Прогресс в области обработки, хранения и передачи информации будет способствовать углублению международного разделения труда.

Настанет ли новый мировой порядок? Изменится ли что-нибудь? Возможность посылать пакеты данных из одного полушария в другое почти бесплатно безусловно знаменует собой начало новой эпохи, по крайней мере в мире технологий. Но означает ли это, что киберреволюция неминуемо изменит мир, и международные отношения в частности?

С исторической точки зрения совершенно очевидно, что революционная природа современных технических разработок отнюдь не уникальна. Конечно, просто замечательно иметь возможность переслать рукопись от автора прямо на печатный станок или не выходя из дома получить книгу практически из любой библиотеки. Но можно ли по масштабу достижений сравнивать это с тем, что меломан получил возможность наслаждаться игрой симфонического оркестра не выходя из своей комнаты, а сотни миллионов болельщиков — одновременно наблюдать за одним и тем же футбольным матчем? С этой точки зрения они неразрывно связаны с другими техническими «революциями» ХХ века. Именно благодаря этой связи Web способна влиять на международные отношения. Не является ли Internet кульминацией длительного процесса глобализации? Эта новая составляющая взаимодействия, безусловно, будет способствовать усилению конкуренции на коммерческом рынке, в которую государства вовлечены уже более 50 лет. Рассматривая ситуацию с этой точки зрения, мы можем проникнуться следующими иллюзиями: технические достижения, способствующие становлению новой экономики, превратят мир в одну огромную «деревню».

История последнего столетия показала, что улучшение методов коммуникаций вовсе не предполагает укрепление международной солидарности. Более того, за последние сорок лет стало особенно очевидно, что мечты о международной гармонии и солидарности остаются только мечтами. Микроэлектроники и оптического волокна недостаточно для сохранения дружбы между людьми, по крайней мере они будут этому способствовать не больше, чем в свое время телеграф или даже трансокеанские лайнеры.

Но новая экономика позволяет вести дебаты, в которых может участвовать любой человек, где бы он ни жил. Сейчас граждане разных стран мира могут общаться напрямую друг с другом так быстро и часто, как никогда раньше. Но было бы величайшим заблуждением считать, что при этом сразу же наступит мировая демократия. В лучшем случае развертываемые сети связи позволят политическим и общественным организациям лучше координировать свои действия и, возможно, поддерживать развитие национального движения. В худшем — они будут способствовать росту популизма в его самом неприятном проявлении, как основы для разного рода мошенничества.

Нематериальная природа этих сетей не только препятствует цензуре, но и дает пользователям возможность избежать сколько-нибудь серьезного социального и политического контроля. Электронная паутина, которая в скором времени опутает всю планету, — это необитаемый остров. Посреди океана информации самые разные шарлатаны, контрабандисты и бандиты существуют бок о бок с честными людьми и восторженными учеными. Internet больше напоминает Шервудский лес, нежели городскую площадь античных Афин.

Как и в случае со всеми остальными великими открытиями, которые позволили человеку путешествовать по планете, а затем обмениваться информацией, держать под контролем современные открытия можно только в рамках международного сотрудничества. В то же время любые открытия будут способствовать усилению конкуренции между нациями.

Сначала скорость, с которой каждая из стран сможет взять под контроль новые способы связи, окажет решающее влияние на их конкурентоспособность. Затем прогресс в области обработки, хранения и передачи информации будет способствовать углублению различий в рамках международного разделения труда.

До сих пор отсутствие возможности оперативно передавать большие объемы данных означало, что промышленные предприятия вынуждены были размещаться там, где они способны в реальном времени отслеживать спрос на свою продукцию. Однако последние открытия в сочетании с улучшением механизма доставки товаров позволяют обойти эти ограничения. Разместить операции, которые просто обрабатывают информацию, можно там, где это удобнее всего. Резервирование билетов по телефону, управление финансами, разработка программного обеспечение и перевод — вот те службы, которые могут выполняться в тех регионах, где они требуют самых низких затрат.

Но до недавнего времени различные экономические регионы использовали эти технологические преимущества самым разным образом. Соединенные Штаты за последние десять лет значительно усилили свое экономическое превосходство: массовые инвестиции позволили им уверенно двигаться к новой экономике. Столь серьезные достижения стали возможны исключительно благодаря тому, что США смогли создать финансовую систему, которая оказалась достаточно гибкой, чтобы справиться с риском, связанным с разработкой множества инновационных проектов.

С другой стороны, в России отсутствовали ресурсы и институты, необходимые для создания новых технологий обработки информации. Децентрализованное управление и хранение данных оказалось чужеродной концепцией для советской экономики.

Япония и Европа занимают промежуточное положение между этими двумя крайностями. Япония, давний лидер в производстве оборудования для информационных технологий, в прошлом десятилетии пережила финансовый кризис, поразивший целый ряд отраслей, в силу чего страна проиграла последний раунд соревнования. Тем не менее огромный потенциал Японии в области разработки и внедрения новаторских решений заставляет усомниться в окончательности сложившейся на сегодня расстановки сил.

Европа, традиционно не представлявшая собой грозного соперника в сфере инноваций, оказалась еще больше ослабленной из-за недостатка инвестиций, уменьшение которых было связано с рядом фактором, в том числе вследствие введения евро.

Но распределение ролей в международном разделении труда никогда не остается постоянным: серьезные изменения произошли за десятилетия, прошедшие после Второй мировой войны. Ничто в этой глобальной структуре не происходит случайно — каждый раз причиной тому являются инициативы, предпринятые в какой-либо стране.

Сейчас, как никогда раньше, качество жизни в США, Европе и Японии зависит от качества национальной экономической политики. И последний этап глобализации экономики усиливает конкуренцию между регионами.

Такая ситуация откроет перед некоторыми развивающимся странами новые возможности для интеграции в мировую экономику. В то же время глобализация заставляет большинство развитых регионов искать для себя новые направления специализации. Такое развитие событий может дать Европе новый шанс. До недавнего времени больше всего новые методы обработки информации использовались в посреднических отраслях (финансах, а также в оптовой и розничной торговле), на транспорте и в связи. Между тем здравоохранение и образование были затронуты лишь косвенно.

Для развитых регионов, в частности для Европы, реорганизация в этих сферах является приоритетной задачей. В конце концов, разве не человек является основной ценностью европейской социальной модели? Поддержка этой модели, учитывая мировую конкуренцию, опирается на систему образования, которая в Европе развита лучше, чем в любом другом регионе мира. Точно так же, для того чтобы уберечь жизнь граждан и их личную свободу, необходима эффективная система здравоохранения. Что касается Европы, то инвестиции в новые технологии для модернизации здравоохранения и образования прибыльны вдвойне. Такое развитие не только служит основой социальной модели в Европе, но и включает в себя исследовательскую деятельность с огромными потенциальным доходами.

Спустя лет двадцать важной областью применения инновационных решений, созданных в более развитых регионах мира, могут стать системы социальной помощи, которые будут сформированы к тому времени в развивающихся странах. Но будут ли готовы ли европейские государства возглавить подобные инициативы?

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями