«Директор информационной службы»

Тема технопарков становится все более остро и противоречиво обсуждаемой

Тема технопарков как средства концентрации усилий отечественной ИТ-индустрии для завоевания рынка офшорного программирования становится все более остро и противоречиво обсуждаемой. Прояснить точку зрения Министерства экономического развития и торговли РФ на эти вопросы обозреватель журнала «Директор информационной службы» Олег Седов попросил Артема Шадрина, начальника отдела программ социально-экономического развития Департамента стратегии социально-экономических реформ МЭРТ.

Последнее время идея технопарков как плацдарма для завоевания мирового рынка офшорного программирования отечественными компаниями подвергается сильной критике. Необходима комплексная политика государства. В чем эта политика может быть выражена?

Развитие технопарков — общепринятый в мире механизм поддержки развития инновационно активных предприятий. Государство вкладывается в инфраструктуру, предприятия экономят на издержках.

Артем Шадрин: «Создание технопарков фактически будет поддержано в рамках создания особых экономических зон»

Создание технопарков фактически будет поддержано в рамках создания особых экономических зон. Государство не просто предоставляет предприятиям на территории ОЭЗ льготный налоговый и таможенный режим, упрощенную систему регулирования предпринимательской деятельности, но и финансирует строительство необходимой инфраструктуры.

Вместе с тем, на мой взгляд, создание технопарков — не самое узкое место в сфере информационных технологий. В первую очередь необходимо увеличить объем и качество подготовки ИТ-специалистов.

С одной стороны, недостаточно кадров требуемой квалификации, с другой — оставляет желать лучшего сама их подготовка. Отсутствие отечественных школ по многим из направлений компьютерной науки ведет к соответствующим пробелам в подготовке кадров.

Государство должно обеспечить работодателям поддержку в реализации программ непрерывного образования их сотрудников; для ИТ-отрасли это особенно актуально. Хороший пример — действующая с 1997 года Президентская программа переподготовки управленческих кадров для народного хозяйства.

В программе участвуют специалисты, направляемые промышленными и торговыми предприятиями, а также предприятиями сферы услуг всех форм собственности, отобранные на конкурсной основе. Программа осуществляется на условиях софинансирования из средств федерального бюджета, бюджетов субъектов Федерации, предприятий и собственных средств специалистов. С 1998-го по 2004 год обучение в рамках программ прошли почти 35 тыс. человек. После завершения подготовки участникам программы предоставляется возможность стажировки на профильных предприятиях в России и за рубежом. Думаю, что практика реализации подобных программ должна быть существенно расширена.

Кроме того, для повышения конкурентоспособности системы подготовки кадров необходим принципиально более высокий, чем сейчас, уровень взаимодействия между работодателями и учреждениями профессионального образования.

Министерством образования и науки разработан проект закона, предоставляющего объединениям работодателей право участвовать в разработке образовательных стандартов и аттестации вузов. На наш взгляд, участники рынка, отраслевые ассоциации также должны получить возможность, участвуя в деятельности учебно-методических объединений, влиять на содержание учебных планов и образовательных программ вузов, обеспечивая соответствие их содержания потребностям рынка труда.

Что может служить для бизнеса стимулом для участия в подобных программах?

Инициатива уже сейчас исходит от бизнеса. Задача государства — сделать так, чтобы заинтересованность бизнеса в повышении качества образования была востребована. В Великобритании государство из бюджета платит деньги образовательным советам, сформированным представителями бизнеса. Не уверен, что мы сейчас найдем для этого деньги, но, по крайней мере, обеспечить, чтобы все разумные предложения бизнеса активно учитывались, — необходимо.

В МЭРТ не раз обозначали свою позицию, что само по себе активное стимулирование развития сектора ИКТ не имеет смысла. Можно ли прокомментировать эту точку зрения министерства?

Ставить какую-то одну отрасль в привилегированное положение неправильно — хотя бы уже потому, что нельзя однозначно сказать, что какая-то отрасль лучше или хуже другой. Следуя логике установления отраслевых приоритетов, мы будем автоматически мотивировать предприятия вкладывать деньги не в повышение эффективности производства, а на лоббистские ухищрения.

Но для экономики страны в целом очень важна поддержка несырьевого экспорта, поскольку нам необходимо диверсифицировать экономику, уменьшить риски, связанные с диспропорциями в структуре внешней торговли. С этой точки зрения необходимо расширять объемы поддержки (в том числе финансовой) несырьевого экспорта — вне зависимости от отраслевой принадлежности. Какие шаги предпринимаются в этом направлении?

У нас уже действует программа, которая не носит отраслевой направленности, программа по поддержке малого предпринимательства. В ее рамках производится субсидирование маркетинговых расходов малых и средних предприятий по выходу на внешние рынки — той части затрат, которая связана с уплатой процентов по кредитам, расходов по сертификации, регистрации и другим формам подтверждения соответствия, затрат по аренде выставочных площадей для участия в зарубежных выставках.

Механизм предусматривает софинансирование на конкурсной основе из федерального бюджета и соответствующих расходов субъектов федерации. Только из федерального бюджета на эту форму поддержки экспорта в 2006 году предполагается выделить 150 млн. рублей.

Вместо того чтобы государству финансировать какую-либо инициативу, не лучше ли найти взаимовыгодные рыночные механизмы или государственные рычаги, стимулирующие развитие той или иной отрасли?

Есть определенные проблемы, связанные со снижением административных барьеров для бизнеса. Возможно, именно на это и стоит повернуть те лоббистские ресурсы предпринимателей, которые существуют.

Чтобы добиться успеха на ниве офшорного программирования, недостаточно убедить себя в готовности к этому. Придется обыграть несколько сильных игроков и получить согласие стран, использующих услуги офшорного программирования. Что необходимо предпринять на частном, государственном и ведомственном уровне для выполнения этой сложной задачи?

Наверное, действительно весь мир мы не завоюем, а завоюем часть, но достаточно большую. Пока аргументы, что мы обладаем в этой сфере определенными преимуществами, выглядят очень убедительными. Темпы роста объемов экспорта программного обеспечения, которые фигурируют ежегодно в аналитических отчетах, у нас достаточно высокие, создается впечатление, что есть потенциал и для дальнейшего роста.

Что предстоит сделать государству? В первую очередь улучшить качество образования и количество подготовленных кадров. Во-вторых, использовать на практике сформированный механизм особых экономических зон; в бюджете 2006 года на развитие их инфраструктуры предполагается выделить 8 млрд. рублей). В-третьих, расширить объем венчурного капитала, финансирующего инновационные проекты в сфере высоких технологий. Сейчас Минобрнауки совместно с МЭРТ готовит проект постановления правительства, направленного на активизацию деятельности Венчурного инновационного фонда — отечественного «фонда фондов», на конкурсной основе предоставляющего финансирование частным венчурным фондам, которые инвестируют в высокотехнологические проекты. Кстати, в рамках упоминавшейся программы поддержки малого предпринимательства МЭРТ обеспечивает на конкурсной основе предоставление субсидий на создание закрытых паевых инвестиционных фондов, учреждаемых субъектами Федерации для финансирования малых предприятий в научно-технической сфере (25% их капитала вкладывает федеральный бюджет, 25% — региональный, а 50% — частные инвесторы). Уже отобраны победители первой очереди конкурса на получение субсидий из федерального бюджета. Татарстан получит 200 млн. рублей, Пермская область — 50 млн. рублей, а Московская область и Красноярский край — по 30 млн. рублей. В соответствии с проектом федерального бюджета на 2006 год на эти цели предполагается выделить 700 млн. рублей.

И конечно, необходимо расширить поддержку государством экспорта ИТ — как через софинансирование маркетинговых расходов, так и через эффективную информационно-консультационную и правовую поддержку, поддержку по линии торговых представительств, политическую поддержку наконец.

Эти постулаты о необходимости участия государства пока только теоретические или уже есть примеры, подтверждающие их?

Насколько мне известно, на рабочем уровне такое взаимодействие ведется с торгпредствами. Есть рамочное соглашение о сотрудничестве по продвижению отечественных товаров и услуг на внешние рынки между РСПП и МИД. Ассоциация «Руссофт» выиграла тендер по реализации проекта оказания поддержки отечественному бизнесу по выходу на внешние рынки в рамках ФЦП «Электронная Россия». Другое дело, что масштаб такого взаимодействия ИТ-бизнеса и государства можно расширять и расширять.

Однако складывается впечатление, что из различных докладов на государственном уровне исчез образ российского заказчика. Не получится ли, что лучшие мозги утекут в технопарки и станут работать на зарубежных заказчиков. Какое место в этой программе занимает внутренний рынок? Зачем России отдавать собственные заказы программистам ближнего зарубежья?

Если мы будем развивать образование, то это даст нам приток рабочей силы, способный удовлетворить спрос и на внутреннем рынке, и на внешнем.

На мой взгляд, в этой цепочке рассуждений есть слабое звено. Дело в том, что уровень внешних и внутренних задач одинаков. Однако уровень программистов, которые будут работать на внешний рынок, выше…

Не факт, что программисты, работающие на российский рынок, должны получать меньше: и там, и там есть работа для специалистов разной квалификации.

Но пока очевидно, что западные заказчики платят больше.

Думаю, нет смысла искусственно поддерживать цены на внутреннем рынке цены ниже, чем они на внешнем рынке, сдерживая экспорт ИТ-услуг. Если выравниваются внутренние и мировые цены на различные товары, то должна постепенно выравниваться и стоимость труда программистов. Если этого не случится, талантливые люди будут уходить на другие рынки или уезжать в другие страны.

В предложениях МЭРТ высказан ряд идей, способных стимулировать госсектор к потреблению ИТ. Какое место, на ваш взгляд, в стимулировании ИТ-рынка занимают государственные заказчики?

Уже сегодня государство — один из основных заказчиков на рынке ИТ. Ведутся крупные проекты, которые требуют массовой поставки серверов и рабочих мест. А если к этому добавить школы и прочие бюджетные заведения, то государство окажется крупнейшим заказчиком.

Надо сказать, что в стране до сих пор отсутствует межведомственный электронный документооборот, хотя его создание было одной из задач «Электронной России», когда она разрабатывалась. Когда электронный документооборот будет внедрен, это приведет к росту спроса на ИТ, к новым решениям, даст новый толчок рынку.

Активизация использования механизма электронной цифровой подписи (в настоящее время Мининформсвязи готовит поправки к закону об ЭЦП) создаст дополнительный спрос на ИТ в самых разных областях экономики.

Обсуждение темы технопарков затрагивает только один сектор ИТ-рынка, безусловно важный, но не единственный. К тому же список приоритетных отраслей не ограничивается только ИТ. Каким видят развитие сложившейся ситуации в МЭРТ?

Технопарки создаются для любого инновационного бизнеса. Любой город и регион может создавать технопарк по своему усмотрению.

Сегодня бюджет получает значительные дополнительные доходы от экспорта нефти. Часть средств тратится на увеличение зарплат бюджетникам, часть — на рост стабилизационного фонда. Вопрос в том, как эффективно распорядиться этими средствами, направив их не только на инвестиции в дороги или порты, но и на развитие инновационной инфраструктуры, повышение эффективности системы профессионального образования, не усилив при этом макроэкономических рисков.

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями