Я никогда не считал себя эдаким технологическим луддитом. Сомнения в этом у меня зародились, когда я попытался проанализировать развитие компьютерной индустрии за последние 10 лет.

Прошедшее десятилетие ознаменовалось так называемым сдвигом парадигмы вычислений в сторону архитектуры клиент-сервер. Термин "клиент-сервер" пробрался на страницы Computerworld примерно в 1990 году, вскоре после того, как взлетела популярность открытых систем. Как это часто бывает с новыми и несколько умозрительными явлениями, в народе ходит невероятное количество историй, касающихся самого определения. Итак, что же такое "клиент-сервер"?

Ответы тогдашних производителей сегодня вызывают улыбку. Все это, скорее, напоминает сферу самообслуживания, нежели клиент-серверные взаимоотношения. Такое ощущение, будто каждый поставщик вдруг заработал в архитектуре клиент-сервер, предлагая при этом те же самые продукты, которые были уже в продаже год назад. Подавляющее большинство подобных продуктов представляло собой программные пакеты, по крайней мере вначале.

Со временем изменились и сами компании и вопросы, которым прежде всего уделялось внимание. Декларация Билла Гейтса, некогда считавшаяся официальной, нашла бы свой конец на новых страницах Computerworld.

Таким образом, несмотря на определенный экономический спад, изменения эти воспринимались как предвестники более светлого периода, вызывающие вполне оправданный оптимизм. По крайней мере, обозначился долгожданный путь вперед, который придавал всему смысл. Он придал эдакий налет корпоративной респектабельности отъявленным виновником смуты - ПК. И (что более важно) внушал надежду на определенные перспективы старым воякам, которые боролись за поиск новой индивидуальности. Их бизнес теперь касался серверов и сервиса, и они могли сосуществовать с ПК, а не конкурировать с ними.

То ли благодаря настойчивости производителей, то ли из-за насущных потребностей пользователей, но мир информационных технологий казался очарованным архитектурой клиент-сервер. Пусть нерешительно, пусть медленно, но пользователи начали планировать свое будущее. И тоненькая струйка вылилась в огромный поток.

Мы жили в эти золотые годы. Современная ситуация и та, что была десять лет , напоминают картины "до" и "после". Вот тут-то и начали одолевать меня сомнения.

У меня в голове засело это сравнение, и я обнаружил, что картина "после" ничем не лучше картины "до". Что же такого особенного мы делаем сегодня с помощью клиент-сервер, чего не делали раньше? Какой дополнительной производительности мы добились? И насколько это выгодно? И чтобы отыскать хоть какой-то плюс, мы судорожно вспоминаем, что в момент ранней эйфории от микропроцессорной технологии была надежда (оказавшаяся иллюзорной) на экономию средств по сравнению со старыми системами.

Теперь я понимаю, что мы обманывались и идиллическую картину портила истинная цена владения ПК.

Это коварный показатель, который часто остается скрытым, но на самом деле все больше и больше выходит на первый план. В конце концов, он превышает стоимость самой аппаратуры и программного обеспечения, выливаясь в громадную себестоимость, явную и скрытую. В результате мы поднимаем цены, и это лишает пользователей реальных прибылей, которые, возможно, и сулила им микропроцессорная революция.

Но нам этого уже мало. Мы тянемся к новым приложениям, которые все менее и менее рентабельны (нерентабельные выброшены давным-давно), что грозит нешуточным спадом производительности.

Несколько месяцев назад я читал отчет, в котором системный администратор жалуется на то, что был вынужден выбросить сотни дешевых простых терминалов и заменить их на ПК. А все потому, что разработка его старого программного пакета была прекращена в угоду новой модели клиент-сервер.

Большинство людей, занятых на производстве, в магазинах, в отделах обслуживания, в бухгалтерских подразделениях, не работали с ПК, и им, безусловно, с трудом давалось их освоение. Новые системы были нужны горстке людей там, где речь шла об удобстве подготовки отчетов и установки. Гораздо важнее то, что они выигрышно смотрелись на всякого рода демонстрационных стендах, вот почему разработчики программного обеспечения не хотели от них отказываться, когда возник конфликт и одна из систем должна была сойти со сцены.

Очарованные новой парадигмой "гибкости, мощности и дружественности" к пользователю мы что-то упустили.

Я подозреваю, что переход к настоящему изобилию офисных приложений аналогичен ситуации с архитектурой клиент-сервер. На наших глазах происходит мучительное внедерние в корпорации следующего поколения технологии Windows. Реальная стоимость - грандиозна, если вы имеете дело с аппаратным обеспечением, обучением и поддержкой (в том числе неформальной поддержкой сетей "офисных экспертов", которые неизбежно возникают). Но рост производительности не столь очевиден.

Тем не менее окончательный шаг все же неизбежен. Я уверен, что многие пользователи модернизируют свои системы потому, что они видят угасание своих "старых" систем и считают, что рост производительности за счет нового поколения систем оправдан их стоимостью. К тому же там, где новые возможности выгодны всего лишь горстке потребителей, из-за необходимости модернизировать системы всех без исключения пользователей, прибыль теряется.

Для меня, как для пользователя ПК, каждая последующая модернизация оказывается все менее эффективной. Как руководитель, я нахожу, что они перестают себя оправдывать, и все больше осознаю реальную стоимость этих модернизаций. Я становлюсь технологическим луддитом.

Более интеллектуальный пакет электронной почты обеспечил бы гораздо более высокую производительность, чем количество функций в текстовом процессоре или электронных таблицах. Так считают и многие мои сотрудники. Мысленно прослеживая цепочку событий прошедшего десятилетия, я прихожу к выводу, что перелом, похоже, наступил не сегодня.

Поэтому, когда дорогие модернизации происходят ради самой технологии, а не ради роста производительности, и когда мы понимаем, что вынуждены пользоваться малорентабельными приложениями для ПК, которые не совсем нам подходят, это значит, что пришло время сесть и заняться подсчетами. Такое ощущение, что настала пора для очередного сдвига парадигмы.

Я не предрекаю смерть ПК. Это было бы равнозначно прогнозам о скорой кончине мэйнфреймов (да, мы тоже предсказывали нечто подобное более десяти лет назад). Такого не случится. ПК ждет долгая и счастливая жизнь. Так же, как и многие новые приложения, касающиеся презентации и коммуникаций, но не обработки. Главное, чтобы они были столь же полезны и по цене (с учетом затрат на эксплуатацию), сопоставимой с телевизором и телефоном, но не с компьютером. Они должны иметь различные формы, размеры, функции и возможности.

ПК на каждом столе и в каждом доме - неосуществимая фантазия. Такого никогда не будет. И это правильно. Пусть ПК выполняют только то, что получается хорошо. Мы дожили до того, что пользователи (неважно дома или на работе) вынуждены идти на компромиссы, мириться со слишком большим числом недостатков и получать мизерную отдачу в обмен на высокую реальную стоимость.

Теперь я понимаю, что чувствовал Билл Гейтс, придя в отчаяние от того, какой путь развития выбрал компьютерный мир. Он два года прокладывал себе путь для того, чтобы его изменить. Кончилось тем, что возник продукт Java, готовый потрясти самые основы компьютерного мира.

Он обещает выбор, разнообразие, простые коммуникации, создание правильного инструментария для каждого вида деятельности. Эти качества становятся все более существенными, поскольку проникают во все уголки нашей жизни.

Интересно, что Java попал под тот же огонь критики, что и ПК несколько лет назад. Он и медлителен, и маломощен, и ограничен в возможностях. Но хорошая технология имеет обыкновение развиваться, и каждое усовершенствование открывает новые перспективы. Правда, большие изменения требуют времени.

Мы вступили на тернистый путь, но хочется надеяться, что интеллектуальные коммуникационные терминалы, в отличие от архитектуры клиент-сервер, принесут компаниям и домашним офисам реальные выгоды, а не только затраты.

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями