Вы когда-нибудь задумывались о том, как заразительны низменные побуждения? И почему они так живучи?
Фрэнк Хэйес — колумнист Сomputerworld, вопросами ИТ занимается более 20 лет. С ним можно связаться по адресу frank_hayes@ computerworld.com

В июне судебный комитет Сената США проводил слушания о пиратском копировании музыкальных записей в сети. Председатель комитета Оррин Хетч расспрашивал экспертов по борьбе с пиратством о способах повредить компьютеры тех, кто нелегально копирует файлы. Когда один из разработчиков «антипиратских» технологий сказал, что «никто не стремится нанести ущерб чьему-либо компьютеру», Хетч его прервал: «Я стремлюсь... Если это единственный способ борьбы с пиратами, тогда я полностью за то, чтобы повредить их машины».

Можно провести аналогию. Летом прошлого года весьма популярным было предложение о выдаче «лицензий на хакерство».

Вспомните. Конгрессмен от штата Калифорния Ховард Берман год с небольшим назад хотел предоставить владельцам авторских прав возможность использовать то, что он назвал «технологической помощью самим себе» — как альтернативу законным методам борьбы с пиратством.

Идея Бермана касалась тех же самых одноранговых сетей, которые обсуждались на слушаниях комитета Хетча. В соответствии с проектом Бермана, владелец авторских прав, подозревающий, что кто-то нарушил эти права, мог проникать на компьютер человека, подозреваемого в пиратстве, и размещать на нем вредоносный код. При этом владелец интеллектуальной собственности будет освобожден от ответственности за любой ущерб, вызванный его действиями.

Здорово, не правда ли? Никаких доказательств, никаких дорогостоящих и длительных судебных процессов, по итогам которых суд может решить, что никакого пиратства не было вовсе. Вместо этого владельцам авторских прав достаточно одного лишь подозрения и желания нанести вред. Скажем, если производитель программного обеспечения подозревает, что ваша компания использует в своей сети нелицензионное программное обеспечение, вне зависимости от того, насколько эти подозрения соответствуют действительности, производитель, теоретически, может проникнуть в эту сеть и даже испортить ваши компьютеры.

Не открывает ли это простор для нарушения закона? Весьма вероятно. При этом любые производители, те, кто воспользуется этой возможностью, смогут утверждать, что они искренне считали, что нарушены их авторские права и что закон защищает их от штрафов за любой ущерб, причиной которого стали их действия.

К счастью, вскоре после того, как Берман представил свой билль, о нем позабыли. Но теперь родилась аналогичная идея, причем ее судьба находится в руках людей, обладающих намного большей властью.

Действительно ли идея так уж вредна? Давайте разберемся. В прошлом году индустрия звукозаписи добилась закрытия Napster. По прошествии года после этого события представители звукозаписывающей отрасли продолжают, как правило, выигрывать в судах иски о нарушении своих авторских прав. Суды выносят приговоры. Музыкальных пиратов успешно выявляют и привлекают к ответственности. Короче говоря, суды занимаются решением этой проблемы. Система работает весьма неплохо. Потребности в законе о «лицензировании хакерской деятельности», как видим, нет.

В то же время, риск того, что он будет введен, уже не является чисто теоретическим. Например, если бы компания SCO Group стала действовать в соответствии с этим законом, ей не нужно было беспокоиться о подтверждении в суде своих заявлений о том, что корпорация IBM нарушает ее авторские права. SCO могла бы просто (и законно) запустить вирусы, червей, троянских коней или инициировать другие электронные атаки против каждого, кто использует AIX, Linux или любое другое программное обеспечение, которое, согласно утверждениям представителей SCO, содержит код, защищенный ее авторским правом. А если в конце концов выяснится, что заявления SCO не соответствуют действительности? Пользователи AIX и Linux окажутся жертвами злонамеренных действий, причем без каких бы то ни было надежд на получение компенсации. Как вам понравится такая перспектива?

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями