Я ожидал этого дня со злорадством приговоренного. Вот-вот — наступит новый 2000 финансовый год, и финансовые системы не преодолеют этого перехода, и мир увидит страшные картины хаоса, потому что никто не сможет уследить, откуда берутся и куда уходят массы денег

Впрочем, если аналитики и не ожидали, что мир после 1 июля 1999 года станет напоминать картину Босха, эта дата во всяком случае должна была стать важным сигналом, предвестником компьютерогенных катаклизмов после наступления календарного 2000 года.

Но что-то тихо вокруг. Мы одну за одной минуем даты, отмеченные специалистами как вехи приближающегося краха, но никто ничего не замечает.

А не замечает по большей части потому, что ничего не происходит. Наступил новый финансовый год, а финансовые системы работают исправно, принимают чеки, фиксируют прибыли и убытки.

Это настоящее и очень несимпатичное лицо проблемы 2000 года — она не приводит сбоям.

Конечно, прорицатели, нимало не смущаясь, предрекают, что все еще развалится — до сих пор нам просто везло. У скептиков, впрочем, другое объяснение — мистификация не может привести к каким-то осязаемым результатам.

Впрочем, может. Она вызывает раздражение, возрастающее по мере того, как очередная многотысячная группа программистов рапортует о титанических усилиях и важных достижениях в борьбе с этой, буквально созданной из ничего проблемой.

Вот почему специалисты по информационным технологиям всех рангов не могут получить ни намека на то, что проблема 2000 года «сработала».

А ведь сбой, который происходит раз в тысячу лет, не шутка, и ни один журналист не упустит возможности написать об этом.

И уж поверьте, из-под их пера вышло бы нечто более примечательное, чем, к примеру, «проза» Йордона.

Но журналисты молчат. А это раздражает.

В действительности пресса не игнорирует проблему 2000 года вовсе. Правда, публикуются только хорошие новости, у которых и в обычных условиях почти нет шансов превратиться в сенсацию, а когда они поступают с обескураживающей регулярностью — и подавно. То и дело та или иная компания сообщает об успешном тестировании на проблему 2000 года. Причем эти фирмы образуют узловые точки инфраструктуры, которая, как предостерегают «эксперты по сбоям», развалится с наступлением нового года.

Авиакомпании США и Канады готовы на 95%. В «Боинге» и «Локхиде» уверены, что их самолеты будут летать.

Автомобильная промышленность будет работать нормально.

Готовы и 98% финансовых учреждений, и, по результатам анализа федеральных банков, их автоответчикам не грозит косноязычие. 1 января все будет работать как ни в чем не бывало. Как это действует на нервы! Впрочем, хорошо, если дело только в нервах. Миф привел к вполне реальным расходам на триллионы долларов, и непохоже, чтобы поток финансирования иссякал. Проблема 2000 года — это величайший ИТ-проект в истории.

Впрочем, не стоит рассчитывать, что об этом проекте напишут на первых полосах газет или расскажут в вечерних новостях в начале нового года. Это пространство главные редакторы отводят для сообщений о катастрофах. Но не тех, которые не произошли.

Фрэнк Хэйес работает в еженедельнике Computerworld, освещая вопросы, связанные с информационными технологиями, уже в течение 20 лет. Связаться с ним можно по адресу frank_hayes@computerworld.com

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями