Пришли первые отклики на подборку мнений представителей ведущих западных и российских компаний, опубликованную в # 18 от 13 мая.

Говоря о тендерах, очень хотелось бы остановиться на преимуществах конкурсного распределения государственных заказов, а также его влиянии на отбор наиболее интересных разработчиков и формирование цивилизованного рынка производителей информационных товаров и услуг в России... Однако реальная ситуация далека от желаемой, и говорить о тендерах (или конкурсах) как об обязательном механизме распределения государственных заказов на разработку информационных систем и программных продуктов, поставку компьютерной техники плюс оказание информационных услуг госорганам,- с правовой точки зрения достаточно сложно.

Очевидно, что вопрос распределения государственных заказов является важнейшим в осуществлении национальной политики в области развития информационных технологий в России. Государственный заказ должен представлять собой серьезный инструмент стимулирования национального разработчика информационных технологий. Средства, выделяемые из госбюджета на информационные системы, могут и должны содействовать развитию конкуренции в данном секторе рынка и в то же время обеспечивать некоторый уровень протекционизма для национальных производителей. Всему этому призвана способствовать конкурсная система отбора фирм-исполнителей государственных программ. Однако в этом случае наши "естественные информационные монополии", такие как ФАПСИ, Министерство связи и "Роскоминформ" (две последних структуры ныне объединены в Госкомитет по связи и информатике), утратят возможность бесконтрольно влиять на распределение средств, выделяемых для создания информационных систем. Представляется, что эта проблема характерна не только для данной сферы деятельности, но и для большинства отраслей и соответствующих ведомств, в которых осуществляется распределение средств для реализации государственных программ.

Законами "О поставках продукции и товаров для государственных нужд" от 28 мая 1992 г. (п. 4 ст. 3) и "О государственном оборонном заказе" от 24 ноября 1995 г. (п. 4 ст. 3) для государственного заказчика (как правило, это ведомства, а в нашем случае - ФАПСИ либо Госкомсвязь) предусмотрена возможность осуществлять, исходя из интересов государства, возможный выбор поставщиков продукции для заключения с ними государственных контрактов путем проведения конкурсного отбора, организации федеральных, региональных торгов и других мероприятий. Но в соответствии с законом данная процедура не является для них обязательной. Провести конкурс или нет - решает сам заказчик. Известно, что открытость и здоровая конкуренция плохо сочетаются с произволом и злоупотреблениями, а четко расписанные процедуры проведения конкурсов в случае их нарушения позволяют обращаться за защитой в суд. Поэтому выработка правовой базы проведения конкурсов в области создания информационных систем для госорганов невыгодна чиновникам, а соответственно не реализована в подзаконных актах. В то же время статус государственного заказчика, предоставляющий право самостоятельно распределять средства, привлекает многих. Так, в 1996 году бывший "Роскоминформ" обратился в правительство с проектом постановления, утверждающего "Положение о государственном заказчике федеральных информационных систем", в соответствии с которым на него должна возлагаться функция "государственного заказчика федеральных информационных систем", а взаимодействие с другими ведомствами, осуществляющими функцию государственного заказчика (например ФАПСИ), должно определяться отдельными соглашениями. Необходимость заключения подобных соглашений при этом определяется самим государственным заказчиком. Не стоит проводить юридический анализ этого крайне слабого и непрофессионального документа, который, кстати, не был утвержден правительством, однако этот проект может служить подтверждением того, что в сфере информатизации в России проводится не национальная или государственная политика, а, мягко говоря, политика ведомственная. Практика показывает, что в сферах, куда привлекаются значительные средства, активизируется ведомственная нормотворческая деятельность, и если мы рассмотрим в качестве примера в сферу "информатизации", то увидим, что в этой области практически ежегодно принимались различные национальные программы, например "Правовой информатизации", "Создания информационно-телекоммуникационной системы России" и другие. Для всех предусматривалось значительное финансирование, в том числе по второму проекту в 1997 году планируется выделение 700

млрд. руб. дополнительно. Этот проект будет финансироваться за счет кредитной линии "Гермес" (ФРГ). На сегодня в России по самым скромным подсчетам действует около 500 нормативных актов, регулирующих деятельность в области "информатизации", однако искать в этих актах механизмы для создания здоровой конкуренции на рынке информационных технологий и условий для активизации отечественного производителя бесполезно. Начиная с закона "Об информации, информатизации и защите информации" и кончая серией актов по защите информации - все эти документы служат отражением только одного интереса - интереса чиновника, которому выгодно создать видимость правовой регламентации этой сферы деятельности и в то же время иметь возможность принимать решения без независимой экспертизы и иных механизмов объективного конкурсного отбора. Поэтому я считаю, что, прежде чем обсуждать процедуру проведения конкурсов, необходимо разработать реальную правовую основу. Нужно создать независимую экспертизу, и самим отечественным разработчикам информационных продуктов активно включиться в процесс разработки этих нормативных актов, используя возможности имеющихся общественных объединений участников компьютерного рынка.


Марина Карелина - главный ученый секретарь Российской правовой академии. С ней можно связаться по адресу: marina@rula.msk.ru.

Еще один отклик на статью пришел из IBM...

...В письме Константина Шульмана, менеджера государственного сектора IBM. Он обратил внимание на две неточности в материале Олега Устинова. Во-первых, срок подачи документов на конкурс Комитета по стандартизации продлен до конца мая (и поэтому нет оснований говорить о проведении его в марте), а во-вторых, "IBM не является участником этого тендера. Поскольку официально получить подтверждение об участии той или иной компании в тендере до объявления его результатов невозможно (это противоречит правилам Всемирного Банка), то либо были использованы сведения из непроверенного источника, либо имеет место попытка сознательно опорочить IBM в глазах партнеров".

Мы связались по этому вопросу с Олегом Устиновым, который в свою очередь объяснил, что решение о продлении срока подачи документов было принято после написания им материала в Computerworld. Что же касается информации об участии в тендере компании IBM, то ее он получил в самом Госстандарте.

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями