Игорь Левшин
Computerworld Россия

  
Мировую полупроводниковую промышленность лихорадит. Ситуация иногда напоминает байки из забытых учебников по марксистской политэкономии. Все плохо потому, что слишком хорошо. Слишком быстро развивалась отрасль, слишком быстро сменялись технологии, слишком стремительно растут возможности новых микросхем, слишком много их выпускают. В результате перепроизводства на радость покупателю падают цены, и из-за этого потери производителя не окупаются даже при увеличении объемов продаж, если они, конечно, увеличиваются (а они с этим не торопятся).

Кризисы у нас разные

Каждая несчастливая семья несчастна по-своему, говорил Толстой. Кризисы никого не обходят стороной — ни нас, ни "их", но кризисы эти разные! Разные до сих пор, хотя мы уже успели переболеть многими болезнями западной цивилизации. Кризис перепроизводства, например, пока нас милостиво обходит стороной, угроза его призрачна.

А что у него внутри?

В компьютерной прессе постоянно говорят о новых микропроцессорах и почти никогда - о собственно полупроводниках, из которых они сделаны. Однако современная планарная микроэлектронная технология - одна из самых мощных отраслей мировой индустрии, причем ее удельный вес непрерывно возрастает. Разумеется, совершенствование подобной технологии требует огромных затрат: так, в США вложения в кремниевые технологии и связанные с ними фундаментальные физические исследования за последнюю треть текущего столетия сравняются с вложениями в автомобильную промышленность Америки за весь ХХ век (об этом говорится, например, в обзоре В.С. Вавилова, опубликованном в 1996 году в журнале УФН). Каковы основные тенденции развития микроэлектронных технологий на ближайшую перспективу?

Ранее предполагалось, что альтернативой кремнию может выступить арсенид галлия, поскольку подвижность носителей заряда в нем (а следовательно, и быстродействие создаваемых на его основе устройств) существенно выше. Некоторые трудности, однако, сдерживают переход на этот материал: существенно более тяжелые условия роста монокристаллов, а следовательно, и более высокая стоимость получаемых слитков.

Вероятно, в ближайшее время будет совершен массовый переход на использование в технологиях кремниевых подложек диаметром 300 мм. В сочетании с постоянно уменьшающимися размерами элементов интегральных схем (на 11% в год) это обеспечит многократное повышение степени интеграции и создание более компактных систем.

В настоящее время основными сегментами рынка микроэлектронных технологий являются производство поликристаллического кремния, рост монокристаллов, получение подложек, изготовление приборных структур, создание электронных систем; среди последних доля персональных компьютеров составляет 36%. Внимание Соединенных Штатов к микроэлектронным технологиям не означает, конечно, что именно эта страна доминирует на рынке; серьезную конкуренцию им составляют Западная Европа, Юго-Восточная Азия, пытающаяся развить собственную кремниевую программу, и в особенности Япония с ее мощной промышленностью, поставляющая на мировой рынок не менее 40% поликристаллического кремния, кремниевых монокристаллических слитков и подложек. Анализ специальной литературы показывает, однако, что наиболее интересные и перспективные фундаментальные научные разработки в данной области ведут все же США.

Безусловного внимания заслуживает европейский проект JESSI ("Совместная европейская субмикронная кремниевая инициатива") - масштабная научно-техническая программа по развитию микроэлектроники и овладению ключевыми электронными технологиями, первый этап которой завершен в 1996 году. Участники проекта - практически все ведущие европейские страны - Франция, Бельгия, Нидерланды, Италия, Германия, в меньшей степени Великобритания - причем лидирующую роль играет Германия (эта роль особенно возросла после объединения западной и восточной частей страны; уровень развития микроэлектронных технологий в бывшей ГДР был весьма высок). Идея проекта JESSI возникла еще в середине 80-х как ответ на создание Японией и США элементов памяти емкостью в 300 Мбит. Другой причиной явилось осознание того, что такие жизненно важные для Европы отрасли промышленности, как автомобилестроение, точная оптика и механика и т. д., то есть основа экспортного потенциала, будут во все большей степени зависеть от возможностей европейской электроники. Целью JESSI было доведение к 1991 году минимальных размеров элементов до 5000 ангстрем, к 1995-му - до 3000. Эти, по современным меркам, достаточно скромные задачи выполнены. Другой, более важный итог осуществления проекта заключается в том, что сейчас на долю Европы приходится 26% мирового выпуска оборудования для полупроводниковых производств.

Основная проблема микроэлектронных технологий, если иметь в виду их приложение к компьютерным системам, - увеличение уже в ближайшее время емкости элементов памяти DRAM вплоть до 1 Гбит и выше и повышение тактовой частоты процессоров до 1 ГГц. Это требует размера элементов интегральных схем и размеров межэлементных соединений порядка 1000 ангстрем и меньше. В такой ситуации существенно ужесточаются требования к контролю точечных (собственных и примесных) дефектов, неизбежно проявляющихся в приповерхностных (или "рабочих") слоях подложек. Диффузия точечных дефектов из "рабочих" слоев" вглубь подложки допустима и даже желательна; недопустима их горизонтальная диффузия (параллельно плоскости подложки, или "диффузия вбок"), длина которой может достигать 1 мкм и более при температурах технологического цикла.

В научных публикациях, посвященных фундаментальным проблемам микроэлектронных технологий, постоянно подчеркивается необходимость получения максимально чистых, с высокой степенью однородности и структурно совершенных монокристаллов кремния (и соответственно подложек), однако звучат весьма осторожные предложения удовлетвориться достигнутым уровнем параметров.

Подобные мнения, во-первых, связаны с тем, что технологический процесс - окисление, диффузия, литография, эпитаксия и имплантация - вносит целый ряд дефектов в "рабочие" слои и тем самым в значительной степени сводит на нет усилия, затрачиваемые на совершенствование методов роста кристаллов. Естественно, что от многих подобных дефектов сегодня легко избавиться - например, с помощью дополнительной термической обработки. Во-вторых, другие дефекты (в основном примеси тяжелых металлов) таким простым образом из "рабочих" слоев не удалить. Для их удаления нужны управляемые искажения объема подложки, своеобразные "якоря", способные захватывать (диффузия "вглубь") и удерживать примеси при последующих технологических операциях.

Если технология "диффузии вглубь" в достаточной мере отработана и в известной степени органически встраивается в технологический процесс, то некоторые аспекты "диффузии вбок", прямо ограничивающие геометрические размеры элементов интегральных схем, становятся все более существенными. Так или иначе, согласно прогнозу специалистов компании Motorola, к 1999 году геометрические размеры элементов и межэлементных соединений уменьшатся до 500-600 ангстрем.

Таковы ближайшие перспективы развития микроэлектронных технологий. Не следует и России оставаться в стороне от магистрального пути развития мировой индустрии. Возможно, именно сейчас, когда гигантский опыт развитых западных стран в достаточной мере осмыслен, появилась возможность, развивая как фундаментальные, так и прикладные исследования, занять достойное место в микроэлектронных технологиях - основе наступающего информационного века.

- Дмитрий Мурин - научный сотрудник Физического института РАН

 

Все, кажется, уже поняли, что от наших неурядиц у обитателей Уолл-стрит могут случиться неприятности — вплоть до выбрасывания из окон небоскребов. И наоборот, падение индекса Доу-Джонса лишает наших бизнесменов сна: кто проводит ночи над своим ноутбуком, кто пропивает уцелевшие деньги в Duty Free Шереметьева. Но мы не об этом, а о полупроводниковой промышленности. Наша сейчас чувствует себя неважно. Когда-то, скажем, лет 20 назад, "российская Кремниевая долина" производила на порядок больше полупроводников, чем сейчас. Они были разными по составу и по качеству. В космосе растили кристаллы КРТ неземной чистоты, а технологи, стирая пыль с фотолитографических установок, говорили об отставании нашей технологии на десять лет от Запада. Как бы то ни было, вышло так, что наши сборщики персональных компьютеров, догнавшие по объемам производства западных производителей, почти всецело зависят от западного (а еще больше от восточного) рынка полупроводников. Поэтому с мирового рынка мы и начнем, чтобы потом вернуться к нашему.

Сбылась мечта классиков

Мировую полупроводниковую промышленность порядком лихорадит. Ситуация иногда напоминает байки из забытых учебников по марксистской политэкономии. Все плохо потому, что слишком хорошо. Слишком быстро развивалась отрасль, слишком быстро сменялись технологии, слишком стремительно растут возможности новых микросхем, слишком много их выпускают. В результате перепроизводства на радость покупателю падают цены, и из-за этого потери производителя не окупаются даже при увеличении объемов продаж, если они, конечно, увеличиваются (а они с этим не торопятся). Во время Великой депрессии молоко выливали в Гудзон, пытаясь остановить падение цен. В наше время Hyundai останавливает на неделю свой завод, производящий микросхемы памяти. Руководство компании надеется, что закрытие производства станет прецедентом, указав путь, по которому пойдут другие производители. Это напоминает призыв к стачке мирового масштаба, но здесь все наоборот: киты индустрии пытаются обуздать потребителя, диктующего перенаселенному рынку свои губительные для него условия. Решительный шаг Hyundai высоко оценили авторитеты индустрии, а в Samsung заявили, что рассматривают возможность поддержать начинание Hyundai.

Итак, богатые тоже плачут. Продажи Samsung Electronics — лидера полупроводникового рынка — упали с 6,2 до 3,7 млрд. долл. (данные Electronic Buyers News). LG Semicon объявила о потерях 188 млн. долл. с января по июль этого года. У Hyundai Electronics Industries потери за это время достигли 250 млн. (но в эти цифры вошли и потери от электронных неполупроводниковых производств). Три корейских гиганта контролируют почти треть мирового рынка памяти. Всего же Южная Корея производит 57 млн. модулей емкостью 16 Мбайт и 23 млн. модулей емкостью 64 Мбайт. Гиганты они не только потому, что производят много полупроводников. Как и многие ведущие дальневосточные компании, они являются частью огромных холдингов. Hyundai, например, производит не только известные у нас автомобили, но и строит суда; список компаний, входящих в группу Samsung, будь он опубликован, заметно увеличил бы гонорар автору статьи. Короче, проблемы коснулись самых что ни на есть "монстров" индустрии.

Один из главных потенциальных могильщиков корейских промышленников — американская компания Micron Technology, контролирующая около 16% рынка памяти. Полупроводниковый бизнес глобален. Заводы крупных фирм разбросаны по всему свету. (Некоторые российские разработчики, например, предпочитают отдавать свои проекты на заводы Samsung в Европе.) В целом Америку дальневосточный кризис задел своим краешком, но полупроводниковый гигант Micron присоединился к рядам дальневосточных потерпевших. В этом финансовом году компания призналась в убытках на сумму 234 млн. долл. при продажах 3 млрд. долл. — цифры особенно неприятные на фоне успехов прошлого финансового года, когда прибыль составила 332 млн. долл. при 3,5 млрд. долл. продаж. Потери связаны, если уж быть объективными, не только с падением цен на микросхемы, но и с приобретением заводов по производству схем памяти у Texas Instruments. Но это тоже не от беззаботной жизни, как и инвестиции в новые технологии. Смутная ситуация в индустрии, низкие доходы вынуждают к трудным решениям: либо экономить сегодня, чтобы выжить и переждать тяжелые времена, либо инвестировать в завтрашние технологии, думая о выживании завтра. Конечно, ведущие компании живут не одним днем. Огромные средства инвестируются в технологии, необходимые для нормы проектирования менее 0,25 мкм, — а это дорогая литография в глубоком ультрафиолетовом диапазоне (именно литография — основная составляющая расходов в современном полупроводниковом производстве).

Если пойти дальше в несколько надуманной, конечно, аналогии с забастовочным движением, то можно заметить, что лозунг "Пролетарии всех стран, соединяйтесь" теперь часто подменяется другими: "Производители, объединяйтесь против потребителя" — так легче не "сломать" рынок, точней, попытаться его починить. Не без давления правительства, между прочим, LG Semicon объединяет свои полупроводниковые производства с Hyundai. Конечно, главная цель слияний не борьба с потребителем, а борьба с конкурентом, с тем же Micron, но двум-трем компаниям, оставшимся на рынке, легче договориться между собой, чем дюжине. Это доказывает другой сектор полупроводниковой промышленности, которого мы пока не касались, — производство процессоров. Здесь рынок кое-как еще удается удержать.

Толстый сох,но тощий не сдох

Последнее время в секторе процессоров для ПК произошли заметные перемены. Intel продолжает доминировать, и эту позицию компании в ближайшее время никто не оспорит, но притихшая было AMD стремительно наращивает объемы продаж. Оживление на рынке связано с очевидным бумом вокруг ПК класса "ниже 1000". Аналитики поговаривают о том, что огромная Intel оказалась слишком инерционна, чтобы быстро отреагировать на этот всплеск потребительского интереса. В результате за год в этом сегменте ее доля в 72% сократилась до 35%! (В целом на рынке "потребительских процессоров" доля Intel уменьшилась с 91 до 72%). AMD досталось более половины рынка дешевых ПК. "Бегемот" Intel, как ласково говорят о нем обозреватели из Mercury News, поднял голову. Первым ответом должен пока стать Celeron, но радикальных изменений не произошло. Во втором квартале, например, было продано около 1 млн. процессоров Celeron, в то время как AMD и Cyrix (ныне подразделение National Semiconductor) удалось продать в этот сектор рынка около 4 млн. процессоров.

Положение призван поправить Mendochino, который сменит Celeron, но будет ли реванш удачен? В любом случае ясно одно: потребитель хочет дешевых компьютеров, и он их получит — в борьбе за потребителя Intel, AMD и остальные будут снижать цены на процессоры, приближаясь к границе зоны доходности, которая и так узка на рынках дешевых ПК, а может опускаться и ниже. Речь сейчас идет о продаже новейших версий K6-2 по цене около 100 долл. — только в этом случае у них останется шанс конкурировать с новыми версиями процессоров Intel. Если начнутся настоящие ценовые войны — а многие аналитики считают, что они неизбежны, — Intel и AMD станут продавать дешевые версии своих процессоров себе в убыток, и ситуация все больше и больше будет напоминать ситуацию на рынке памяти.

Опускаясь на землю, причем на российскую землю, попробуем составить представление о том, как же сказываются успехи и неуспехи мирового рынка полупроводников на ценовой и технической политике наших производителей и продавцов. Мы составили небольшой опросник. Эти вопросы мы разослали некольким российским компаниям. Критерием выбора респондента были не рейтинги и не обороты. Цели составить представительную подборку и нарисовать объективную картину мы (в данной статье) тоже не ставили. Мы скорее хотели представить разные модели работы с поставщиком, разное отношение к ситуации на мировом рынке. Понимая, что некоторые вопросы могут затрагивать коммерческие интересы компаний, мы лишь рассчитывали, что компании расскажут то, о чем им хочется рассказать, не "вытягивая" подробности правдами и неправдами. Открытость компании для прессы - тоже характеристика. Если кто-то хочет высказать свое отношение к ситуации на полупроводниковом рынке, мы с удовольствием дадим такую возможность в следующих номерах Computerworld Россия.

Мы публикуем здесь ответы представителей четырех российских компаний (в алфавитном порядке): "Белый Ветер - ДВМ", "Вист", "Дел", "Инел". "Вист", крупнейший производитель ПК в России. Компания "Инел" интересна нам тем, что открыто провозглашает ориентацию на недорогие модели - достаточно вспомнить недавний анонс "антикризисных" компьютеров. "ДВМ" первая собрала в России ноутбук, и это направление для компании до сих пор важнейшее. А производители портативной техники особо тесно связаны с дальневосточными поставщиками. "Дел" - среднего размера фирма, специализирующаяся на продаже комплектующих и компьютеров этим она и интересна для нас.

1 Как осуществляются закупки интегральных микросхем (например, памяти, чипсетов и т. д. в вашей компании)?

2 Обращаетесь ли Вы к одному постоянному поставщику или осуществляете закупки исходя из текущей ценовой ситуации на рынке?

3 Не секрет, что в последнее время цены на компьютерную память постоянно снижались. Склады обесцениваются со временем. Как Вы контролируете затраты на поддержание склада?

4 Способна ли Ваша компания оказывать влияние на ценовую политику Вашего поставщика (поставщиков)? Если да, то какое?

5 Каким образом внутри Вашей компании осуществляется принятие решений о, скажем, переходе на модули памяти нового уровня (32-разрядные и т.д.)? Под давлением спроса? Исходя из соображений цена/производительность? По другим причинам?

6 С Вашей точки зрения, как долго продлится снижение цен на память и когда ждать стабилизации?

7 Не могли бы Вы оценить совокупный спрос российских поставщиков на микросхемы памяти? Прокомментируйте возможность открытия в России собственного производства.


Концерн "Белый Ветер-ДВМ",Олег Колесов, PR-менеджер

1. Закупаем непосредственно у производителей.

2. Да, у нас постоянный поставщик.

3. Мы не видим в этом проблемы.

4. Безусловно, влияние есть. При необходимости можем "продавить" поставщика и получить подходящую нам цену.

5. Скорее из соображений цена/производительность плюс по техническим причинам. Например, когда на новую платформу нельзя уже ставить старую, дорогую память и "приходится" ставить новую, дешевую.

6. Снижение цен на 1 бит памяти будет длиться бесконечно вследствие бесконечности технического прогресса.

7. Оценка совокупного спроса - дело тяжелое и неблагодарное (не существует критерия правильности субъективной оценки, основанной на "открытых" субъективных данных российских потребителей памяти). Открывать в России собственное производство комплектующих долго и нерентабельно.

Компания "Вист",Николай Кислицын, PR-менеджер

1. По времени и объемам достаточно разнообразно, но предпринимаются попытки стабилизировать этот процесс. Из чипов "Вистом" закупаются микросхемы памяти (в основном только от Samsung) и процессоры (преимущественно от Intel, немного от IBM и AMD). Поставки чипсетов нет, они покупаются с материнскими платами (чипсеты только от Intel, платы - преимущественно от Intel, немного от MicroStar и Asustek).

2. Как правило, пользуемся прямыми поставками от одного поставщика (более 95%). Например, прямые поставки памяти от Samsung Semiconductors составляют порядка 98% в комплектации компьютеров "Вист". Другие закупки рассматриваются как ЧП и недоработка соответствующих служб в компании.

3. Снижение цен на компьютерную память прекратилось около месяца назад. Сейчас пошел подъем. В условиях как нестабильных цен, так и стабильных минимизация склада - важная экономическая задача и know-how компании. "Висту" немного легче. Он, как крупнейший российский сборщик, является единственной российской фирмой, долгое время имеющей товарную кредитную линию у Samsung Semiconductors. Кстати, и у других фирм тоже. Товарный кредит снижает финансовые издержки.

4. Да, если фирма достигает, как "Вист", заметного объема продаж. Цена поставок согласуется и рождается в ходе коммерческих переговоров.

5. Это целый комплекс причин. Переход на новые типы памяти происходит плавно, с вытеснением старых моделей компьютеров. Здесь есть и давление новой, более мощной комплектации (особенно по материнским платам), и цена/производительность, рыночный спрос и т. д. "Вист" - российский технологический лидер, выпускающий всю гамму современной компьютерной техники (от ноутбуков и NetPC до многопроцессорных серверов на Pentium II Xeon), поэтому ряд новинок запускает с опережением спроса. Компания считает себя обязанной формировать российский рынок.

6. Снижение как раз кончилось, и это следствие жестких мер, на которые пришлось пойти ведущим производителям, - вплоть до закрытия заводов. Ситуация стала критической, когда цена на память опустилась ниже уровня рентабельности производства. Сейчас началось повышение. Стабильность на рынке - "миг между прошлым и будущим". Важны только нерезкие изменения.

7. Общий спрос российских сборщиков в пересчете на 16-мегабайтную сборку составлял (до кризиса) более 1 млн./год. Открытие современного производства, удовлетворяющего эту потребность, стоит более 1 млрд. долл. прямых инвестиций в Россию. Такое в ближайшее время нереально.

Компания "Дел",Александр Родионов,главный менеджер по закупкам

2. Мы пользуемся услугами нескольких крупных поставщиков по отдельным видам закупаемых комплектующих. Наш более чем четырехлетний опыт работы на компьютерном рынке показал, что это наиболее оптимальная схема закупок.

3. Мы научились находить баланс между величиной склада и колебаниями цен на компьютерную память. Эта проблема в последнее время не доставляет нам особых хлопот.

5. Изменение моделей модулей памяти происходит под влиянием спроса и поступления на рынок новых материнских плат.

6. Цена на модули памяти, после широкого распространения соответствующих моделей на рынке, меняется волнообразно с тенденцией к понижению вплоть до своего морального старения.

7. В России может быть налажена только сборка модулей памяти, так как технологическая база и уровень производства не позволяют разрабатывать и изготавливать микросхемы, соответствующие мировому уровню.

Компания "Инел",Сергей Швец, генеральный директор

1. Закупки памяти и процессоров осуществляются на территории России у дистрибьюторов или у компаний, специализирующихся на поставках такого вида товаров.

2. В российских условиях неразумно полагаться на одного поставщика, поэтому мы сотрудничаем с несколькими поставщиками по этому виду продукции.

3. Этим видом продукции занимается отдельный сотрудник, одной из его задач является поддержание минимально необходимого запаса для сборки и минимизация потерь от понижения цен.

4. На ценовую политику - вряд ли. На цены для определенных партий продукции - да.

5. При переходе с одного типа памяти на другой принимаются во внимание указанные вами и некоторые другие аспекты, такие как цена/емкость, перспектива доступности продукта на рынке, стабильность качества и т. д. К тому же такие переходы обычно не бывают резкими, а проходят плавно, с увеличением доли нового продукта и уменьшением доли старого в статистике продаж.

6. Снижение цен на память вряд ли прекратится в обозримом будущем, ведь это следствие развития технологий. Значит, стабилизации можно ждать тогда, когда в мире перестанут развиваться технологии.

7. Совокупный спрос можно оценить по количеству продаваемых компьютеров, посчитав, что в каждый из них устанавливается по 32 Мбайт в среднем. 1,4 млн. x 0,7 (доля компьютеров, производимых в России) x 32 = 32 млн. МГбайт (без учета влияния кризиса, исходя из прогноза на 1998 год). В России такое производство экономически нецелесообразно.

Ответы говорят сами за себя. Они не являются неожиданными. Все в один голос высказались о нецелесообразности производства схем памяти в России. Что ж, в такую затею может поверить только самый отъявленный оптимист. Интересно, что никто не сетовал на проблемы по оборачиваемости складов, в то время как западные аналитики считают это одним из ключевых факторов успеха. Никто не проявил особого беспокойства по поводу быстроты смены технологий, каждый находит свой способ демпфировать эти скачки. Оценки российского рынка памяти несколько расходятся, но это не расхождение на порядок. В целом компании, похоже, больше озабочены внутренними российскими проблемами, нежели мировым кризисом перепроизводства микросхем памяти. Хорошо это или плохо - покажет время.

 

Опять на радость потребителям лозунгом в борьбе производителей становятся слова "дешевый, еще дешевле". Другое направление развития — "быстрый, еще быстрее" несколько отодвигается в тень, несмотря на шумную кампанию вокруг Merced — самого загадочного и долгожданного процессора последнего десятилетия (а теперь уже верней будет сказать — следующего). Он должен ворваться в ряды сверхпроизводительных процессоров для корпоративного рынка, раздвинув некогда плотные ряды RISC-процессоров. Xeon от Intel, нацеленный на рынок серверов, по производительности заметно отстает от Alpha, и, более того, совершенно неясно, сможет ли пост-RISC Merced, пусть и с более прогрессивной архитектурой, догнать Alpha, которые к моменту выхода Merced могут перевалить за рубеж 1000 МГц. Intel, в руках которой находятся линии по производству Alpha (но есть еще и Alpha от Samsung!), явно не следует лозунгу "Производительность превыше всего". Зато все чаще взоры руководства обращаются в сторону другого осколка империи Digital — технологии StrongARM.

Нашествие "карманников"

Компьютерный мир привык к шумным маркетинговым кампаниям. Сетевые компьютеры постепенно отвоевывают себе нишу на рынке, однако о предсказанном буме говорить смешно. Другое дело — разнообразные карманные устройства, способные работать в сети: сотовые телефоны с доступом в Internet, телевизионные приставки с Web-браузером, карманные компьютеры и карманные терминалы для складских работников. Никто не сомневается в том, что уже через несколько лет такие устройства не только будут распространены, но по-настоящему внедрятся в нашу повседневную жизнь. В них обычно нет смысла использовать Intel-совместимые процессоры и Windows 95/98, здесь предпочитают специальные процессоры для встроенных систем, которые работают под управлением ОС реального времени: классических, вроде VxWorks от Wind River Systems, или с микроядерной архитектурой, вроде Chorus, приобретенной Sun. Теперь на этот рынок достаточно успешно продвигается Windows CE. Процессоры для встроенных применений всегда выпускала Motorola, очень распространены были различные версии MIPS (особенно в игровых приставках), они выпускались и Intel. Но куда соблазнительней для Intel оказалось подхватить линию StrongARM. Эта RISC-технология принадлежит Intel, была приобретена у Digital, а разрабатывалась в недрах английской компании ARM.

Процессоры с архитектурой ARM уже прочно поселились на рынке: только NEC и Samsung выпустили по лицензиям 15 млн. процессоров за первую половину 1998 года! Nokia, Ericsson и Motorola объявили, что будут использовать StrongARM в своих интеллектуальных телефонах. StrongARM стоят недорого — менее 30 долл., достаточно производительны и потребляют мало энергии — их можно использовать в устройствах, работающих от батареи. Hewlett-Packard будет использовать этот процессор в портативных компьютерах.

Motorola не собирается покидать рынок встроенных процессоров, напротив, планирует широкое наступление с привлечением партнеров. По сценарию Motorola, мир будущего будет заселен разнообразными устройствами, способными взаимодействовать между собой благодаря широчайшему выбору программных средств для встроенных систем, обладающих хорошо определенными API. Это напоминает идеологию Java, особенно в начале проекта, когда этот язык предназначался больше для интеллектуальных стиральных машин, чем для связи с базами данных. Основа идеологии Motorola на рынке встроенных применений — разнообразные системы на едином кристалле SOC (System-On-a-Chip) с общим процессорным ядром M-CORE. Технология Java действительно должна склеить кирпичики этой архитектуры, а Windows CE — стать ключевой ОС.

Как и ее давний партнер IBM, Motorola владеет технологией медных проводников (у Motorola она называетя HyperMOS), существенно облегчающей переход к нормам проектирования менее 0,25 мкм. Но для задуманного наступления по всем фронтам этого мало. SOC, по определению, должны иметь встроенную память. Один из лидеров здесь — Siemens. У Motorola и Siemens есть в совместном владении заводы в США и Германии, поэтому многие считают обмен технологиями между этими двумя компаниями весьма вероятным — официально об альянсе не объявлено. В этом году Motorola заключила соглашение с Lucent Technologies о создании совместного центра разработки сигнальных процессоров (DSP), что тоже выглядит довольно естественно: рынок коммуникационных устройств для Motorola всегда был приоритетным. Не менее важным альянсом и, безусловно, самым широко обсуждаемым, стало соглашение о передаче AMD технологий медных проводников. Эти компании создают общую базу знаний и центр разработки SOC, который обещали поддержать Mentor Graphics и Synopsys. Все эти альянсы должны, кроме всего прочего, привести к появлению на рынке виртуального гиганта, способного активно противостоять реальному гиганту — Intel.

Полупроводниковый зоопарк

Шаги, которые делает Motorola в сторону универсализации и "перекладывания проблем" с процессоров на ПО, — характерное направление развития компьютерной индустрии, но не единственное. Дело в том, что судить о полупроводниковом рынке по ситуации с памятью и процессорами — то же, что пытаться составить представление о всем животном мире по своей кошке и соседской собаке. Огромная часть полупроводникового рынка остается в "мертвой зоне" компьютерной прессы. Обычно перечисляют такие его секторы: аналоговые микросхемы, заказные микросхемы, коммуникационные и сигнальные процессоры, микроконтроллеры, EPROM и EEPROM, DRAM и SRAM, PLD (программируемые логические устройства), более экзотические приборы, например нейрочипы. Границы между этими классами приборов расплывчаты, и оценить объем рынка не всегда возможно. Но от этого они не становятся менее важными. Аналоговые устройства — не воспоминания о прошлом, вытесненном цифровым миром, а скорее воспоминания о будущем. Аналоговый рынок за 1997 год оценивается приблизительно в 20 млрд. долл. — чуть больше оборота Intel, а к 2002 году ожидают рост этого сектора до 50 млрд. долл. Интересный сектор — FPGA — стремительно растущее подмножество PLD. Эти устройства, состоящие из стандартных элементов — комбинаций вентилей, могут обратимо "прошиваться" программно в темпе переключения задач. Сообщения о них в нашей компьютерной прессе появляются несколько раз в год, а годовые обороты производящих их компаний уже перевалили за 2 млрд. долл. С моей точки зрения, раз уж мы явно опоздали с процессорами и памятью, есть смысл прорываться на мировой рынок с наукоемкими "нишевыми" приборами, вроде RISC-нейропроцессора, который сделали в НТЦ "Модуль". Но об этом поговорим позже, когда интересные разработки смогут появляться в контексте оборотов и инвестиций — как у всех. Пока же, говоря о компьютерной индустрии, приходится иметь в виду в основном наших сборщиков, завозящих тонны комплектующих из Кореи и Тайваня.


В обзоре использованы данные Electronic Buyers News, Forward Concepts, Frost & Sullivan, IC Insights, In-Stat, Semico Research.

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями