История создания различных структур, долженствующих структурировать российский компьютерный бизнес, весьма длинна, но не столь славна.

Дмитрий Гапотченко
Ныне она вступает в новую фазу, по случаю чего не грех вспомнить этапы ее большого пути.

Наверное, первой, в начале 90-х, была создана Ассоциация российских фирм — производителей компьютерных систем и программного обеспечения, позже переименовавшаяся в Российскую компьютерную ассоциацию. Несмотря на всеобъемлющее название, РКА была, по сути, закрытым «клубом по интересам», в котором хорошо знакомые между собой люди общаются, совместно делают бизнес, а также понемногу отстаивают интересы — ну, разумеется, не только собственные, но и индустрии в целом — перед власть имущими.

Самой оригинальной идеей ассоциации было предложение ввести аналог статуса «поставщика его императорского величества двора», имевшего хождение до февраля 1917 года. «Разве компания S продаст некачественную технику? — вопрошал один из идеологов РКА, — да никогда!» Впоследствии упомянутый кандидат в поставщики двора действительно не запятнал себя некачественной техникой, а просто перестал юридически существовать при не совсем благовидных обстоятельствах. Отчего Ассоциация изрядно потеряла в весе и стала поговаривать об объединении с «новой силой» — Российским компьютерным союзом.

Последний создавался как организация массовая, с формальным уставом, написанным юристом, и как минимум одной простой и ясной целью. Правда, труднодостижимой: «побороть» находившуюся тогда в зените популярности выставку «Комтек».

Лидеры РКС грозились или «нагнуть» тогдашних владельцев выставки, или организовать собственное мероприятие — числом участников побольше, ценой метра поменьше и сервисом получше. О способах достижения цели умалчивалось (найти площади, адекватные имеющимся у «Экспоцентра», — задача, решения не имеющая). Затем внимание было переключено на иные задачи, например, были созданы комитеты по борьбе с пиратством и, как ни смешно, «по борьбе с прессой». Дело, однако, заглохло — ни тех, ни других, ни «Комтек» одолеть не удалось, а разношерстность собранных в союз компаний (во времена расцвета их было около сотни) подорвала саму возможность каких-либо совместных акций.

Построение первой очереди ГАС «Выборы» объединило участников проекта в Клуб информационных технологий. Главные действующие лица Клуба вошли в состав консорциума «Системинвест», который, с некоторой долей условности, превратился в Ассоциацию системной интеграции и разработки информационных и управляющих систем (СИРИУС), позиционирующую себя как «ассоциация под эгидой Госкомитета по телекоммуникациям» и связующее звено между государством и компьютерным бизнесом. «Звено» оказалось довольно прочным — СИРИУС существует хотя и не броско, но устойчиво.

Время от времени давали (и дают) о себе знать организации поменьше. Была когда-то гильдия поставщиков ноутбуков, тоже с чем-то и за что-то боровшаяся, кого-то к себе принимавшая, кого-то — нет и тоже растворившаяся в суете будней. Время от времени приходит реклама некоего ресторана, в которой попутно сообщается, что в сем заведении порой собираются достойные люди и обсуждают небезынтересные темы — например, почему один из них ну никак не хочет быть министром.

Объединяются и «программисты». Такие союзы, как правило, саморекламой занимаются умеренно, отчасти, наверное, оттого, что их заказчики, как правило, находятся за рубежом, офшорным разработчикам всероссийская известность не особенно нужна. Есть, конечно, и исключение — новообразованная Ассоциация разработчиков программного обеспечения (несмотря на всеобъемлющее название, объединяющая по большей части как раз «офшорных» программистов). АРПО отчитывается о деяниях своего руководства разве что не поминутно, отпраздновала два юбилея (месячный и двухмесячный), а в пресс-релизах называет себя «крупнейшей». Такая бурная внутрироссийская деятельность, ничуть не полезная для оповещения о себе потенциальных зарубежных клиентов, наводит на мысли, что структура сия создана (или используется?) для каких-то иных, нежели продвижение российского интеллектуального продукта на Запад, целей. Ну да это уже головная боль самих членов АРПО.

Эта историческая справка призвана несколько уравновесить заявления о том, что «российская компьютерная индустрия наконец обзавелась официальным лоббистским и представительским органом» — Ассоциацией предприятий компьютерных информационных технологий. К тому же официально лоббизма у нас нет, а представляет АПКИТ пока три с небольшим десятка своих членов. Хотя и весьма заметных на рынке.

Более всего новая структура напоминает РКС, ибо готова принять в свои ряды всех желающих. Сможет ли она избежать проблем, связанных с неоднородностью состава? Не станет ли рупором группы «наиболее равных» ее членов или тем паче — инструментом для комфортного общения последних с власть имущими? Как водится, время покажет.

Пока, для размышления, можно отметить общее удивление по поводу непопадания в число семерых членов правления главы группы компаний IBS Анатолия Карачинского. Массовое публичное удивление по сему поводу весьма симптоматично.

Впрочем, возможно, все со временем войдет в норму: через полгода, согласно уставу, должна иметь место 50-процентная ротация правления. Хотя, строго говоря, при «50-процентном ротировании» семи человек минимум одному будет очень больно.

Автор полагает, что если бы в ИТ-индустрии появилась по-настоящему открытая и действенная структура, было бы очень хорошо. С удовольствием выслушает соображения на этот счет.

Дмитрий Гапотченко — заместитель главного редактора еженедельника Computerworld Россия. Ему можно написать по адресу gdi@osp.ru

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями