DigiTimes.com, специально для Computerworld Россия

В UMC не проявили должной осторожности, вынашивая далеко идущие инвестиционные планы в отношении Китая

Новый год по лунному календарю — особое время во многих азиатских странах. Это время, когда бизнес практически прекращается. На улицах городов становится тише, не работают банки и другие финансовые учреждения, большинство магазинов закрыты, общественный транспорт ходит реже, чем обычно.

Тайбэй — один из таких городов. Его деловая часть выглядит безжизненной целую неделю. Для жителей Тайваня Новый год по лунному календарю являет собой редкую возможность провести побольше времени в семейном кругу, навестить кого-то из многочисленных родственников. В эти дни многие тайваньцы, работающие в других странах (в том числе в континентальном Китае и США) возвращаются домой; этой древней традиции принято следовать и поныне.

Среди тех, кто в начале февраля приехал на родину, был и Щю Джян Хуа, гражданин Тайваня (точнее, Китайской Республики на Тайване, непризнанной ООН, но являющейся членом ВТО), проработавший 16 лет в компании UMC (в том числе и в качестве директора одного из ее заводов), ныне — президент китайской компании Hejian Technology, которая была основана им после ухода из UMC в 2002 году и сегодня располагает производственными мощностями общей площадью 1,3 км2 в индустриальном парке Сучжоу неподалеку от Шанхая. Как провел он новогодние каникулы, доподлинно неизвестно. Зато сразу после Нового года Щю, сам того не желая, оказался в центре внимания, поскольку прокуратура и суд округа Хсинчу (где расположены штаб-квартира и основные предприятия UMC) преподнесли ему небольшой сюрприз в виде задержания с возможностью освобождения под залог в размере немногим более 300 тыс. долл. США.

В этой истории немало странного. Взять, к примеру, хотя бы «отсутствие» политической мотивации в действиях властей. Об этом через несколько дней после задержания президента Hejian и обысков в зданиях UMC заявил вице-премьер Ву Ронг И — экс-президент Тайваньского института экономических исследований, которому в нынешнем кабинете министров поручено курировать вопросы перспективного развития национальной экономики.

Однако согласно принятым на Тайване нормативным актам, компаниям действительно необходимо согласовывать с правительством свои планы в отношении инвестиций в китайскую полупроводниковую промышленность и лицензирования технологий партнерам с материка. Очевидно, что при принятии этих актов первостепенную роль как раз и играли политические мотивы. Поэтому попытка властей перевести проблему в юридическую плоскость (дескать, начато расследование, если по его итогам выяснится, что имели место нарушения законодательства, то компания будет подвергнута санкциям) с самого начала, казалось, была обречена на провал. Текущий расклад политических сил просто не оставлял шансов на локализацию конфликта в юридическом поле.

Однако, как ни странно, такой шанс предоставили властям сами UMC и Hejian. Китайская компания, формально не участвующая в разбирательстве, ограничилась заявлением об «отсутствии каких бы то ни было отношений с UMC» и о «приобретении технологий у всемирно известных производителей полупроводниковых устройств» (UMC, к ним, надо полагать, не относится).

Маневр, выбранный UMC, явно оказался не самым удачным. Председатель совета директоров Роберт Цао выступил с публичным обращением, в котором подверг резкой критике политику властей в отношении экономических связей с материковым Китаем и... рассказал немало интересного о взаимоотношениях между UMC и Hejian. Так, по его словам, он сам способствовал созданию Hejian в 2002 году, но не инвестировал в нее. Оказание помощи Hejian в дальнейшем Цао объяснил намерением противостоять экспансии другой китайской компании — SMIC, которая к настоящему времени вышла на третье место (после TSMC и UMC) в рейтинге крупнейших подрядчиков по выпуску микросхем и серьезно угрожает позициям лидеров. Он также впервые назвал Hejian в качестве возможного приобретения UMC для реализации на территории Китая бизнес-стратегии «войны по доверенности», о которой прежде упоминал в своих выступлениях. И в довершение всего Цао признал, что способствовал укреплению связей Hejian с заказчиками, работающими с UMC (в частности, были названы такие компании, как Infineon, Xilinx, Novatek и Mediatek).

В прокуратуре полагают, однако, что UMC просто перепоручала Hejian выполнение своих заказов, а «укреплению связей с заказчиками UMC» способствовала не абстрактная помощь Цао, а передача через пролив вполне конкретных технологий. И с целью «выяснения этих важных обстоятельств» намерены пригласить для собеседования помимо Щю еще несколько десятков человек, прежде работавших в UMC, а ныне играющих не последние роли в Hejian.

Нельзя не признать, что умозаключения следователей выглядят логичнее путаных объяснений Цао. Но суду все-таки потребуются не умозаключения, а доказательства. И с этим у прокуратуры могут возникнуть проблемы. Одно дело — искренне сомневаться в том, что при «переходе через пролив» группа бывших сотрудников UMC, неформально поддерживаемая нынешними руководителями компании, ни на шаг не отступила от тайваньского законодательства, совсем другое — доказать наличие сговора.

Впрочем, как выяснилось, у властей есть и другие аргументы. Один из них — пересмотр так называемого «Положения о модернизации в промышленности», действующего с 1997 года и призванного облегчить налоговое бремя для компаний, которым требуется обновление производственных фондов. В самый разгар «кризиса UMC» группа депутатов законодательного собрания от правящей демократической прогрессивной партии обнародовала сведения о том, что в результате действия налоговых льгот правительство не просто недополучает деньги в бюджет, но еще и вынуждено доплачивать компаниям ИТ-индустрии. Парламентариев не устраивает подобное положение дел, которое, как они считают, лишь развращает компании отрасли, считающейся гордостью тайваньской экономики.

К UMC у авторов инициативы особый счет, как к компании, имеющей наибольший положительный баланс во взаиморасчетах с правительством за время действия «Положения» — почти 100 млн. долл. При этом масштабы недополученных с UMC налогов оцениваются уже в миллиарды долларов (собственная валюта Тайваня тоже называется долларом, но в данном случае речь о суммах в долларах США). Возможно, сами того не ожидая, депутаты приоткрыли истинную «неполитическую мотивацию» действий властей. Те в свою очередь призывают ИТ-индустрию не преувеличивать опасения в связи с рейдами в офисах UMC, но впредь быть осторожнее с инвестиционными проектами в Китае, даже если они удовлетворяют требованиям действующего законодательства, и рассматривать в качестве альтернативы другие географические регионы.

Вице-премьер Ву первым назвал в качестве такого региона Россию. В Китае, по его словам, рынок неустойчив, и компаниям следует тщательнее изучать вероятные риски своего пребывания в этой стране. Представления вице-премьера о России уместились в нескольких фразах о стране с коммунистическим прошлым и экономикой, движущей силой которой является рынок. Предупреждений тщательнее изучать вероятные риски пребывания в России не последовало.

Вячеслав Соболев — редактор тайваньского онлайн-издания DigiTimes.com, освещающего события и тенденции ИТ-индустрии в странах Юго-Восточной Азии

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями