка зарубежных товаропроизводителей. Можно привести пример с оборудованием радиолокации для аэропортов. В начале 80-х годов в СССР интенсивно вводили в строй радиолокаторы итальянского производства, но в начале 2000-х стало ясно, что оборудование этого поколения износилось и его нужно менять. Итальянские и прочие поставщики, конечно же, рассчитывали на продолжение сотрудничества с российскими заказчиками, но в РАСУ настояли, чтобы авиадиспетчерские службы перешли на продукцию Лианозовского электромеханического завода, который выпускает локаторы, соответствующие мировым стандартам.

Схожая ситуация сейчас наблюдается и в отрасли телерадиовещания. Государственные компании меняют передатчики сигнала устаревшего поколения, и Сергей Муравьев надеется, что их можно убедить использовать системы вещания российского производства.

Межведомственные компромиссы

На операторов связи РАСУ влиять значительно труднее, поскольку они непосредственно подчиняются другому ведомству, Минсвязи РФ. А взаимоотношения двух управляющих ведомств на «сопредельной» территории всегда неоднозначны. Зачастую спасают только компромиссные решения.

Минсвязи, к примеру, самостоятельно устанавливает сертификационные требования к телекоммуникационному оборудованию, которые позволяют его использовать во взаимоувязанной сети связи России. Кроме того, у головного связного ведомства есть «Концепция развития рынка телекоммуникационных услуг РФ до 2010 года», принятая правительством, в то время как «Концепция развития рынка телекоммуникационного оборудования РФ на 2002—2010 годы», разработанная РАСУ, не утверждена на высшем уровне. Таким образом, Минсвязи имеет больше возможностей диктовать телекоммуникационным производителям правила игры на российском рынке, а насколько оно заинтересовано в подъеме отечественного производства — покажет время.

Тем не менее межведомственное взаимодействие кое-где налаживать удается. Скажем, в состав Государственной комиссии по радиочастотам (ГКРЧ РФ) входят представители Минсвязи, РАСУ и ряда оборонных ведомств. Они сообща решают проблемы выделения частотных присвоений различным радиослужбам с учетом как мирового распределения частот, так и возможностей отечественной радиопромышленности.

По словам Сергея Муравьева, общность позиций обнаружилась в вопросе перевода национального телерадиовещания на цифровые рельсы. Заинтересованные ведомства согласовали перечень выделяемых номиналов частот, а отечественная промышленность уже приступила к разработке устройств для приема цифрового телесигнала. При этом речь идет о создании как дополнительных плат аналого-цифрового преобразования, подключаемых к аналоговым телеприемникам, так и нового поколения абонентских терминалов, которые обеспечивают прием цифрового широковещательного сигнала и высокоскоростной доступ к Internet.

В РАСУ считают, что перевод государственных телеканалов на цифровые технологии вещания может произойти через пять лет. К этому моменту российская электронная промышленность должна обеспечить выпуск необходимого количества цифровых приемников или плат преобразования. Насколько масштабен и социально значим этот процесс, можно понять, хотя бы ориентируясь на то, что в нашей стране проживают почти 150 млн человек и практически у каждой семьи есть обычный телевизор.

Разумеется, столь масштабные технологические реформы являются отличным стимулом для развития производства электронных компонентов. Между тем ФЦП «Национальная технологическая база» действует в нашей стране довольно давно, и развитие технологий создания электронно-компонентной базы является одной из ее приоритетных задач. Вообще же данная ФЦП, вокруг которой шума почему-то гораздо меньше, чем по поводу «Электронной России», призвана способствовать созданию технологической среды, а не конечных продуктов. Это означает, что участвующие в программе производственные предприятия должны обладать технологическим оснащением, необходимым для выпуска той или иной высокоинтеллектуальной продукции в рамках госзаказа.

Основа всех основ

Если пристально рассмотреть российское производство интегральных микросхем, то можно понять, что ситуация не так плачевна, как кажется на первый взгляд. Как утверждает Муравьев, наши электронные предприятия выпускают вполне достойные (по мировым меркам) микрочипы для некоторых отраслевых сегментов. Особенно уверенно они чувствуют себя в тех нишах, где сборщики конечной продукции не предъявляют высоких требований к габаритам и энергетике устройств. А это и военная техника, и космические аппараты, и специальная технологическая связь.

Однако пока российская электронная промышленность не освоила перспективные 0,11- и 0,13-микронные технологии выпуска полупроводниковых кристаллов, говорить о серьезной конкуренции с портативнымим изделиями западного образца не приходится. На создание подобного производства в России уйдет, по расчетам специалистов, не менее 1 млрд долл. У государства «таких денег нет», а коммерческие структуры справедливо опасаются за окупаемость крупных инвестиций в развивающийся сектор.

Тем временем процесс развития элементной базы переходит в разряд государственной стратегии. В 2002 году Владимир Путин утвердил «Основы политики РФ в области развития электронной компонентной базы на период до 2010 года и дальнейшую перспективу». За последние 15 лет это первый документ такого масштаба и значимости в электронной промышленности страны. Утвержденная политика обеспечивает некое палеативное решение вопроса: коль скоро организация комплексного производства новейших микросхем (от проектирования до массового выпуска) весьма проблематична, то можно начать с моделирования кристаллов в российских лабораториях и их тиражируемого выпуска на заводах Тайваня. В таком случае Россия, сохранив за собой технологии разработок и ноу-хау, получит достаточное количество электронных компонентов.

Другая часть стратегии касается «импортозамещения» электронных компонентов, первоначально применявшихся в готовых изделиях, на аналогичные отечественные микросхемы. Такие изделия, согласно «Основам политики...», относятся к той категории конечных продуктов, в которой допустимо использование импортной электроники на определенных условиях. Прежде всего, речь идет об обязательном воспроизведении закупаемых за рубежом элементов на нашей производственной базе. Конечно, это не самый легкий путь для российских изготовителей высокотехнологичных систем, но под лежачий камень вода не течет.

Возможно, более простой вариант — разработка собственных интегральных микросхем требуемой функциональности. РАСУ имеет пусть небольшие, но все же ощутимые для российской науки финансовые рычаги управления прикладными исследованиями. В 2002 году из бюджета ФЦП «Национальная технологическая база» агентство получило 400 млн руб. на НИиОКР и 100 млн руб. — на инвестиционные проекты. Эти средства направляются на поддержку научно-технических разработок в области полупроводниковых компонентов (на конкурсной основе). Одним из главных требований конкурса является наличие у конкурсанта возможности софинансирования проекта.

Кроме того, в течение года РАСУ объявляет конкурсы на создание технологической базы для продуктов, применяемых в телекоммуникациях (от экспериментальных решений до опытного образца). В текущем году будут рассмотрены предложения претендентов, касающиеся выпуска оптического оборудования спектрального уплотнения (уровня STM-16) и систем цифрового телевещания. Как видно из представленных номинаций, государственный орган управления оборонной отраслью не отстает от передовых веяний в мире телекоммуникаций.


Наша справка

Российское агентство по системам управления (РАСУ) создано в соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 25 мая 1999 года. Ему переданы функции, ранее выполнявшиеся Министерством экономики РФ в областях радио-, электронной промышленности и промышленности средств связи. РАСУ является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим исполнительные, контрольные, разрешительные, регулирующие и другие функции в сфере радиоэлектроники и систем управления. Руководство РАСУ вправе назначать директоров государственных предприятий и обеспечивать оперативное управление последними. В отношении коммерческих предприятий это ведомство вырабатывает и координирует единую техническую политику.

На сегодня в ведении агентства находятся примерно 800 отечественных предприятий, из которых 250 работают на рынке средств связи. РАСУ выступает государственным заказчиком в ФЦП «Национальная технологическая база», «Электронная Россия» и ГЛОНАСС.

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями