Если бы судебные органы не обуздали монополизм IBM, сегодня не было бы ни Sun, ни Microsoft

Развернувшиеся вокруг Microsoft баталии поразительно напоминает ситуацию с IBM. Даже некоторые из главных действующих лиц того процесса снова появились на сцене, в том числе, адвокат Дэвид Бойес

Представьте себе компанию, работающую в области высоких технологий, которая обладает такой мощью, что контролировать ее может только правительство США.

Государственные обвинители утверждают, что эта компания использует свое монопольное положение для того, чтобы ослабить конкуренцию. В ее арсенале — диктат цен, анонс продуктов, которые никогда не будут выпущены, превентивные меры, направленные на то, чтобы ее авангардные продукты не могли взаимодействовать с соответствующими предложениями конкурентов.

Знакомая ситуация?

Не торопитесь с выводами. Задолго до появления Microsoft корпорация IBM стала настолько доминировать в компьютерном бизнесе, что единственно возможным способом ограничить ее власть и помочь выйти на рынок ее конкурентам стало установление целого ряда ограничений. Основной иск с обвинениями в адрес IBM, выдвинутый в 1969 году, был отклонен в 1981-м, а вот относящееся к 1956 году решение суда, утвердившее мировое соглашение сторон, частично остается в силе. В заключительной части этого документа, срок действия которого истекает в июле нынешнего года, перечислены меры, мешающие IBM использовать свое доминирующее положение на рынке серверов.

Существует мнение, что отмена решения суда никак не повлияет ни на саму компанию, ни на ее клиентов; однако далеко не все с этим согласны.

Представьте себе, что Билл Гейтс — всего лишь талантливый программист, а Ларри Эллисон — импульсивный оратор. Ричард Деламартер, экономист, восемь лет проработавший в министерстве юстиции США и занимавшийся делом IBM, а позднее написавший книгу «Голубой гигант: IBM применяет силу и злоупотребляет ею», убежден, что если бы не мировое соглашение, не было бы ни EMC, ни Cisco Systems, ни Sun Microsystems.

Развернувшаяся юридическая драма вокруг Microsoft, по словам Деламартера, поразительно напоминает ситуацию с IBM. Даже некоторые из главных действующих лиц того процесса снова появились на сцене. В том числе адвокат Дэвид Бойес, который некогда представлял интересы IBM, а сейчас находится по другую сторону баррикады, выступая от имени обвинения.

Каков бы ни был результат, само судебное разбирательство, как и в случае с IBM, по мнению Деламартера, «уже изменило динамику отрасли». К примеру, оно уберегло Microsoft от противодействия зародившемуся движению Linux, а у соперников Microsoft появились новые идеи относительно способов конкуренции с ней.

Как меняется мир

Мир серьезно изменился с тех пор, как IBM оказалась объектом судебного преследования. Мэйнфреймы уже не являются основой отрасли вследствие малой прибыльности и жесткой конкуренции со стороны мощных и более дешевых Unix-систем, выпускаемых соперниками IBM.

Как гласит принятый в 1996 году министерством юстиции оригинальный документ, «ни заказчики IBM, ни ее конкуренты не считают, что отмена решения почти полувековой давности даст IBM сколько-нибудь значительное преимущество на рынке. Фактически многие заказчики считают, что им уже удалось воспользоваться всеми преимуществами».

Тем не менее многие пользователи IBM называют решение 1956 года своевременным и правильным, поскольку оно позволило поднять уровень конкуренции на рынке. IBM даже разрешила конкурентам создавать программное обеспечение для ее основной платформы — S/390.

«Требование, касающееся открытых стандартов на интерфейс, помогло никому не известным программистам, обосновавшимся в старом гараже, выйти на развивающийся рынок, — сказал Джон Конвей, работавший в IBM в 60-х и 70-х годах, а теперь занимающийся тестированием операционных систем реального времени в компании VenturCom. — Сейчас уже можно сказать, что принятое решение пошло на пользу всем, в том числе и IBM».

Учитывая произошедшие изменения, федеральный суд в январе 1996 года постановил отменить наиболее жесткие санкции, касающиеся практически всех продуктов и услуг IBM. Однако ограничения по семейству мэйнфреймов S/390 и серверов среднего класса AS/400 остались, поскольку судья посчитал, что IBM еще сохраняет значительный контроль над этим рынком.

Срок действия юридических мер в отношении AS/400 истек летом прошлого года, а ограничения по S/390 потеряют свою силу в июле.

«Не думаю, что это событие будет иметь какие-то последствия, — считает Чарли Массоглиа, президент Common, независимой группы пользователей AS/400 из Чикаго. — На момент подписания мирного соглашения сторон IBM контролировала 90% рынка; ничего похожего сейчас нет, IBM уже не представляет никакой угрозы. Сейчас министерство юстиции больше озадачено действиями Microsoft».

Монополии на рынке высоких технологий — отнюдь не новость.

Еще в 1914 году будущий руководитель IBM Томас Уотсон, работавший в то время в компании National Cash Register, обвинялся в нарушении антимонопольного законодательства.

Уотсон, возглавлявший в NCR отдел продаж, пытался отстоять свою правоту, но был признан виновным и уволен. В 1915 году обвинение было снято, а вопрос урегулирован на уровне мирового соглашения сторон, причем NCR обязалась воздерживаться от нечестной конкурентной борьбы.

К тому времени Уотсон перешел в компанию Computer-Tabulating-Recording (позже получившую название International Business Machines), которая переняла многое из тактики NCR.

К примеру, IBM отдавала машины только в аренду и не продавала их, в силу чего заказчики не могли покупать компьютеры друг у друга, а получали их только в самой корпорации.

В 1952 году министерство юстиции заявило, что IBM, которую впоследствии возглавил сын Уотсона — Томас Уотсон-младший, обладает монополией на счетные машины. Поданный против Голубого гиганта иск требовал от IBM не только давать в аренду, но и продавать свои машины. Суд, как известно, удовлетворил это требование.

В 1969 году правительство возбудило против IBM еще более громкое дело. После длительных ожесточенных споров этот иск в 1982 году был отклонен администрацией Рейгана, активно лоббировавшей интересы крупного капитала. Тем не менее это судебное разбирательство подорвало могущество IBM.

Под пристальным взором

По мнению Деламартера, антимонопольное разбирательство, безусловно, породило Microsoft и ПК. Голубой гигант, конечно же, имел достаточно средств, чтобы приобрести Microsoft как перспективную молодую компанию, но не отважился на эту сделку. Правительство слишком пристально следило за действиями IBM.

Тяжба между Microsoft и американским правительством уже нанесла компании определенный ущерб. Деламартер уверен, что колоссу из Рэдмонда не избежать судьбы IBM.

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями