В прошлом году группа компаний ICL отметила юбилей: четверть века со дня своего основания. Одним из фокусных направлений ее деятельности является информационная безопасность, а в последнее время повышенное внимание уделяется направлению промышленной кибербезопасности. IT&Security Forum, который проводится компанией вот уже 11 лет, начинался как конференция по ИБ, и до сих пор это главная тема форума. Однако ее интересы намного шире. Как отмечает Виктор Дьячков, генеральный директор группы компаний ICL, в ИТ-отрасли в текущих экономических условиях добиться роста бизнеса способны только те, кто работает в нескольких сегментах. В прошлом году оборот группы компаний ICL вырос на 33%. О том, каким образом удалось этого добиться и как развиваются компании группы, мы поговорили с Виктором Дьячковым во время IT&Security Forum 2017.

 

Журнал сетевых решений/LAN: У группы компаний ICL разные направления деятельности: системная интеграция, сборочное и контрактное производство, разработка программного обеспечения и т. д. Что собой представляет группа компаний ICL в настоящее время?

Виктор Дьячков: Основной костяк управления — выходцы из Казанского производственного объединения вычислительных систем (КПО ВС). В советский период объединение производило «мозги» компьютерной системы: процессор, управление памятью, управление внешними устройствами. Но самое главное — мы отвечали перед конечным пользователем за то, чтобы система работала. У нас было больше 120 поставщиков: дисковые подсистемы поставлялись из Загорска и Каменец-Подольского, подсистемы хранения на магнитной ленте — из Белоруссии и т. д. 

К тому же требовалось обладать знаниями в самых разных областях: в производстве, в программном обеспечении (как в системном, так и в прикладном), в защите информации. Таким образом, наше стремление охватить практически все компетенции в области информационных технологий с фокусом на информационной безопасности уходит корнями в доперестроечные времена. В 1991 году именно на базе КПО ВС совместно с британской ИТ-компанией ICL было создано совместное предприятие. КПО ВС — это основа того, что мы сегодня имеем.

Мы по-прежнему осуществляем производство оборудования — от планшетов до систем хранения и серверов. Очень внимательно следим за разработками отечественных процессоров и надеемся на то, что в скором времени среди них появятся изделия, на базе которых мы сможем производить свою линейку оборудования. Сейчас, естественно, всё строится на платформе Intel. У нас прямые контакты с заводом Intel в Ирландии, откуда мы получаем новые системные платы. Более того, мы участвуем в их бета-тестировании.

Что касается операционных систем, то наша версия Linux зарегистрирована как российский продукт. Мы ее поддерживаем, и вся внутренняя сеть работает на ICLinux. Это направление тоже будет развиваться. Еще одно направление — создание прикладных программных продуктов, и прежде всего разработка заказного программного обеспечения. Кроме того, мы занимаемся кастомизацией пакетного ПО других вендоров, в первую очередь компании «1C», партнером которой являемся: более 60 наших высококвалифицированных специалистов создают комплексные решения для управления хозяйственной деятельностью крупных предприятий.

Направление информационной безопасности тесно связано с деятельностью по созданию комплексных заказных решений. IT&Security Forum начинался именно как конференция по ИБ. Если пройти по выставке, можно увидеть, что тема информационной безопасности присутствует везде. Системы безопасности должны соответствовать тенденциям в области технологических решений.

Системная интеграция базируется как раз на обладании глубокими знаниями в области операционных систем, аппаратных платформ, телекоммуникаций и защиты информации. Совокупность этих знаний делает наши услуги привлекательными для заказчиков, так как мы помогаем спроектировать новую или модернизировать существующую систему. Последняя задача все более актуальна, поскольку сегодня найти предприятие, у которого нет хотя бы простейшей ИТ-инфраструктуры, практически невозможно. Поэтому чаще всего речь идет о модернизации существующих систем, причем это надо сделать таким образом, чтобы переход на новое решение был максимально простым.

В нашей деятельности мы охватываем едва ли не все сегменты в области ИТ, фокусируясь на инфраструктурных решениях и информационной безопасности.

 

LAN: А как развивается направление аутсорсинга?

Дьячков: У нас есть большой и постоянно расширяющийся набор предложений по предоставлению сервисов и поддержке информационных систем заказчика. Оказание таких услуг предполагает наличие множества компетенций, которые раньше не были столь востребованы, — в частности, удаленное управление инфраструктурой заказчика, включая серверы и телекоммуникационные системы, а также управление системами и сервисами.

В подразделении, которое занимается обслуживанием крупных компаний из разных стран мира, трудятся 1100 человек, в том числе 470–480 системных администраторов. Из Казани осуществляются мониторинг инфраструктуры и обновление ПО на 26 тыс. рабочих мест — в основном для заказчиков из стран ЕС. Это новое направление, и оно активно расширяется: в прошлом году из 230 новых сотрудников 200 принято в штат по экспорту услуг. Практически весь наш экспорт составляют услуги аутсорсинга.

Аутсорсинг тесно связан с системным программированием. Если заказчик хочет удаленно изменить программное обеспечение на своих рабочих местах, он присылает нам обновление. Наша команда тестировщиков проверяет его, а затем другая команда упаковывает, то есть создает специализированный инсталляционный пакет. Созданный пакет (для каждой операционной системы он свой) готов для автоматизированного развертывания на рабочих местах пользователей, что и выполняется либо нами как сервис, либо специалистами клиента. Когда утром сотрудники клиента приходят на работу, программное обеспечение уже обновлено. Тестированием занимаются около 50 человек, пакетированием — примерно столько же.

Это направление интересно еще и тем, что, в отличие от внутреннего рынка, минимальный срок договора на обслуживание составляет три года. Крупные заказчики — это стабильная работа, возможность планировать деятельность и кадровые ресурсы.

 

LAN: Как изменилась системная интеграция (и изменилась ли?) за последние годы под влиянием таких факторов, как стремление производителей самостоятельно предоставлять услуги интеграции, распространения готовых интегрированных комплексов, переноса части рабочей нагрузки в облака и т. д.?

Дьячков: Изменения, безусловно, происходят. Если говорить кратко, заказчикам нужно все самое современное, но дешевле, чем раньше. В этом причина спроса на перевод сервисов в облака и роста популярности виртуализации. В таких условиях колоссальное значение для нас имеет поддержка производителей, поскольку все технологические тенденции зарождаются в недрах их исследовательских отделов. Благодаря развитию технологий и жесткой конкуренции между вендорами заказчик имеет возможность получить более качественное решение за меньшие деньги. Конкуренция заставляет разрабатывать все более эффективные решения, а задача системного интегратора — выбрать наиболее подходящее и представить его заказчику.

 

LAN: В прошлом году общий рост бизнеса компаний группы составил 33%. За счет чего достигнут такой успех?

Дьячков: В группу компаний входят девять юридических лиц, и внутренние контракты при определении цифры роста мы не учитывали. Если же арифметически сложить обороты всех компаний, входящих в группу, то рост превысит 40%.

За счет чего достигнут рост? Экспорт услуг увеличился на 15%, а системная интеграция — почти на 50%. Сегмент системной интеграции вырос больше, чем другие. В какой-то мере это стало возможным благодаря возвращению отложенного спроса. Многие заказчики откладывали обновление своих платформенных решений и ЦОДов, но нарастающее количество сбоев вынудило их выделить средства на модернизацию. И в Татарстане, и в других российских регионах нами реализовано много проектов по обновлению оборудования в ЦОДах и проектированию систем для ЦОДов. Активно обновляли свое оборудование и банки. Рост спроса на услуги системной интеграции отметили не только мы, но и другие участники ассоциации АПКИТ.

Производство вышло на показатели 2013 года с оборотом 1 млрд 700 млн руб., тогда как в предшествующий год наблюдалось колоссальное падение — больше чем на 60% от достигнутого максимума. Помимо отложенного спроса, восстановлению объемов производства помогла победа в важном для нас конкурсе по поставкам ноутбуков для учителей. Семь лет назад в Республике Татарстан было принято решение о предоставлении каждому учителю персонального рабочего ноутбука. В свое время мы осуществили крупную поставку для школ — 55 тыс. ноутбуков, но с тех пор прошло больше пяти лет, и их пора было обновлять.

Рынок серверов подрос не так сильно. У нас около 90 региональных партнеров по обслуживанию оборудования, и серверы обычно продавались через них. Мы выиграли контракт Министерства обороны по поставке телемедицинских комплексов для войсковых частей, расположенных в удаленных районах.

Системная интеграция, услуги (последние в основном за счет экспорта) и производство — вот источники основного роста.

 

LAN: У ICL есть и собственное производство, и контрактное производство. Если говорить о последнем, то оно заведомо невыгодно в том смысле, что обходится дороже, чем в Китае. Чем для вас является производство? Наследие, от которого трудно отказаться?

Дьячков: Спасибо за вопрос. В какой-то мере это действительно желание сохранить традиции. И я готов подтвердить, что конкурировать с китайскими производителями очень сложно. Более того, боюсь, что в массовых сегментах это невозможно. Мы не можем воспроизвести такую же структуру затрат, когда завод производит элементную базу, изготавливает системные платы и сам же выпускает готовые к использованию изделия.

Наш завод работает в нишевых сегментах. Что это за сегменты? Один из них — решения для образования. Это комплексы с интегрированным программным обеспечением. Наиболее востребованным является мобильный компьютерный класс, представляющий собой тележку-сейф. Данное решение пользовалось популярностью, когда компьютеры были экзотикой и их могли украсть. Такая тележка хранилась на складе, а преподаватель забирал ее утром. В классе тележка раскладывалась и превращалась в стол для преподавателя, на котором размещались его ноутбук и проектор; остальные ноутбуки раздавались ученикам. Установленное программное обеспечение позволяло учителю эффективно готовиться к урокам и контролировать действия учеников.

Мы поставили несколько тысяч таких комплексов. Сейчас они используются в Южно-Сахалинске, на Камчатке, по всей стране. Выполнен ряд поставок в Казахстан. Наш партнер Fujitsu предлагал даже организовать поставку в Польшу, но для этого надо было получить разрешение на экспорт. Поскольку данные технологии до сих пор считаются технологиями двойного назначения, требовалось одобрение ФСБ. В результате проект так и не состоялся. Мы до сих пор производим такие комплексы, которые представлены несколькими модификациями.

Другой нишевый рынок — розничная торговля. Для этой отрасли мы выпускаем готовые рабочие места с предустановленным программным обеспечением. Продукты адаптированы к решаемым задачам и в зависимости от назначения имеют, например, небольшой или, наоборот, увеличенный объем оперативной памяти. Благодаря такому подходу удается снизить цену изделия по сравнению с предложениями для массового сегмента. У нас есть и тонкие клиенты, в свое время мы поставили несколько десятков тысяч подобных устройств для медицинских учреждений. Наши цены оказались вне конкуренции в том числе благодаря тому, что на оборудовании установлена собственная операционная система ICLinux.

Как видите, наша продукция востребована в узких сегментах, и полагаю, спрос на нее будет сохраняться долго.

 

LAN: В каких областях, на ваш взгляд, реально обеспечить импортозамещение?

Дьячков: Мы участвуем в инициативе Министерства связи по формированию пакета программ российского производства. Уже получены сертификаты для нескольких программ, подтверждающие, что они являются отечественным продуктом. Для Министерства обороны, безусловно, это вопрос номер один. Соответствующие процессы там идут, и это только начало — работы не остановятся. В крупных нефтегазовых компаниях процессы идут медленнее, но динамика положительная.

На выставке вы можете увидеть программу для управления автоналивом углеводородов «СМАРТ-Налив», которую мы разработали для нефтеперерабатывающего завода «ТАНЕКО». Эта программа была установлена вместо аналогичной немецкой, использовавшейся ранее. Причем наше решение более функциональное: оно интегрировано с общей системой хозяйственного управления заводом, то есть увязывает договоры на поставку углеводородов с системой отгрузки. Все происходит автоматически: программа дает задание контроллерам на налив автомобильной или железнодорожной цистерны. Очень непростая была разработка.

Шума вокруг импортозамещения, конечно, больше, чем реальных дел, но работа ведется. Может быть, медленнее, чем нам хотелось бы, но ведется. Что касается импортозамещения всего стека технологий, то это вряд ли разумно и возможно. Какие-то критические, важные технологии будут переводиться на отечественные программные продукты, но возводить импортозамещение в абсолют не стоит — ни одна страна в мире не способна производить в области ИТ все, что необходимо.

 

LAN: Есть ли у ваших заказчиков потребность в цифровой трансформации их деятельности?

Дьячков: Безусловно, мы ощущаем такую потребность. Крупные мировые компании давно уже не содержат собственные службы по поддержке инфраструктурных решений. Они переходят на аутсорсинг. Однако российские компании по-прежнему предпочитают, чтобы как можно больше сервисов и услуг предоставляли их собственные специалисты.

Яркий пример — Сбербанк. В «Сбертехе» работают около 10 тыс. специалистов. Как вы помните, год-полтора назад Герман Греф в одном из своих выступлений заявил, что Сбербанк потратил 10 млрд рублей на разработку информационной системы, но, как оказалось, все было сделано неправильно. С точки зрения функциональности система получилась хорошей, но она создавалась без учета необходимости постоянных обновлений. Иначе говоря, требовалась иная архитектура системы.

На мой взгляд, принципиальный недостаток сложившейся на российском рынке ситуации заключается в том, что крупные компании предпочитают содержать собственные крупные ИТ-подразделения. С одной стороны, они не могут, как наша компания, весь спектр компетенций обеспечить своими силами, с другой — содержание большой команды специалистов снижает их совокупную эффективность, потому что, действуя в неконкурентной среде, команда пытается взять на себя максимум работ.

Принципиальное отличие российского рынка от западного состоит в наличии большого количества инсорсинговых компаний. Для рынка это плохо, хотя ИТ-компании приспособились к такой ситуации. Они ищут ниши, которые предприятия не могут закрыть своими силами и потому передают на рынок.

 

LAN: На самом деле превращение предприятий в ИТ-компании — общая тенденция. Так, например, Реджис Луис, вице-президент Oracle по развитию продуктов, во время своего выступления на конференции Oracle Code в Москве заявил, что все компании станут программистскими. Это обусловлено потребностью в быстрой реализации изменений…

Дьячков: На мой взгляд, единственно правильного подхода быть не может. Что отдать на аутсорсинг, каждый решает сам.

Google и Facebook рассматриваются как угроза банковскому бизнесу, Apple год назад получила лицензию телекоммуникационного оператора. Все это стало возможным благодаря интернет-технологиям, которые постоянно меняются и порождают массу рисков.

Кому-то важно быстро проводить изменения, но, как правило, системный уровень не затрагивается. Заказчик приобретает или арендует платформу в расчете на то, что она будет удовлетворять его запросам ближайшие пять-семь лет. И эти задачи он, скорее, отдаст на аутсорсинг.

Быстро вносить изменения требуется обычно в прикладные программы, даже в какие-то их части. Для этого действительно может быть выгоднее содержать собственную команду программистов.

 

LAN: Регионы всегда были источником ИТ-кадров для столичных компаний. С кризисом наметился обратный отток. Какова сейчас ситуация с квалифицированными специалистами?

Дьячков: Кадровый рынок, я считаю, перегрет. Людей, стремящихся поменять компанию, становится все больше. Конечно, это связано с ситуацией на рынке, где много небольших компаний, которым каким-то образом удалось получить проект, но собственных ресурсов на его реализацию у них нет. Они сулят высокую зарплату, а после завершения проекта их бывшие сотрудники опять оказываются на рынке. Пять-семь лет назад текучесть кадров составляла 2–3%, а в прошлом году уже почти 10%, что вызывает тревогу.

Тех, кто переезжает в Москву, не удержать. Меня не столько беспокоит эта тенденция, сколько число уезжающих за границу. Да, был момент, когда ранее покинувшие страну стали возвращаться из Америки и Европы, но высокий спрос на специалистов за рубежом ведет к тому, что уезжают все чаще. Это отмечают практически все российские ИТ-компании, с представителями которых я общался. В Казани этот процесс еще не так сильно выражен, как в Москве и Санкт-Петербурге.

Чтобы изменить ситуацию, мы реализуем социальную программу. Помогаем молодым специалистам и молодым семьям получить жилье, строим ИТ-поселок, где уже живут 70 семей. Планируется строительство еще сотни таунхаусов, так что, думаю, через три-пять лет в поселке будут жить около 1000 человек, или 350 семей. Напротив жилой зоны располагается промышленная площадка, где уже введен в эксплуатацию завод и находится инженерный центр. В этом году мы завершим возведение нового здания технопарка. Надеюсь, это поможет уменьшить отток кадров.

 

LAN: Какое значение для компании имеет организация ITSF? Это имиджевое мероприятие, способ привлечь заказчиков или что-то другое?

Дьячков: Точной статистикой я не располагаю, но 400–500 потенциальных заказчиков наше мероприятие посетило. Представьте, сколько времени нам потребовалось бы, чтобы побывать у каждого из них. А через Интернет можно передать не все. Мы активно работаем над расширением нашего присутствия в Интернете. Через наш сайт можно получить консультацию у конкретных экспертов, но все равно это не заменяет живого общения.

Во время секций и семинаров проводятся наглядные демонстрации. Так, на предыдущем мероприятии хакер демонстрировал взлом системы, а эксперты рассказывали о способах защиты. Это не всегда удается сделать при выезде к заказчику или общении через Интернет. Практическая направленность сессий и семинаров, возможность напрямую пообщаться с экспертами и выяснить технологические вопросы, на мой взгляд, как раз и обеспечивает привлекательность нашей площадки.

Причем потребность в живом общении растет, несмотря на развитие Интернета, и общее количество участников ITSF ежегодно увеличивается.

Купить номер с этой статьей в PDF