С началом реализации проекта РСС ВСД и освоения Ka-диапазона российских операторов спутниковой связи ждут очень серьезные изменения. С одной стороны, у них наконец-то появится столь дефицитный сегодня частотный ресурс на телекоммуникационных спутниках, которые загружены на 93–98% максимальной пропускной способности (при норме на уровне 80–85 %), с другой — сразу после незначительной, двух-трехлетней, передышки им предстоит столкнуться с резким снижением цен на двунаправленный спутниковый доступ для конечных пользователей, превращением его в массовую услугу и возможным оттоком корпоративных клиентов. Собрав виртуальный круглый стол, мы попробовали понять, как операторы оценивают предстоящие изменения, насколько проект РСС ВСД соответствует декларируемым задачам (в том числе планам покрытия 99% российской территории) и способен ли он выдержать конкуренцию с другими операторами фиксированной, мобильной и спутниковой связи. (Краткий обзор технологий и проектов Ka-диапазона дается в статье «Кa-смические скорости» в этом номере). В круглом столе принимали участие Сергей Пехтерев, руководитель группы компаний AltegroSky, Олег Ватулин, первый заместитель генерального директора «РуСат», Олег Ожогин, директор департамента развития бизнеса «Московский телепорт» и Виталий Крамарь, директор компании «Телепорт-Сервис».

 

Какие можно выделить этапы в коммерческом освоении Ka-диапазона?

Сергей Пехтерев: «Учитывая ‘‘традиционно особый путь России’’, я не стал бы исключать и появления ‘‘новых услуг для корпоративных клиентов’’».

Сергей Пехтерев: Все обычно — сначала надо понять, «что это такое», потом «кому это нужно», затем «как это продать», ну и, наконец, «как на этом заработать деньги».

Олег Ватулин: Коммерческое освоение Ka-диапазона иностранными компаниями началось давно, все необходимые тесты проведены, сейчас ведется активная работа. Первоначально, в Ka-диапазоне использовали глобальные зоны покрытия и антенны диаметром 0,7–0,9 м. Таким образом, была отработана технология и создана база для дальнейшего развития услуги.

В декабре 2010 года выведен на орбиту европейский спутник KA-SAT-1, работающий в Ka-диапазоне и имеющий общую пропускную способность 70 Гбит/с. В этом году ожидается запуск аналогичного многолучевого спутникового аппарата в США с общей пропускной способностью 100 Гбит/с. Оба спутника позволяют использовать антенны 0,6 м и предоставить абонентам скорости 10–15 Мбит/с.

В России освоение Ка-диапазона только начинается. Первый этап — планируемый на конец 2011 года запуск спутника "Экспресс-АМ-4", имеющего несколько тестовых лучей Ка-диапазона, на базе которых в дальнейшем будут опробованы решения для построения сети в этом диапазоне. Однако общая пропускная способность и энергетика этих лучей низкая, что не позволит работать с антеннами меньше 1,2 м, а также исключает возможность создания инфраструктуры для массового обслуживания.

Только когда в России будут запущены спутники с большим количеством лучей, а произойдет это не ранее 2014–2015 годов, можно будет говорить о полноценном коммерческом использовании Ка-диапазона и переводе его в массовую услугу на нашем рынке.

 

Каковы принципиальные отличия VSAT Ka- и Ku-диапазонов?

Олег Ватулин: «Мы видим определенные проблемы у наземных операторов ШПД 3G и 4G — они не могут предоставлять качественные услуги,
скорости работы очень низкие».

Пехтерев: С технической точки зрения — никаких..

Ватулин: Принципиальных отличий всего два. Сигнал в Ка-диапазоне более склонен к затуханиям, поэтому необходимо использовать адаптивную кодовую модуляцию. Когда прохождение сигнала ухудшается, VSAT переходит на более простые способы модуляции, пропускная способность уменьшается, но связь не пропадает. Второе отличие VSAT Ка-диапазона — более широкополосный канал, соответственно, и пропускная способность спутника должна быть выше.

 

Планируете ли вы предоставление услуг в Ka-диапазоне?

Ватулин: В Ku- и C-диапазонах практически не осталось свободных спутниковых ресурсов, что обуславливает интерес рынка к Ка-диапазону. Основная проблема в отсутствии иностранных спутников, скоординированных в Ка-диапазоне на Россию, а коммерческая эксплуатация российских систем начнется не раньше 2015 года.

Мировой опыт показывает, что оборудование для Ка-диапазона очень компактное, с достаточно низкой стоимостью. Если в России цена на спутниковый ресурс снизится, это станет предпосылкой к переходу услуг в Ка-диапазоне в массовый сегмент, как и происходит сейчас в Европе и США.

 

Олег Ожогин: «РСС ВСД потребует использования всех ресурсов Ка-диапазона спутников ‘‘Экспресс-АМ4’’, ‘‘...-АМ5’’, ‘‘...-АМ6’’».

 

Олег Ожогин: РСС ВСД потребует использования всех ресурсов Ка-диапазона спутников "Экспресс-АМ4", "...-АМ5", "...-АМ6". Будут ли эти ресурсы выведены на рынок для использования другими операторами — большой вопрос.

Пехтерев: «Сетьтелеком» безусловно заинтересован в использовании новых возможностей, которые предоставляет и Ка, и ИСЗ "Экспресс-АМ4", "...-АМ5" и "...-АМ6" для широкополосного Интернета. Но вопрос упирается в условия по аренде и использованию этих емкостей, которые предоставит участникам рынка владелец борта ГПКС.

 

Станут ли доступны корпоративным клиентам новые услуги с появлением систем Ka-диапазона?

Ватулин: Для покрытия всей территории России потребуется 70–80 лучей диаметром около 300 км. В каждом из таких лучей корпоративные клиенты смогут получить хорошую энергетику и низкую стоимость трафика, а также возможность строить внутри него региональные сети. Возможность передавать информацию из одного луча в другой с высокой скоростью позволит предоставить заказчикам мультимедийный сервис.

Ожогин: Скорее всего, при использовании Ка-диапазона перечень услуг корпоративным заказчикам не претерпит серьезных изменений. Но для данных услуг станет доступна большая пропускная способность.

Пехтерев: Пока мировая практика показывает, что Ка-диапазон используется исключительно для потребительского ШПД, но, учитывая «традиционно особый путь России», я не стал бы исключать и появления у нас «новых услуг для корпоративных клиентов» в Ка-диапазоне.

 

Сохранит ли Ku-диапазон свои преимущества и позиции?

Ватулин: Какое-то время — да, благодаря глобальной зоне покрытия и инсталлированной базе.

Ожогин: На мой взгляд, Кu диапазон сохранит свои позиции, ведь не перестали же мы использовать С-диапазон при появлении Ku. Каждый диапазон будет иметь своих пользователей и свои виды услуг.

Пехтерев: Остаюсь оптимистом, и рассчитываю на то, что здесь мы не будем изобретать велосипед, и оставим корпоративным клиентам связь в Ku-диапазоне.

 

Как скажется появление РСС ВСД на бизнесе российских спутниковых операторов?

Пехтерев: Если это произойдет в описанные в начальной концепции сроки и с заявленными ценовыми (8000 руб. за терминал, 50 руб. за 1 гигабайт трафика) и скоростными параметрами, то катастрофически.

Ожогин: Введение в эксплуатацию РСС ВСД в первую очередь повлияет на тех операторов, которые сейчас ориентированы на физических лиц и малых корпоративных пользователей. Однако возможен отток на более дешевые услуги и средних корпоративных заказчиков.

 

Виталий Крамарь: «Выбор потребителя еще долго будет зависеть от множества факторов, часть из которых не всегда будет на стороне LTE».

Виталий Крамарь: Сказаться может очень печально, особенно для новичков в этом сегменте рынка, в первую очередь из-за крайне низкой заявленной стоимости терминалов и услуг связи РСС ВСД. Такие цены ни один из текущих игроков не в состоянии обеспечить, так как зависит от производителей. А поскольку основной критерий выбора российского потребителя — это стоимость, а качество услуг связи на втором месте, то следует ожидать существенного провала спроса, как минимум до момента осознания всеми преимуществ и недостатков новой услуги.

 

Каковы особенности предоставления услуг Ka-диапазона в северных и полярных широтах?

Ожогин: Частоты Ка-диапазона имеют более высокие потери сигнала в атмосфере. Кроме этого, чем меньше угол места на спутник, тем больше должен быть запас мощности сигнала на погодные условия. Минимальное рекомендуемое значение этого угла для Ка-диапазона составляет 15 градусов для сервиса ШПД. Данная особенность накладывает существенные ограничения на использование Ка-диапазона на геостационарных спутниках при расположении станций выше параллели 66,5^град. Для заполярных широт наиболее надежным в плане качества канала связи для VSAT является С-диапазон.

Ватулин: Ka- и Ku-диапазоны в этих широтах работают плохо вследствие малых углов места. Здесь целесообразнее использовать низкоорбитальные спутниковые системы.

Пехтерев: В. И. Ленин писал по такому случаю: «Практика — критерий истины».

 

Каковы преимущества у низкоорбитальных спутниковых систем для организации спутникового ШПД, в том числе на территории России?

Ватулин: Основные преимущества низкоорбитальных спутниковых систем — относительно небольшая стоимость ввиду тиражирования достаточно большого количества одинаковых спутников, отработанность технологий и хорошие возможности для запуска. Низкоорбитальные спутники, в отличие от геостационарных, не имеют постоянного местоположения. Одновременный запуск большого числа низкоорбитальных спутников, с перенаведением антенны автоматически с одного спутника на другой, позволит иметь постоянную услугу спутникового доступа в тех широтах, где другая связь недоступна.

Крамарь: Основное и весьма существенное преимущество низкоорбитальных систем типа O3b — это низкая задержка в спутниковом канале, благодаря значительно более низким орбитам, в сравнении с геостационарными космическими аппаратами. Второе, не менее важное преимущество — большая вероятность установления или удержания соединения в местах с различными высотными объектами — вблизи лесных массивов, в горах и других подобных местах, где прицеливание на геостационарный спутник может вызывать затруднения, особенно для мобильных систем. Для северных и полярных широт наиболее качественными и скоростными спутниковыми сервисами, вероятно, могут стать российская «Полярная звезда» (разработку ведет «Газпром космические системы») или канадский проект COMMStellation.

 

Каких изменений в наземной инфраструктуре оператора требует предоставление услуг спутникового ШПД в Ka-диапазоне?

Ожогин: Так как зона покрытия в диапазоне Ка значительно уже, чем в Ku или С, а также с учетом специфики построения этих зон («сотовая» структура покрытия и высокая полоса пропускания спутника) потребуется организация сети телепортов, работающих на конкретный регион (регионы) и соединенных между собой оптическими наземными каналами.

Крамарь: Для участия в данном проекте оператору потребуются не изменения, а полное строительство наземной спутниковой инфраструктуры с нуля, за исключением, может быть, вопросов электроснабжения и кондиционирования. Интеграция с существующей операторской инфраструктурой будет возможна только на уровне магистральных каналов и маршрутов.

Ватулин: В первую очередь — расширения пропускной способности на трассе спутник – земля и построения центральных станций по всей зоне обслуживания. Оптимально, если на 8–10 лучей приходится одна центральная станция, а сами станции объединены оптическими каналами связи.

Пехтерев: Хотелось бы отметить, что большая часть перечисленных изменений коснется лишь оператора системы РСС ВСД. Возвращаясь на землю: пока в голову приходит только наличие очень большого склада для хранения запаса терминалов VSAT.

 

Смогут ли глобальные Ka-системы дополнить предложения РСС ВСД на территории РФ?

Крамарь: Безусловно смогут. Наиболее интересным, в плане дополнения, является проект COMMStellation, так как его анонсируемые характеристики впечатляют, особенно в части значительно меньших задержек в передаче пакетов между точками. Но в российской реальности все будет зависеть не столько от технологических характеристик систем, сколько от цен на сервисы. Ни один из иностранных поставщиков глобальных услуг связи пока не отличался лояльной ценовой политикой по отношению к российскому потребителю.

Ожогин: По предварительной информации, РСС ВСД будет охватывать только западную и южную части России, а также Дальний Восток. Inmarsat Xpress как глобальная система, будет покрывать практически весь земной шар, за исключением приполярных областей. Поэтому услуги Xpress могут быть востребованы на территориях России, где не будет покрытия системы РСС ВСД. Однако не думаю, что пользование услугами на базе Xpress обойдется дешевле в сравнении с РСС ВСД.

Ватулин: Безусловно. По нашим прогнозам, в 2014–2015 году российский рынок изменится в лучшую сторону, начнут развиваться отечественные технологии, дополненные опытом иностранных компаний.

Пехтерев: Из возможных предложений более-менее серьезно можно воспринимать только Inmarsat Xpress. Размер территорий РФ южнее 45-й параллели, где будет работать О3В, и их доступность для российского Ка-диапазона не позволят этой компании рассчитывать здесь на серьезный бизнес. Что касается Inmarsat, то предположу, что они сами при создании борта смогут понять, где их ждут, а где — не очень, и в соответствии с этим сконфигурируют лучи, ведь при полном глобальном покрытии им не хватит энергетики, чтобы обеспечить прием и передачу с антенн диаметром 70 см, и надо будет выбирать наиболее перспективные территории на планете и концентрировать узкие лучи именно там. При наличии у нас РСС-ВСД и традиционно «прохладного» отношения к иностранным ИСЗ я бы не отнес Россию к таковым.

 

Смогут ли РСС ВСД и другие системы Ka-диапазона конкурировать с российскими мобильными и фиксированными сетями?

Крамарь: Мобильные сервисы LTE, безусловно, будут намного интереснее любых фиксированных спутниковых услуг по множеству технических характеристик, за исключением пары-тройки нюансов. Первое — это свободные частоты, доступность которых зависит от конверсии, которую почему-то не спешат проводить в жизнь. Второе — это невероятные просторы нашей страны, для покрытия которых повсеместным LTE необходимы огромные инвестиции. К тому же выбор потребителя еще долго будет зависеть от множества факторов, часть из которых не всегда будет на стороне LTE. Например, даже в Подмосковье, несмотря на наличие мобильного ШПД, а кое-где и WiMAX или 3G, до сих пор устанавливаются VSAT, так как рекламные заявления мобильных операторов и реальноое покрытие конкретной местности не всегда совпадают.

Ожогин: В крупных городах спутниковой системе ШПД будет достаточно сложно конкурировать с наземными провайдерами ШПД как по стоимости, так и по предоставляемому комплексу услуг. Тем не менее из-за огромной территории России и относительно малоразвитой наземной инфраструктуры в средних и мелких населенных пунктах рынок для данной системы существует. Насколько РСС ВСД удастся реализовать свои планы развития — подключить 2 млн абонентов — покажет время.

Ватулин: Сейчас мы видим определенные проблемы у наземных операторов ШПД 3G и 4G — они не могут предоставлять качественную услугу, скорости работы очень низкие. Все это говорит о серьезном дефиците частотного ресурса, и дальше ситуация будет только усугубляться. С появлением Ка-диапазона в России, беспроводной спутниковый доступ станет существенным дополнением рынка и, безусловно, составит конкуренцию наземным сетям, как это произошло в Европе и США.

Пехтерев: Серьезная конкуренция на рынке ШПД есть и сейчас. Тем не менее у спутниковых технологий есть своя ниша на рынке ШПД. Насколько велика она будет? Возможный диапазон — от 0,1 до 2% — зависит от совместных усилий всех игроков на рынке. По моему мнению, доля спутникового ШПД больше будет зависеть от действий регуляторов (Минсвязи и ГКРЧ), а также экономических и социально-демографических обстоятельств, чем от действий операторов cотовой связи.

 

Справедливо ли мнение, что освоение Ka-диапазона в России несколько запоздало?

Ватулин: К сожалению, да, и в первую очередь из-за отсутствия технологий. В России нет опыта производства спутников Ка-диапазона — их придется либо покупать у иностранных компаний, либо пытаться изготавливать своими силами, однако для этого потребуются квалифицированные специалисты, которые на данный момент отсутствуют. На наш взгляд, нужно использовать опыт Европы и Америки, тестировать их оборудование и пользоваться уже имеющимися знаниями.

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями