Рисунок 1. Схема сети системы видеоконференции Челябинского областного суда.

Видеоконференции находят практическое применение в судебной системе.

Dura lex, sed lex.

К сожалению, это случается не так часто, как нам хотелось бы, поскольку «скучный» с технической точки зрения проект нередко оказывается весьма показательным с точки зрения эффективности. Что поделать, рациональный подход заставляет выбирать обкатанные решения, и многие технические «изыски» так и не находят себе применения из практических соображений, несмотря на то что они могут уже и не быть принципиальными новшествами. Нелегкая судьба в этом плане у видеоконференций. В принципе, с их использованием в корпоративных решениях нам приходилось сталкиваться неоднократно, но в большинстве случаев мы об этом и не упоминали, поскольку они представляли собой по преимуществу занятную игрушку для большого начальства. Собственно говоря, такой стереотип восприятия видеоконференций, как средства для того, чтобы начальник мог удаленно смотреть в глаза подчиненному (а подчиненный — есть глазами начальство), или, в крайнем случае, для проведения совместных совещаний между двумя удаленными офисами компании, сегодня доминирует. Публикуемый в данном выпуске материал дает шанс этот стереотип поколебать.

ОБЖАЛОВАНИЮ ПОДЛЕЖИТ

Как гласит пословица, «От сумы да от тюрьмы не зарекайся». К сожалению, отечественной судебно-пенитенциарной системе приходится работать на полную мощность. С недавних пор и так достаточно высокая нагрузка на судебные учреждения стала потенциально еще выше. Речь идет не о внезапном всплеске преступности, просто в уголовно-процессуальном законодательстве было исправлено одно упущение.

Согласно отечественному законодательству, при рассмотрении кассационной жалобы судом второй инстанции (т. е. когда осужденный требует пересмотреть слишком суровый, на его взгляд, приговор) личное присутствие осужденного не требовалось. Вызывать или же нет его на заседание, суд решал по своему усмотрению. Не так давно такой порядок дел был (после протеста одного из осужденных и его адвоката) рассмотрен Конституционным судом и признан недопустимым. Отныне вопрос присутствия на суде второй инстанции осужденные могут решать по своему желанию. С точки зрения соблюдения законности и прав человека это постановление Конституционного суда должно, бесспорно, повлечь изменения в лучшую сторону, однако оно чревато серьезными организационными проблемами.

Во-первых, осужденных, выразивших желание лично присутствовать на суде (а такое желание для человека, когда решается вопрос об одном или даже нескольких годах его жизни, вполне естественно), надо доставлять в зал суда. Соответственно, нагрузка на конвойную систему, а следовательно, и накладные расходы заметно возрастают (по статистике, жалобы подаются более чем в 10% случаев практически сразу же после объявления приговора). Во-вторых, организовать доставку может оказаться совсем не просто. Более того, подобные проблемы могут возникнуть, даже если осужденный еще находится в СИЗО. Со своим приговором обвиняемый знакомится в суде, который расположен, как правило, в том же населенном пункте, где и СИЗО, но рассмотрение жалобы осужденного происходит в суде более высокого уровня, который может находиться и в другом городе: например, суд может состояться в Магадане, а рассмотрение жалобы в Верховном суде в Москве. Учитывая то, что люди обычно цепляются за любую возможность улучшить свою незавидную участь, эти обстоятельства грозят вызвать серьезные проблемы, когда реализация своего конституционного права осужденными примет массовый характер. Заметим также, что чем выше уровень суда, тем менее типичной для него до недавнего времени являлась задача доставки и временного содержания осужденных.

Все вышеизложенные проблемы стали актуальными и для Челябинского областного суда. В силу своей должности председатель суда Федор Михайлович Вяткин должен был обеспечить, с одной стороны, неукоснительное исполнение закона, а с другой — эффективность работы вверенного ему суда, поэтому он был вынужден заняться решением этой проблемы. Для решения такой комплексной задачи председатель суда решил воспользоваться опытом своих американских коллег. США, согласно недавно опубликованной статистике, занимают первое место в мире по количеству граждан, отбывающих наказание в заключении, соответственно, судебная система этой державы испытывает схожие проблемы. В тех случаях, когда личное присутствие обвиняемого в зале заседаний суда не является обязательным, в США используют видеоконференции, благодаря которым все участники судебного процесса могут лицезреть друг друга на расстоянии. Имело смысл опробовать эффективность американского подхода в наших условиях.

В этом начинании Вяткина поддержал директор регионального предприятия электросвязи «ЧелябинскСвязьИнформ» Анатолий Яковлевич Уфимкин, взяв на себя решение вопросов технического обеспечения пилотного проекта и его финансирование. Поскольку специализацией «ЧелябинскСвязьИнформ» является все же организация каналов связи, для реализации видеочасти проекта была привлечена московская компания «Стэл — Компьютерные Системы», профессионально занимающаяся решениями в области видеоконференций. Работы над пилотным проектом были начаты в первые дни лета 1999 года.

СЛОВО ПОДСУДИМОМУ

Пилотный проект предусматривал организацию видеоконференц-связи (ВКС) между зданием областного суда и СИЗО-1 Челябинска. В центре телематических услуг «ЧелябинскСвязьИнформ» был установлен коммутатор Cisco Catalyst 1924, к которому при помощи оборудования HDSL компании Schmid Telecommunication было подключено оборудование для организации видеоконференций в обоих учреждениях. В здании суда был установлен групповой терминал VCON Quick Connect 2L. К нему были подключены управляемая видеокамера (через модуль VideoTop) Sony EVI-D31, телевизор с диагональю 29 дюймов и стационарная микрофонная система зала. В СИЗО был помещен терминал видеосвязи на базе мультимедийного ПК, с установленным в нем кодеком VCON Escort 25 Pro и подключенной к кодеку видеокамерой. Для подавления эха (помещение, где установлен абонентский терминал, имеет по понятным причинам весьма ограниченные размеры) на ПК была установлена система SoundPoint Pro.

Связь между СИЗО и судом осуществляется со скоростью 512 Кбит/с (практика показала, что в данном режиме работы этой пропускной способности вполне достаточно для обеспечения хорошего качества изображения и звука), сама видеоконференция реализуется по протоколу H.323 по TCP/IP.

Организацию сеанса связи обеспечивают сотрудники Отдела информатизации суда (также принимавшие активное участие в реализации проекта) и персонал СИЗО, дальнейшее управление процессом (режиссирование, образно говоря) осуществляется непосредственно судьями. В соответствии с ходом заседания в зависимости от того, кому передается слово при помощи пульта дистанционного управления, судья выбирает одно из предустановленных положений камеры. Таким образом осужденный может видеть (и, разумеется, слышать) выступления всех, находящихся в зале участников процесса — обвинения, защиты и суда. При необходимости (если, например, у осужденного не выдержат нервы, и он начнет сквернословить) с пульта можно отключить подачу звука из СИЗО, о чем осужденный предупреждается заранее.

Поскольку виртуальное участие в процессе пока не формализовано, до начала заседания у осужденного и его адвоката необходимо получить согласие на проведение суда в подобном режиме (напомним, личное присутствие не безусловно-обязательно, а зависит только от желания осужденного), после чего осужденному предоставляется возможность убедиться в качестве связи, звука и изображения. После того как осужденный подтверждает качество — т. е. то, что виртуальное присутствие на заседании осуществлено, — начинается собственно заседание. Оно происходит, естественно, как обычно, за тем только исключением, что осужденный присутствует в виде изображения на экране телевизора, а сам лицезреет участников заседания на мониторе в соответствии с фактическим сценарием процесса.

Первые результаты пилотного проекта оказались более чем обнадеживающими. Прежде всего, все заинтересованные лица, включая работников суда и сотрудников СИЗО, с готовностью восприняли технические нововведения, наверное, потому, что они уже предвидели ожидаемые преимущества и предполагали ими воспользоваться. При всем объяснимом недоверии среди осужденных (и их адвокатов) к предлагаемым оппонентами новшествам доля лиц, согласившихся на виртуальное присутствие в суде (в первые недели внедрения решения), оказалась достаточно высока — приблизительно 25%. Следует отметить, что ни у адвокатов, ни у их клиентов, согласившихся на такой режим работы, не было протестов по поводу принятой судом формализации «виртуальной» составляющей процесса, и таким образом был создан прецедент (точнее, прецеденты).

Однако результатом пилотного проекта является не только юридическое признание ВКС, как одного из технических средств проведения процессов (хотя и это важно).

После внедрения системы эффективность (в терминах нашего журнала — производительность, если это слово употребимо в данном случае) работы суда заметно повысилась за счет сокращения различного рода организационных проволочек (задержка в дороге конвоя, поломка транспорта и соответственно перенос заседания и т. п.). При существующей интенсивности заседаний это решение может дать и ощутимое сокращение расходов на конвоирование осужденных. При достаточной условности расценок на подобные мероприятия в госструктурах, расходы эти сложно оценить в реальной себестоимости, но даже если взять за основу существующий «прейскурант», то получается, что система реально окупает себя. Помимо системы правосудия в выигрыше, очевидно, оказываются адвокаты, чье время стоит дорого.

Несомненно, большое бремя снято с самого СИЗО, поскольку процесс конвоирования осужденного в зал суда и обратно — процедура длительная и отвлекает достаточно много людских ресурсов. Не стоит также забывать, что на конвой и его организаторов ложится достаточно высокая ответственность за доставку осужденного, так как вероятность побега (например, непреднамеренного, в случае аварии) существует всегда, даже если конвоируемый не матерый преступник. Когда же осужденный не покидает стен СИЗО, груз ответственности становится меньше.

Наконец, в определенном смысле ВКС облегчает жизнь самих осужденных. Помимо ускорения рассмотрения их жалоб благодаря повышению эффективности работы суда, им больше не приходится терпеть дискомфорт, связанный с конвоированием. «Шлюзование» в СИЗО, транспортировка в наручниках, возможное вынужденное ожидание в фургоне (если заседания затянутся и график нарушится) невзирая на жару или холод, проблемы с доступностью гигиенических удобств и питания — все это удовольствия ниже средних. Теперь их можно избежать хотя бы на этапе рассмотрения кассационной жалобы, так что и с точки зрения прав человека, и гуманного отношения к заключенным налицо определенный прогресс.

Положительные результаты пилотного проекта дают основания развивать решение и дальше, как в рамках области (на очереди — организация линии ВКС с Магнитогорским СИЗО), так и в судебной системе в целом (в настоящее время опыт Челябинского областного суда внимательно изучается). Наличие терминалов ВКС в СИЗО и исправительных учреждениях дает, в принципе, возможность повысить эффективность правосудия. Например, следователь Генеральной прокуратуры сможет принимать участие в допросе осужденного в качестве свидетеля по тому же или другому делу удаленно, не тратя несколько дней на выезд в отдаленные края. Но опять-таки даже один-единственный вариант применения ВКС в судебной системе уже сулит перемены к лучшему.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Собственно техническая часть этого материала получилась достаточно небольшой (по сравнению с тем, какое место она обычно занимает в рубрике). Это и не удивительно, поскольку речь идет не о корпоративной сети, а о довольно компактном (на текущем этапе) решении. Нашей задачей в данном случае было показать, что видеоконференции реально находят практическое применение, и поэтому небольшой объем технической информации мы постарались скомпенсировать рассказом о собственно решаемой задаче, отдаче от внедрения решения и различных организационных вопросах. Рыночная ниша для видеоконференций заметно шире, чем кажется, и изучение опыта Челябинского областного суда (возможно, правда, далеко не всегда проецируемого в явном виде на задачи других организаций) может дать хороший повод для размышлений о возможном применении видеоконференций. К тому же, как видим, виртуальное участие в различного рода мероприятиях вполне поддается нормативной формализации, что немаловажно.

Александр Авдуевский — обозреватель LAN. C ним можно связаться по адресу: shura@lanmag.ru.


В двух словах: Челябинский областной суд

Челябинский областной суд

Россия, 454006, Челябинск, ул. Труда, 34.

Факты. В компетенцию Челябинского областного суда входит рассмотрение кассационных жалоб осужденных судами первой инстанции. Согласно новым изменениям в законодательстве, осужденные имеют право лично участвовать в заседаниях судов второй инстанции по их делам. Это нововведение влечет за собой необходимость доставки осужденных из мест заключения в суд и обратно, что связано с дополнительными затратами материальных и людских ресурсов и другими организационными сложностями.

Задача. Перед судом встала задача обеспечить соблюдение законодательства и в то же время эффективность собственной работы (и областной системы правосудия в целом). Доставки заключенных в зал суда желательно было по возможности избежать, не ущемляя при этом их прав.

Решение. В качестве альтернативы осужденным решено было предложить участвовать в заседании виртуально, т. е. в качестве абонента системы видеоконференц-связи. Осужденный, таким образом, получал возможность следить за ходом процесса и просить при необходимости слова, находясь физически в следственном изоляторе. Вопросы правомерности и состоятельности подобных режимов заседаний были решены без особых затруднений и протестов со стороны осужденных и их адвокатов.

Вывод. Вопреки расхожему представлению о видеоконференц-связи, как о некотором излишестве, ниш для ее применения с реальной практической отдачей от внедрения существует достаточно много как в мире, так и в нашей стране. Более того, как показывает рассмотренный пример, ВКС может помочь найти выход из достаточно затруднительной ситуации. Кроме того, внедрение виртуальной составляющей в различные организационные процессы вполне поддается формализации с точки зрения нормативных актов и законодательства.

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями