«Наше решение дешевле, чем у Cisco», «... проще, чем у Cisco», «... лучше, чем у Cisco» — подобные утверждения приходится постоянно слышать от самых разных сетевых вендоров. И как бы кто ни относился к компании, все это свидетельствует о том, что ее решения являются своеобразным мерилом в отрасли, по которому свои достижения оценивают другие участники рынка. За свою четвертьвековую историю Cisco разработала множество стандартов и протоколов, которые впоследствии из проприетарных перешли в разряд общепринятых. Стремление компании работать на опережение позволило ей стать пионером целого ряда перспективных направлений, и одно из них — казавшаяся поначалу чрезмерно амбициозной идея Telepresence. В какой-то момент Cisco принялась осваивать не свойственные для нее рынки, например потребительский, однако продажи камкодеров Flip не принесли желаемых дивидендов, и от этого бизнеса ей пришлось отказаться. Чтобы «вернуть несколько пошатнувшееся доверие к компании», Джон Чемберс, президент Cisco, заявил об организационных переменах и о намерении сфокусироваться на пяти основных направлениях: теперь основное внимание будет сосредоточено на видеосистемах, продуктах для ЦОД, маршрутизаторах/коммутаторах, средствах коллективной работы, в частности Webex, и облачных вычислениях. О приоритетах Cisco в России рассказывает Павел Бетсис, генеральный директор «Сиско Системс».

 

За последние годы направления деятельности Cisco значительно расширились: компания выходит за пределы своих традиционных компетенций, пытаясь охватить самые разные рыночные сегменты, в частности, два года назад представила серверы под собственной маркой. Не ведет ли это к распылению сил?

Павел Бетсис: Если говорить кратко: нет, не ведет. Как любая компания, мы стремимся выявить те направления, которые в будущем способны стать драйверами дальнейшего развития. Однако рынок развивается по собственным законам, и не всегда можно предсказать заранее, какие его сегменты окажутся наиболее успешными. Тем не менее заниматься только тем, чем мы всегда занимались, нельзя — необходимо осваивать новые виды деятельности. Безусловно, в этом есть определенный риск, и только время покажет, какие из них были выбраны верно. Мы стараемся все просчитывать и продумывать заранее, но кое от чего приходится все-таки отказываться.

Выпуск собственных серверов был, безусловно, правильным решением: уже сейчас их глобальные продажи весьма значительны. Однако прогресс в этом направлении является частью более общей стратегии по поддержке облачных вычислений. Парадигма облачных вычислений ведет к появлению новых бизнес-моделей, в которых учитывается то, как покупают и как используют технологию. Причем все модели тесно привязаны к сети — иначе их существование попросту невозможно. Соответственно, следование этой тенденции способствует развитию наших ключевых компетенций в области сетевых технологий.

 

Какие направления в области телекоммуникаций компания считает для себя ключевыми?

Телекоммуникации — очень широкий рынок. Весьма перспективным направлением являются, например, видеотехнологии. Если вы следите за тем, какие решения мы принимаем, какие компании приобретаем и в какие технологии инвестируем, то, наверное, уже сделали вывод, что развитию видеотехнологий Cisco уделяет повышенное внимание. Как и облачные вычисления, это направление тесно связано с развитием сетевой инфраструктуры, иначе потребитель не получит того качества, за которое он готов платить.

Как заявил Барри O'Салливан, генеральный менеджер по разработке решений для совместной работы, все разрабатываемые Cisco устройства для бизнеса будут содержать видеофункции. Однако, например, видеотелефоны до сих пор не получили сколько-нибудь широкого распространения на российском рынке. Не слишком ли ваша компания опережает время, делая акцент на видеорешения?

Когда я пришел в московский офис компании Tandberg, которую мы приобрели около года назад, то не увидел там ни одного телефона — вся связь осуществляется исключительно с использованием видеотехнологий. Поэтому за видео, безусловно, будущее, но насколько быстро оно вытеснит все остальные средства связи, я предсказать не могу.

 

Как повлияет рефокусировка и реорганизация компании на ее деятельность в России?

Без сомнения, только положительно. Любая реорганизация, особенно в глобальной компании, происходит по определенным причинам, всегда направлена на улучшение операционных и других показателей деятельности и призвана усилить работу на перспективных направлениях, в частности за счет отказа от неперспективных. Время от времени это происходит во всех коммерческих организациях, в том числе и у нас. Та реструктуризация, о которой было объявлено, это только начало процесса концентрации сил на наших ключевых технологиях и на стратегических рынках, к которым относится и Россия. Теперь у ООО «Сиско Системс» будет больше ресурсов, и расширится доступ к возможностям компании в целом. Естественно, в ответ от нас будут ожидать еще больших успехов.

 

А на что Cisco рассчитывает, участвуя в проекте «Сколково»?

Прежде всего, хотел бы подчеркнуть, что проект «Сколково» является стратегически важным для нас, причем не в коммерческом смысле (во всяком случае в ближайшей перспективе). В первую очередь мы нацелены на активное участие и помощь российскому государству в создании и развитии инновационных отраслей, которые, как всем известно, пока находятся в зачаточном состоянии. В более отдаленной перспективе возможно получение и коммерческой выгоды: если удастся сформировать инновационную экономику, то, даже просто сохранив нашу сегодняшнюю долю рынка, мы увеличим оборот за счет его стремительного роста. В итоге выиграют и участники рынка, и государство — на базе инновационных отраслей можно будет осуществлять модернизацию всей экономики страны.

 

А что может дать Сколково для развития телекоммуникаций в России?

То же самое, что Кремниевая долина дала развитию телекоммуникационных технологий в Америке. То есть, если говорить еще более кратко, Сколково может дать все. Прежде всего, появится множество компаний, способных создавать и локально производить технологии и продукты, что окажет позитивное влияние не только на российский телекоммуникационный рынок, но и, вполне возможно, на мировой. С этой целью, собственно, и создавался проект: стратегически Россия хотела бы использовать свой инженерный и интеллектуальный потенциал, чтобы развивать свои Сиско и Майкрософты — компании, которые в перспективе способны стать глобальными игроками.

 

Но здесь возникает противоречие интересов: выходит, что крупные западные телекоммуникационные вендоры — многие из них уже заявили о своем участии в Сколково — своими руками создают себе конкурентов?

Никакого противоречия нет. На такое «противоречие» почему-то обращают внимание только в России, и нигде больше. Все глобальные вендоры участвуют в подобных проектах в других странах мира — они присутствуют в канадской, индийской и китайской кремниевых долинах и ни один из них другому не мешает. Рынок только так и развивается. Какие-то предприятия умирают, на их месте появляются новые игроки. Их потом кто-то покупает, либо они сами вырастают — как Cisco, превратившаяся из некогда крошечной компании в гиганта мирового рынка. Таких примеров много, и в этом весь смысл. Конкуренция обязательно должна присутствовать: если в стране нет конкурентов, значит, нет и рынка для данной технологии, и, скорее всего, тогда не удастся создать то, что запланировано.

 

Как вы оцениваете российский телекоммуникационный рынок с точки зрения поддержки облачных вычислений?

Для поддержки облачных вычислений нужны большие, правильно оснащенные центры обработки данных и, о чем часто забывают, правильно оснащенная сеть, способная выдержать весь порождаемый ими трафик. И то и другое, в принципе, легко создать — необходимые технологии и решения для создания инфраструктуры облачных вычислений уже имеются. Вопрос в том, какова будет бизнес-модель, какие конкретно услуги станут продаваться, кому именно они понадобятся, сколько денег заказчики смогут выделить на эти сервисы и какие альтернативы имеются при принятии решения об использовании облачных вычислений. В этом отношении — с точки зрения разумного бизнес-подхода — Россия несколько отстает от других рынков. Потенциальные заказчики пока еще не осознали, в чем для них может состоять выгода обращения к этим услугам: что именно им необходимо, сколько они готовы платить, как посчитать прибыльность проекта. Что сделать — понятно, как сделать — тоже понятно, но для чего — пока не до конца ясно. Как только свою выгоду поймет один, второй, третий, четвертый, эта идея постепенно завладеет рынком и получит должное распространение.

 

Иначе говоря, инфраструктура есть, осталось только пустить по ней трафик...

Не совсем так. Это как с дорогами: прежде чем строить, надо понять, кто по ним будет ездить. Если речь идет о государственном проекте по созданию инфраструктуры с целью решения определенных социальных задач, то он в принципе не рассчитан на коммерческий результат. В бизнесе подход несколько иной. Чтобы коммерческое предприятие занялось строительством инфраструктуры, оно должно понимать, когда и как можно будет получить прибыль от проекта. Такого понимания еще нет в широком рыночном смысле, поэтому нет побудительных мотивов для строительства инфраструктуры: ее следует создавать под конкретные проекты, а строить просто так не имеет смысла.

У государства есть планы по удвоению пропускной способности магистральных линий связи и доведению скорости доступа до 100 Мбит/с. Таким образом, заботу о построении сетевой инфраструктуры оно, по сути, берет на себя. Дороги-то построят, только куда они будут вести?

Совершенно верно, построение инфраструктуры — социальная обязанность государства. Чтобы участники рынка имели возможность реализовать свои бизнес-модели, нужна базовая инфраструктура, которая позволила бы им это сделать. Без широкого доступа в глобальную сеть построить бизнес на интернет-технологиях невозможно. Таким образом, государство должно создать минимальную инфраструктуру, а задача бизнеса — ее прибыльно использовать, а не строить ЦОД в надежде, что кто-то когда-то закажет его услуги. Так бизнес не работает.

 

Исходя из опыта работы Cisco в России, как вы считаете, какие решения в области ЦОД здесь востребованы?

Как я уже упоминал, наши серверы пользуются немалым спросом — по всему миру наблюдается большой рост продаж этого оборудования. Наше совместное с EMC и VMware предприятие выпускает так называемые Vblock — первый в отрасли полностью интегрированный продукт для реализации виртуализации в ЦОД. Это решение оказалось востребованным, и его продажи достаточно быстро растут. В настоящее время идет процесс принятия решения об общем подходе к дальнейшему продвижению продукта, чтобы не приходилось собирать его из трех сегментов, а можно было продавать как единое целое в России и других странах СНГ. Кроме того, вследствие увеличения объемов трафика в сети появляется потребность во внедрении новых технологий в сетевой области. В целом могу сказать, что направление ЦОД очень перспективно для Cisco, о чем свидетельствуют цифры общемировых продаж.

 

Cisco недавно открыла собственное производство в России. Это единичный факт или только первая ласточка по локализации решений компании для российского рынка?

Хотел бы уточнить, что речь идет о лицензионном производстве при участии целой цепочки местных партнеров — кто-то выпускает программное обеспечение, кто-то — компоненты, кто-то все собирает и тестирует. VPN-модуль предназначен для защиты передаваемой информации, которая, безусловно, будет более эффективной при применении локально произведенных и сертифицированных решений криптографии. Он сертифицирован для использования на чувствительных сетях, по которым передается закрытая информация. Но, как мы неоднократно заявляли, выпуск VPN-модуля — только первый шаг в общей стратегии развития локального производства. Уже запланированы и следующие шаги.

 

Что дают Сетевые академии помимо знания оборудования Cisco?

Прежде всего, хочу заметить, что в России у нас сейчас действуют три основные образовательные программы: дистанционное образование в рамках Cisco Expo Learning Club (этой инициативой, превратившейся в крупнейший в СНГ институт повышения квалификации ИТ-специалистов, охвачены уже более 7300 человек), Сетевые академии (таких в России уже около 230) и Институты предпринимательства (в апреле был открыт третий). Содержание программ последней инициативы вообще не имеет никакого отношения к технологиям и оборудованию Cisco, ибо задача Институтов предпринимательства — помочь людям стать успешными предпринимателями, чтобы потом они могли прийти со своими идеями, например, в Сколково, получили финансирование и развивали собственную технологию, которая, может быть, даже будет конкурировать с теми, что предлагаем мы.

Что касается Сетевых академий, то, естественно, их программы базируются на продуктах и решениях Cisco. Вместе с тем для Cisco программа Сетевых академий носит некоммерческий характер, причем закончивший нашу академию инженер получает такой объем знаний, что может работать в любой компании, а не только в тех, где используются технологии Cisco. Иными словами, Сетевые академии Cisco действуют в интересах всей ИКТ-отрасли, помогая к тому же сократить дефицит квалифицированных специалистов (такой дефицит существует всюду, включая США). Кроме того, с февраля прошлого года в Москве на базе государственного образовательного учреждения «Колледж предпринимательства №11» действует образовательный центр «Сетевая академия Cisco». Он создан в рамках совместной программы компании Cisco и московского департамента образования, нацеленной на переподготовку и повышение квалификации безработных граждан и социально незащищенных групп населения.

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями

Купить номер с этой статьей в PDF