По словам Юрия Ершова, владелец бизнеса в предложениях ИТ-компаний видит только затраты, но не эффективность Для этого системы CAD/CAM должны перестать быть автономными инструментами, их необходимо интегрировать с информационными ресурсами предприятия. Но эта задача тянет за собой целый шлейф проблем. Эти проблемы обсуждали участники круглого стола, который организовала редакция журнала «Директор информационной службы» при участии компании АСКОН.

По мнению Ильи Хармаца, руководителя центра компетенций «Автоматизация управления производством» компании АСКОН, перед интегратором чаще всего ставится задача интеграции САПР системой PDM, а также системы PDM с системами MRP/ERP. В этом случае роль системной интеграции сводится всего к двум задачам: снизить влияние информационных фильтров на эффективность работы предприятия в целом (в простейшем варианте — уменьшить число ошибок при передаче информации между подразделениями); увеличить пропускную способность информационных каналов, чтобы структурные подразделения получали больше нужной информации в более короткие сроки. И поскольку нет такого решения, которое охватывало бы все задачи предприятия, без интеграции прикладных систем не обойтись.

Но в каждом проекте приходится определять, кто обладает правами на внесение изменений в информацию, содержащуюся в системе, кто и какие данные может просматривать и копировать, как сделать так, чтобы пользователи видели только необходимую им информацию — причем с той точки зрения, которая соответствует их профессиональной роли (к примеру, конструктор, технолог и бухгалтер станок с ЧПУ воспринимают по-разному).

Юрий Ершов, директор по конструкторской и исследовательской работе, главный конструктор Электростальского завода тяжелого машиностроения, отметил другую проблему с внедрением ИТ. В условиях, когда, как он выразился, в стране сложилась «система ускоренной капиталиации», владельцы промышленных предприятий не отказываются от вложений в автоматизацию, но делят инвестиции на три группы.

Первая — это вложения в ликвидные активы, станки, печи, оборудование и пр. Иначе говоря, то, что можно будет в случае чего продать. Вторую группу образуют инвестиции в ресурсы, которые обеспечивают функционирование первой группы. Например, в энергетику предприятия или кадры (причем затраты на кадры стоят в самом конце). И третья группа, самая, по его словам, беспомощная, — это группа неликвидных активов, в которую входят расходы в том числе и на ИТ. Лицензию на ПО, которая через год устаревает и требует обновления, не перепродать и не вернуть разработчику. Владельцы в принципе готовы к затратам на программное обеспечение, но им важно понимать, каким образом эти затраты окупятся через два-три года. Однако гарантий окупаемости ИТ-компании, разумеется, не дают, в лучшем случае называя статьи или направления, где можно ожидать отдачи от инвестиций. Поэтому, по словам Ершова, владелец бизнеса в предложениях ИТ-компаний видит только затраты.

«Если бы интеграторы были готовы прийти на предприятие и возглавить службы, например, главного технолога, получая за это зарплаты, принятые на данном предприятии, то через два-три года при достижении обещанного ими результата можно было бы оплатить лицензии и другие затраты. Тогда бы к предложениям ИТ-компаний, способных создавать высокоэффективные предприятия, владельцы бизнеса относились бы с большим интересом», — заключил Ершов.

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями

Купить номер с этой статьей в PDF